День ларька

Автор: Володенька В учереждение УС 45/ХХ раз в месяц осужденные имели право приобрести в ларьке: пару батонов, маргарин-помазуху, карамель «падушечки»-пампухи, табак и прочие туалетные принадлежности.
При условии, если на лицевом счету заключённого имелась безналичка.Но ларьковую выписку, как и посылку-дачку, колёса-таблетки, петушка-девочку — всё можно было купить за наличку .
Администрация зоны строго пресекала подобные макли. Найденые на личном шмоне деньги карались десятью сутками ШИЗО.

В тот четверг была выписка в ларьке.Весёлое оживление царившее на зоне можно было сравнить с днём аванса на заводе .
Витёк лежал на нижней шконке и перелистывал томик А.Н.Толстого.
Надо сказать, что читать классику и играть в шахматы он начал в тюрьме. Что ни говори, а есть свои плюсы в пенетенциарной системе.
Алексей Николаевич был одним из его любимых и пока немногих авторов. Правда писал невсегда в тему. Книга «Война и Мир», вообще, нудная херня и начинается по-французски.
Был ещё Гоголь Николай Васильевич, тоже про чертей здорово писал.По портрету-пархатый, а по базару-бендеровец.
Витька только начал « Ибикус или похождение графа Невзорова ». Весёлые были времена.Гражданская война.Махновщина, передел — беспредел… Как сейчас…

Вспомнив рассказ ректора-взяточника, работавшего шнырём в библиотеке, живо представил слугу докладывающего Толстому, возвратившемуся из-за границы после разрухи двадцатых: « Граф, вас просят на собрание Домкома »

Его литературные размышления были прерваны топотом сапог, отряд вернулся с промки и семья *, жившая в соседнем проходе, принялась громко обсуждать скудный ларьковый ассортимент.
Два мужичка: статьи бытовые, срока небольшие — звонком на одной ноге простоять можно.

Первый засидел двушку, второй полтора. Их жёны, уставшие от рукоприкладства развелись с ними сразу — же после суда. Прописки были потеряны, поэтому они считали себя босяками по жизни .
Их манил преступный мир своей загадочной романтикой и пугал неясным финалом в теплосети или на койке тубдиспансера .

Но крестъянская родОва брала верх. Им хотелось жить, как все: работать и рОстить ребятишек. Блатной уклад зоны они тайно презирали.
Считали несправедливым, что молодой босяк-отрицала, заплативший здоровьем и шестью месяцами пребывания в неотапливаемом БУРе*, где день лётный, день нелётный * спит на низу, припОднят и ходит в чёрном мелюстине, как ворА .
А они в наглаженых* сапогах и подогнаной серой робе, исправно выполнявшие норму, будут мыкаться по верхам* до звонка. Путали по неискушенности зону с армией, деля мир на своих и чужих .
На зоне нет, ни своих, ни чужих: есть ты и Другие .

--Пампухи спецом забыл? — сварливо спросил первый мужичок, заглядывая в листок-выписку.
--Лучше Примы больше выпишем! — резонно замечает второй.- На сигареты, что хошь замаклюем.
--А замес* с чем делать? Опять хуй сосать? — в полемическом задоре вырвается у первого семъянина.

Услашав последнюю ремарку, Витёк приподнялся на локте :
--Да, вы что, судари мои?! –ещё находясь под влиянием Алексея Николаевича – Чё буровите? Рамсы поехали — краёв не видите, черти!?
В два прыжка и он у них в проходе.Нависает бицепсами на фоне чёрной майки.
--Ну чё, демонА?! На дальняк * захотели? — голова поварачивается в сторону угла, где стоит шкендель смотрящего.
......
-Хы!? Да, бля, вырвалось, братан… Не в кипяток… Слышь, ну чё, может банку заварим ?- вопрошают мужички заискивающе – Индюха есть. Со слоном. А ?!

… Предложение от которого невозможно отказатся.
--Ладно, можно хапнуть двойку — мягчает Витёк — В следующий раз за стосом стригите .
Он доволен: запутал фраеров на заварку.
Великая магия Слова.

1988.

=====
Семья *-2-3 зека с одним общаком.
БУР*- отдельностоящее здание за колючкой, тюрьма в тюрьме .
Лётный – нелётный*- горячая пища через день.
Глаженные сапоги*- кирзуха, смазанная гуталином и проглаженная горячим утюгом для придания формы, становится, как хром .
Низ-верх*-Спать на нижнем ярусе — привилегия
Замес *- кипяток с карамелью.Вк-у-у-сно..
Дальняк *- параша, унитаз.