|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Человечества
ЧеловечестваАвтор: Антоновский Мир идёт на форсажК завершению Майского цикла Тает старое время, умирает у нас руках — Ох уж этот Ассанж, Сын артистки бродячего цирка – всё как в книгах дешёвых, всё просто, как в боевиках В пробках слушаешь радио, голоса, бормотание, стук двигателя На солёном снегу, остаешься скупой бороздой На шумы в сердце раненом, Приснятся под утро родители Поругают чуть-чуть, и растают на кухне пустой. Ах, зачем мы все здесь, за бегущие поручни держимся Эскалатор в метро, не даёт нам разгон, чтоб взлететь Как встряхнуть этот стресс Как сказать суетной неизбежности – Что мы станем прекрасней, если выдержим эту метель Ах, любовь моя милая, закусила губу, рассупонилась… Что нам этот проклятый уже заблудившийся мир? Здесь кругом поле минное Мы с тобою давно это поняли Пролетели его, оставаясь при этом людьми. Только что нам затменья – вокруг побелевшего глобуса Если выбросить все средства связи, на кухне в окно Прекратится движенье И ты мне вдруг скажешь в полголоса То что сильно хотела, но всё не решалась, давно… Теги: ![]() 2
Комментарии
#0 15:08 10-12-2010дважды Гумберт
хороший такой романс, Вертинский бы одобрил. заебали эти ритмы зарубежной эстрады, речевки, блюзы, верлибры Антоновский такой Антоновский… 5+ ознакомился + к Гумберту ОФИГИТЕЛЬНО! +0.5 к Чижову недочитал, Саня? Понравилось. Дай гамбургер, а я у тебя отсосу! здорово. Проникновенно. Гут. Поле минное, где мы падали, И затмение вокруг глобуса. И лежит вокруг много падали И рыдает Мир на два голоса. Супер! Еше свежачок Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным....
Ты - падший ангел,
поселившийся в берёзах напротив нашей нехарактерной норы. Так ко́рюшка в Неву макает слёзы. И лезет яблоко из тонкой кожуры прибрежной статью медленных объятий - бретелька, взгляды, туфелька, слеза.... |

