ДЕНЬ ВСПЫШКИ

Автор: ДЕНЬ ВСПЫШКИ — фантастика, бля… автор предупреждает — буков, как всегда, дохуя!

Конечно, это было видение… Дор Прант потянулся, не вставая с нагретого его телом лежбища, и неосознанно направил мыслещупальце к Солиру. Мгновенно пронзив кислый слой холодного космоса, он уже пробирался по необъятным глубинам потухшей звезды, когда наткнулся на кого-то… Потом еще и еще.
Простолюдины! Голодные, жадные. Отыскивающие в гигантском остывшем чреве кусочки энергии, чтобы вобрать ее в себя, чтобы выжить...
Дор Прант вздрогнул от отвращения, дернул мыслещупальце назад так, что потревоженный эфир отозвался тонким, надорванным стоном. Проклятая привычка! Он ведь давно уже богат, чего ради копаться в помойке? Опять пойдут разговоры… Хотя, какая разница! Если король Феон не потеряет своего трона, то ему, Дор Пранту, место первого министра обеспечено пожизненно… Слишком много он сделал для Феона, слишком много нитей держит в своих щупальцах, и не под силу Феону убрать его, несмотря на всю хитрость молодого короля! Так что...
Дор Прант довольно улыбнулся, приоткрыл наполовину один глаз и осторожно проверил свои покои ультразвуком: за запертыми дверями стояли два бесчувственных охранника. Дальше, в прилежащей комнате, спал Клинт.
Не церемонясь, Дор Прант шлепнул слугу мыслещупальцем, впрочем, не особо сильно: хороших слуг нужно беречь! Клинт подскочил и мгновенно покатился к хозяину — весь такой собранный, ласковый, услужливый мячик из щупалец… Как будто и не спал...
Дор Прант хмыкнул про себя, открыл еще два глаза и нащупал под своим ложем рычаг сигнализации.
Клинт вкатился церемонно медленно, в пяти шагах от хозяина, как предписывал обычай, распластался по полу, показывая пустоту своих щупалец и мыслей, вновь собрался в вежливый мягкий клубок и замерцал, ожидая приказа.
- Двух негодных рабов — коротко бросил Дор Прант, и отвернулся от слуги.
Дверь прислуги коротко звякнула, открываясь.
- «Быстро!»- подумал Дор Прант. «Интересно, он всегда пару наготове держит, или знает, когда я попрошу? Может быть, пора избавляться от Клинта?»
Дор Прант обратил свой многоглазый взор к стене: там, у входа, шатаясь на тонких щупальцах, уже стояли два некрупных раба. Первый министр королевства глубоко вздохнул, как перед тяжелой работой, и, не обращая внимания на своего слугу, принялся завтракать.
Психотропно обработанные рабы не сопротивлялись. Тот, которого Дор Прант оставил на закуску, равнодушно наблюдал, как тело его собрата съеживается на глазах, выпиваемое мыслещупальцем Дор Пранта. Через несколько секунд щуршащая, словно бумажная, оболочка того, что недавно было живым существом, обмякла на холодном каменном полу. Дор Прант довольно крякнул и вонзил свое мыслещупальце во второго раба, на этот раз не отключив нервную систему. Он хотел понаслаждаться.
Почти насытившись, он пил медленными глотками, с перерывами, а раб, чувствовавший, как уходит его жизнь, визжал и извивался, но ничего не мог поделать: низших существ блокаде не учат.
Вторая полувысушенная оболочка спущенным воздушным шариком опустилась на пол, сохраняя в себе только комок шокированного, умирающего мозга.
Дор Прант вынул мыслещупальце, довольно примерился и вновь вогнал его прямо в этот пульсирующий комок плоти, точно в пересечение четырех лобных долей. Он становился гурманом на этой службе...
Что-то зашуршало за дверями — руководимые Клинтом рабы готовились унести останки своих собратьев.
Дор Прант отвернулся и сыто перекатил щупальцами набухший псевдоживот. Конечно, это было видение — он прикрыл пару глаз. Сон!
Раньше он чаще видел сны, но такого кошмарного — никогда! Он вздрогнул всем телом, воскрешая недавний призрак: перед его внутренним взором, в кромешной бархатной черноте пылала звезда!
Пульсировала, излучая из себя немыслимое количество энергии, и Дор Прант еще раз внутренне ужаснулся: это каким нужно быть существом, какой мысленной силой обладать, чтобы высасываемая звезда так полыхала? Кто может заставить звезду гореть? Какой чародей велик настолько, что может позволить себе так неаккуратно питаться! Столько энергии! Может быть, есть какая-то доля истины в простолюдинских легендах? Может быть, правда, жили на свете великие чародеи, которые могли заставить звезды гореть? Наверное, люди многое потеряли… Ведь сейчас, в День Вспышки...
Кстати, черт побери! Ведь Феон назначил День Вспышки на сегодня! Дор Прант глянул на огромные песочные часы, вышлифованные из единого куска горного хрусталя, и перевел дух — время еще есть!
Он чуть шевельнул щупальцем и услужливый Клинт мягко подкатился к министерскому ложу:
- Мне того, вчерашнего ученишку, быстро!
- Слушаюсь, господин!
Клинт исчез, а Дор Прант, изрядно повеселевший в ожидании Дня вспышки, упруго, как в молодости, перевернулся на свернутое спиралью самое толстое свое щупальце, чуть укороченное в давней драке. Он слегка стеснялся своего мелкого уродства и предпочитал именно это щупальце использовать в качестве постамента себе. Так он казался выше и значительнее.
Еще раз звякнула дверь прислуги. Дор Прант степенно огляделся, жестом отослал Клинта — разговор с ученым предстоял секретный.
Ученый растянулся в торжественной лежке, однако щупальца выпрямил не идеально. Наглец! Выпить бы его, так Феон всех ученых самолично пересчитывает. Каждое утро. Всю сотню! Кто его считать научил?
- Вставай, умник!
Ученый сел, не особо почтительно, но вполне в пределах этикета.
Хам, конечно, ну ладно… Дело того стоит.
- Скажи мне, что ты знаешь о звездах?
- Их много, господин министр!
- Не то! Что ты знаешь о горящих звездах?
Показную независимость ученого как ветром сдуло:
- Я… Мне… Господин министр, пожалуйста!...
- Говори! — Дор Прант чувствовал, что попал в точку.
- Я еще даже не докладывал королю, все боялся...
- Ну, быстрее, по делу!
- В общем, я тут проводил эксперименты со светом, мне нужны были куски горного хрусталя, как глаз...
- Не тяни, говори по сути!
- А я все как на духу! Господин министр! Вы же знаете, наш король плоховато видит, хоть это и секрет для всех. Вот я и делал ему искусственный глаз, дополнительный, чтобы его Величество мог кого хочешь ближе увидеть.
- И сделал?
- Сделал, но мне стало интересно, а что таким глазом можно увидеть с поверхности планеты… Я жизнью рисковал, мне два раба таскали мешки с воздухом, но вышел наверх.
- И что ты там увидел?
- Мой господин министр, не гневайтесь, но там, наверху, так далеко, как ничье мыслещупальце не достанет, что-то есть. Я заметил светлую точку — энергии почти нет, на вкус не попробовать. Тогда я сделал более сильный глаз, в тысячу раз сильнее прежнего!
Ну, и?
- Господин министр, точка стала пятнышком. А вот само это пятнышко тоже состоит из точек. Такая спираль… Понимаете, господин министр? Я долго думал, многое вычислял… Я сам себе не верил, но, господин министр, мне все больше кажется, что эти все крохотные светящиеся точки — это горящие звезды!
- Ты веришь в легенды, ученый?
- Нет, господин министр, я знаю, что все звезды должны быть твердыми и холодными! Все двести сорок восемь, до которых можно дотянуться мыслещупальцем! Но те, что невообразимо далеко — те горят!
- Значит, это правда… — задумчиво протянул Дор Прант.
- Что — правда? — вновь испугался ученый — Я никому ничего не говорил, даже королю… Только вам. И не скажу никому, поверьте...
- Ты глуп, ученый! Дело то не в звездах! Ну-ка, скажи мне, много ли ты знаешь чародеев, способных сосать звезду так, чтобы она горела?
- Нет таких, господин министр...
- Не знаешь? А скажи мне, что может сделать один такой чародей с нашим государством? С обоими нашими подземными городами?
- Я не думал об этом, господин министр...
- Вот потому-то ты только ученый, а я — министр! Ты не умеешь мыслить государственными интересами! Хотя сам дал мне подтверждение, что таких чародеев многие тысячи, пусть они и очень далеко от нас! Так?
- В общем-то, да, господин министр!
- С этого момента будешь работать на меня! С королем я сам договорюсь. И задание тебе будет одно: найти способ высасывать звезду так, чтобы она горела! Секретное задание! Рабов получишь, сколько пожелаешь, хоть каждый день одного съедай, но — работай!
И никому ни слова! Только мне, понял?
- Да, господин министр, только это очень трудное задание… Я не уверен...
- А кто, кроме тебя? Иди!
Окрыленный ученый неслышно выскользнул за дверь. Довольный Дор Прант торопливо глянул на часы — песка оставалось совсем немного.
Он улегся на ложе поудобнее, медленно, ни от кого не таясь, высунул мыслещупальце на холодную поверхность планеты.
Двое рабов уже держали отшлифованные полушария драгоценного вкусного металла на разных концах специально подготовленного для праздника рельса. Двое других поддерживали дыхание исполнителей из огромных мешков с талым воздухом. Праздничность и веселье чувствовались по всей поверхности планеты — хвала щедрости Феона!
Дор Прант ощущал присутствие двух миллионов чужих мыслещупалец, окруживших священный рельс.
Медленно и чванливо он двинул свое мыслещупальце к чуть меньшему полушарию — большее принадлежало королю! — но даже он, великий министр Дор Прант, не посмел слизнуть хотя бы крошку излучения вкусного металла! Прошла минута.
Дор Прант не заметил сигнала, но избранные рабы одновременно стали разбегаться навстречу друг другу, толкая перед собой по священному рельсу сверкающие полушария. Еще мгновение, и они встретились!
Вспышка!
Огромный сияющий шар взметнулся над обледеневшей поверхностью планеты, мгновенно растопив часть лежащей на земле, замерзшей атмосферы. Экстаз содрогнул недра: два миллиона мыслещупалец, охватив качающийся ядерный гриб, откровенно пили его энергию! Целый
год, до следующего Дня Вспышки, у них не будет такого праздника!
Сколько дармовой пищи!
Дор Прант неторопливо собрал мыслещупальце — пусть тешатся голодные! А для него...
Ему, великому Дор Пранту, этот дурак ученый на блюдечке преподнесет могущество древних — умение пить звезды! Тогда не только два города королевства Феона — что там! — вся планета будет его!
Он ее так и переименует: империя Дор Пранта!
В предвкушении великого будущего министр растянулся не ложе: значит, легенды не врут! Звезды могут гореть… Но — древние? Как они могли потерять такое — умение пить звезду?! Такую силу! Такую мощь! И только ли это они потеряли?
Дор Прант глубоко задумался...