Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Гриня

Гриня

Автор: Ebuben
   [ принято к публикации 20:57  14-05-2011 | Х | Просмотров: 495]
Гриня пришел, когда я сидел на диване с Яной и гладил ее ноги, продвигая руку все выше и выше. Не вовремя Гриня пришел.
Яна встрепенулась от звонка в дверь и отстранилась от меня.
– Сейчас, – сказала она, – я вроде никого не жду.
С этими словами она пошла открывать дверь.
Басовитый и глухой голос Грини мне был знаком. Я сразу понял, что это он пришел. Только по его единственному «привет». Больше-то он и сказать ничего не мог. Привет и привет – придумать что-то оригинальнее эта горилла не могла.
Яна что-то ответила ему, но я не расслышал, что именно. В ответ гость пробасил какую-то милую несуразность – комплимент сделал. Из разряда «ты сегодня хорошо выглядишь». Яна поблагодарила его, потом сказала, что ей действительно очень приятно.
Комплимент что ли так впечатлил? – усмехнулся я, но сразу понял, что дело не в комплименте.
В коридоре что-то шуршало. Судя по всему, наш Гриня притащил цветы. Это меня уже немного вывело из себя. Я сижу, девушку ласкаю, а тут приходит какое-то гигантское животное и сует моей подруге свой облезлый веник. Букет, в смысле.
Яна все любезничать с ним продолжала.
Ну, подумал я, к черту осторожность – и вышел в коридор.
Гриня стоял в дверях и полностью заслонял собой выход на лестницу. Это был действительно большой парень, чем-то походивший на шкаф. Несмотря на то, что он был вроде бы сильно накачан, вся его фигура была какой-то до неестественности угловатой. От этого сходство со шкапом. Большой такой прямоугольник с круглой башкой стоял передо мной и таращился узенькими глазками из под густых черных бровей.
– Что? – спросил он.
К чему его вопрос я не понял, но Яна, видимо, вообразила.
– Это друг мой, – затараторила она, – давно не виделись, решили встретиться.
– А, – сказал Гриня.
– Да, – сказал я.
– Вот, – добавила Яна.
Гриня поглядел на меня взглядом злобного чеченца, да и пошел прочь.
– Ну зачем ты так? – спросила меня Яна.
– Как?
– Зачем вышел?
– А зачем он пришел?
– Цветы подарил, в отличие от тебя, – съязвила Яна и помахала у меня перед носом семью розами.
– Молодец, – сказал я.
– А ты мне когда последний раз что-нибудь дарил?
– Я не помню, – честно ответил я.
– Отлично, – зло бросила Яна и пошла на кухню.
– Охуеть, – вдогонку крикнул я, – ты любого мудака за подарки ценить будешь?
– Он не мудак.
– А кто?
– Слушай, – сказала Яна, вернувшись с кухни уже без цветов, – ты же знаешь, что у нас с ним сложные отношения. И много чего у меня было с ним в прошлом.
– И что?
– То, что он совсем не похож на тебя…
– Конечно, – взорвался я, – это хуйло мускулистое мне в подметки не годится! Он и говорить-то связно не может! Ты пойми, что я не пальцы перед тобой гну – это реально тупое мясо, которое и подходит только для того, чтобы железо тягать, да рожи бить.
– Ну вот и набьет тебе.
– Набьет, не спорю, но ты же меня знаешь – я в долгу не останусь.
– А ты знаешь, что он с моим другом бывшим сделал?
– Что?
– Зрения лишил. На один глаз.
– Если бы он меня зрения лишил – я бы позаботился, чтобы его чего-нибудь другого лишили.
– Это только ты и можешь.
– Что «это»?
– Подставы устраивать.
– Ну ты охуела, – сказал я и накинул куртку.
– Ты вообще??? – выпучила глаза.
Я был таков, а вслед мне что-то кричали.
Домой я пришел злой и подвыпивший. Эта неопределенность в отношениях с Яной меня угнетала. Ей то я был нужен, то этот громила. Выбрать кого-то одного она не могла. Меня это задевало, конечно, но я терпел – в основном потому, что мог шляться с любой девчушкой, не страшась разоблачения. Хотя скандалы мне Яна закатывала. Помнится, встретил я ее как-то на улице. А со мной в тот момент какая-то шалава местная была. Так бесилась Яночка долго, на порог меня не пускала, на звонки не отвечала. Мне ее подруги потом сказали, что она с Гриней денно и нощно была. Сам виноват? Да хуй там! – не было бы Грини, не было бы проблем.
В общем, дома делать мне было особо нечего, и я завалился спать.
Разбудил меня телефон.
– Да, – сказал я и, взглянув на часы (06:56), добавил, – бля.
– Очень приятно, – сманерничала Яна.
– Что такое?
– А ничего.
– Ты для этого мне звонишь?
– Нет.
– Говори тогда.
– Я соскучилась.
Я привык к таким выкидонам.
– Мне прийти?
– Нет, уйти.
– Сейчас приду.
Яна положила трубку.
Девушка она была странная, но сильно отличалась от общей массы обладательниц пизды. Наверное тем, что не только пиздой она меня привлекала. С ней я мог и проболтать все ночь, как с другом-собутыльником.
Я оделся, умылся, побрился. Вышел-дошел.
В дверь звонил долго – по каким-то причинам Яна не открывала. Наконец, дверь отворилась. Передо мной возникла Яна, завернутая в красное полотенце.
– Я мылась, извини.
– Ничего, – сказал я и шагнул за порог.
Яна засмеялась. Я посмотрел на нее.
– А что без цветов?
Скривив рожу, я зашел на кухню, вытащил из вазы Гринины розы и протянул Яне.
– Дурак, – сказала она и ударила меня по руке.
От удара я выронил розы. Нарочно, конечно.
– Как так можно? – спросила Яна и принялась собирать цветы.
Букет получился пышный, но состоял из всяких одуванчиков и прочего хлама, который я за цветы и не считал. Яна, впрочем, была рада.
– Сегодня холодно, правда? – спросила она.
– Я не знаю, зачем мы поперлись в такую рань и в такую даль.
– Чтобы ты цветов мне нарвал.
– Нарвал, – сказал я и протянул ей эту желтую подушку.
– Это, конечно, мило и приятно, – кокетничая, сказала Яна, – но я хочу… Розу! – и вылупила глаза смеха ради.
– У тебя семь роз.
– Неееет, братец, я хочу от тебя розу!
– Хорошо, будет тебе роза.
– Ха-ха, – Яна хлопнула в ладоши, – попался, дурачок! Я хочу не покупную розу, а розу отсюда!
– Тут роз быть не может, – вздохнул я.
– Вот тут, – она ткнула в меня пальцем, – мозгов быть не может.
Я опять вздохнул.
– Ищи розу! – приказала Яна.
Мы пошли с ней искать розу.
Домой я вернулся к обеду. Все это время, с самого утра, мы бродили с Яной по полю, собирали цветы и искали эту мифическую розу. В итоге она окрестила розой какое-то болотное растение и заставила меня достать его. Я весь измазался, вымок, но хреновину, похожую на камыш, Яне достал. Она дико смеялась, наблюдая, как я хлюпаю по болоту в одних кроссовках и тащу ей в руке уродливый стебель.
Вечером Яна не позвонила. Звонила она всегда первой, а если не звонила – значит, говорить не хотела.
Я заснул и проспал до полудня – меня никто не разбудил.
Следующий день прошел так же.
И следующий.
На четвертый день телефон зазвонил. Голос был женский, но не Янин. Звонила ее подружка.
– Знаешь, – сказала она, после обмена любезностями, – с кем Яна?
Догадаться было нетрудно.
Подруга добавила подробностей:
– Он уже две ночи у нее!
– А ты откуда знаешь?
– Заходила к ней, сама мне сказала.
– Ну ладно.
– Что ладно?
– Плевать.
– Да сделай ты что-нибудь! Или нахуй ее уже наконец пошли или разберись с этим как-нибудь!
– Сама пусть со всем разбирается.
– Твое дело.
Поздно ночью позвонила Яна. Я не спал – слушал радио и считал деньги. Денег было мало. Ночью лучше не считать деньги – потом не заснешь.
– Привет, – сказала Яна.
– Добрый день, – сказал я.
– Сейчас ночь.
– Ночью люди спят.
– Ах, извини, что разбудила тебя, труженик!
– Ничего. Главное, чтобы твой друг не проснулся.
Сыграла в дурочку:
– Какой друг?
– Большой.
– А… Он ушел уже. Слушай, а мы с ним весело время провели.
– Вот нахуя мне это знать?
– Не ругайся при мне матом, пожалуйста. Мы с ним хорошо время провели, но он мне надоел. Приходи.
– Нет уж, – сказал я, – я отдыхаю.
– Ну, – обиженно протянула она, – чего ты надулся?
– А ты не понимаешь?
– Я все понимаю. Но я ничего не могу поделать. И ты мне нужен, и он мне нужен.
– У меня, наверное, нет гордости.
– Приходи.
– Сейчас.
Ее квартира хранила приметы присутствия увальня. Даже провоняла им.
– Слушай, – сказал я, – он тут что, месяц жил с гастрбайтарами?
– Обхохочешься.
– Блядь, ну воняет же.
– Я просила тебя не материться при мне.
– Лучше, наверное, вонять.
– Прекрати.
Мы молча выпили чая. Яна выглядела усталой и подавленной, как после попойки.
Внезапно она сказала, отставляя от себя пустую чашку:
– Его больше не будет.
Я сначала не понял. Потом дошло.
– Что это так?
– Я так хочу! – чуть не взвизгнула она и ушла в комнату.
Она сидела на диване, поджав под себя ноги, и покачивалась из-за стороны в сторону. Это она о чем-то думала.
– Почитай-ка мне книгу, – попросила Яна.
– Какую? – спросил я.
– О любви.
Я принялся рыться у нее на книжной полке. Достал что-то вроде бы любовное. Стихи. О любви.
На полстраницы Яна меня остановила.
– Не, этого не надо. А знаешь, чего надо? – лукаво улыбаясь поинтересовалась она.
– Не-а.
– Напиши-ка ты мне прямо сейчас рассказ о любви!
– Ты что, смеешься?
– Тебе трудно? Цветов ты мне не даришь, вместо розы приносишь траву какую-то…
Я молчал.
– Ну напиши ты. Пожалуйста.
Я, все-таки, был немножко писатель (что позволяло мне транжирить свои дни) и поэтому согласился. Ну, и потому что она меня просила.
– Где бумага? – спросил я.
– Все не так-то просто, дружок, – ухмыльнулась Яна, – ты будешь творить на салфетках.
– А ручка?
– А ручку дам.
Вместе с ручкой мне выдали стопку белых салфеток. Все ночь я писал о любви, а Яна заставляла меня читать написанное через каждые несколько минут и исправлять то, что ей не нравилось.
Через день Гриня встретился со мной на улице и разбил мне ебло в два удара. Видимо, он смог, путем долгих умозаключений, прийти к выводу, что меня и Яну что-то связывает.
Я заметил его еще издалека. Шел вразвалочку, ноги колесом.
– Здорово, – сказал он мне и раз въебал.
Я не нашелся, что ответить. Зато на ногах устоял.
– Пидар бля ебаный, – сказал он и въебал еще разочек. Я упал.
– Сука бля, – попрощался Гриня.
Зрения я, конечно, не лишился, но лицо помял сильно. Зубов парочки недосчитался. Пока я валялся дома, стараясь употребить мой плачевный опыт огребания пиздюлей в художественном произведении, Яна опять сдружилась с Гриней и обо мне забыла.
Как-то вечерком, прогуливаясь с местной шалавой, я встретил Гриню. Шел он, по-видимому, от Яны.
– Иди сюда, – сказал он.
Я оставил свою подружку и отошел с Гриней. Если бы сейчас он решил снова помять мне бока, то наткнулся бы на холодную сталь, клянусь. Я бы пырнул его на раз-два. Но Гриня был настроен весьма дружелюбно.
– Бля, – начал он, – забей. Нехуй из-за пизды сраться. Братан.
И протянул мне руку.
Я пожал его великанскую ладонь.
– Пошли, – сказал он, – пивка ебнем.
– Пошли, – обратился я к своей шалаве, – пивка ебнем.
Мы пошли и ебнули пивка.
А Яна для меня – нечто большее, чем просто пизда. Это для упыря этого она пиздой была. Я же – натура тонкая.


Теги:





1


Комментарии

#0 12:24  16-05-2011SwordFire    
Было бы интереснее, если бы пырнул. А так совсем пресно. Пара зубов и фся хуйня. Сотрясение и то было бы несколько интереснее, я думаю.
И это. Тема ебли ваапще не раскрыта. К сожалению.
Может потому аффтор и говорит, «Наверное тем, что не только пиздой она меня привлекала. С ней я мог и проболтать все ночь, как с другом-собутыльником».
патамушто только болтал с ней ночами, а?
#1 13:46  16-05-2011Ebuben    
не вижу смысла вводить в повествование хуй. в данном тексте, конешно. впрочем, кому как.
#2 20:41  16-05-2011Гельмут    
Охуительно. очеь понравилось.
#3 17:52  18-05-2011Шева    
Забавно.
#4 18:09  18-05-2011кольман    
Повествующий герой рассказа пидарас, Яна, действительно, та еще пизда. Вот Гриня — молодец, положительный герой.
#5 19:45  18-05-2011Ebuben    
Гельмут, Шева, кольман, спасибо. Только, кольман, герой непидорац, я считаю. Хотя, кому как, опять же.
#6 19:49  18-05-2011Яблочный Спас    
кстате очень даже хороший рассказ.
#7 18:17  23-05-2011КЛА    
хм, понравилось кстате.
спасибо свинюшкам, ггг
#8 17:24  03-08-2011СИБ    
Понравилось… ФСЁ ИЗ-ЗА БАБ!
#9 17:25  03-08-2011СИБ    
Лучше уж дрочить!

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
14:08  20-01-2018
: [6] [Графомания]
Едва сказать успеешь «амен»,
Уловлен будешь ты в сети
Греха.
И душу, словно камень,
Ты будешь на гору нести.

Путь до вершины долог, длинен,
И не имеешь права спать.
Но миг – и ты на дне долины,
Чтоб камень вверх катить опять....
02:39  20-01-2018
: [4] [Графомания]
Я вспарывал землю лбом,

На ты был со стужей,

Столько швов на мне , пломб,

Душа моя, промерзшая лужа,



Столько кожа не стерпит,

Лопнет словно бумага,

Листа осеннего трепет,

Солнца зимнего брага,



Ничего не забыть,

Ничего не отнять,

Тишиною завыть,

Да где ж ее взять,



Да где же убогому,

Найти свой приют,

Столько шума вокруг, гомона,

Облака

скалятся, корчатся ,...
00:36  18-01-2018
: [11] [Графомания]
Валентину весело у Машки
Каждый вечер трескать пироги.
Молоко налито в белой чашке
И попробуй котик убеги.

Сам то он наверное не белый
И пушистый как сибирский кот,
Но рукой всё гладит загорелой
Лишь его стряпуха целый год.

Спросит,-Ты наверное устала,
Прежде чем ласкаться до утра....
Качает лодочка озябшими бортами,
Ведут нас морем, словно лошадь под уздцы.
Смеются чайки беззастенчиво над нами,
Да на погонах вертят дырки погранцы.

Их старший, с кортиком, как пёс цепной неистов,
Такому крикнуть бы: Послушай, капитан!...
09:06  15-01-2018
: [13] [Графомания]
В старом буфете за пачками с чаем,
В древнем кувшине, покрытым золой,
Ты обнаружишь, явно случайно,
Спрятанный кем-то один золотой.

В руки возьмёшь и на нём прочитаешь:
"Тот золотой ты отдай бедняку".
Надпись прочтёшь и потом зарыдаешь:
"Нет, ни за что я отдать не смогу!...