гобелен

Автор: Зжазюро Сражение, встреченное облаками дождливого утра, тусклым неясным узором отразилось в доспехах, зашумело, залязгало, перейдя на искаженные лица. После просохло от жара тел, от злобы полуденного ветра, бросавшего воинам в лица клочья колючего мелкого снега. Обессилив в затишье, природные силы спустились сумраком, и тенями легли на фигуры поредевших бойцов. Битва выдыхалась и кончалась корчами умирающего в агонии, после которой тело покойного сжимается в размерах, безмолвно извиняясь за причиненные неудобства.
Побуревшая от крови трава вытоптанная сотнями рыцарских сапог и тысячами солдатских башмаков, наконец, стала ложем для большинства. Лица павших успокоенные, умытые битвой, лежат на холодной земле. Вороны все еще терпеливы. Вороны ждут ночи, когда последние упрямцы опустят руки и разожмут ладони, сжимавшие рукояти клинков.
Но время зажигать факелы, и кто-то из прислуги, из охраны коней, обжёг снопами неровного света поле, искрами и тенями покрывая оставшихся латников, устало наносящих друг другу удары.
Сколько гореть огню в руках прислуги, сколько ждать травяной постели своих нежданных гостей, сколько голодным птицам метаться по небу?

Сотня бойцов с одной стороны, быть может, понимая как нелепо доказывать свою правоту в рукопашном бою так долго, выбила остатки противника с поле и остался лишь один, закованный в черные латы воитель. Его плюмаж горделиво алел над разбитым армэ.
Рыцарь схватил двумя руками свой меч и стал вертеть им, неистовым вихрем себя уподобив. Но, видно, напрасно он силы расходовал: с каждым витком кольцо врагов сгущалось вокруг него. И вот уже кто-то сунул осколок древка под ноги, кто-то взмахнул клинком, предвкушая свой подвиг. Кто-то подставил подножку. Рыцарь упал. Сотни кинжалов смертоносными жалами бросились в щели между лат. Сотни проклятий мгновением позже раскололо наступившую ночь: осколками усыпано тело, осколками утыкано небо и руки врагов, но герой (герой неизвестный), он лежит невредимый.

Тогда стали стаскивать с него латы и шлем. Но там была чернота. Посветили огнем – отразились лица убийц.
Воронам в предрассветный час был дан знак начинать. Лагерь свой победители на ночь решили не ставить.