Пробуждение самосознания

Автор: Температура Я была худющим дитем. На тонкой моей шее болталась неприкаянная головенка, в которой практически не водилось мыслей. Только смутные мечтания. Мама назвала меня «сухарик» и вяло пыталась чем-то подкормить. Безрезультатно. Я тосковала над тарелкой. Вобще я тосковала всегда и везде и доводила своим видом всех домашних до белого каления. Это сейчас я благостный тугодумец, а раньше была страдающим пустоголовцем. Это не значит что я не предпринимала никаких действий, просто происходило это как-то по инерции, самым краешком задевая сознание.

Помню как-то пришли мы проведать бабушку которая мамина мама и оставили меня родители во дворе тусить. Я потосковала немножко во дворе, а затем надыбала старушек которые обыкновенно возле подьездов сидят и обсуждают каждого проходящего. Подошла я к старушкам и начала им рассказывать печальную повесть о том что родители мои обычно живут за границей, а я в это время нахожусь в детдоме. Забирают меня из детдома редко, когда возвращаются на побывку, бабушку к примеру проведать. слова лились легко и свободно. Старушки получили массу удовольствия и полезной информации к размышлению. Бабушко моя мне потом дооолго эту историю вспоминала. А я как бы и не присутствовала вовсе при всем этом действе, только не могла обьяснить домашним что это совсем даже не я, пятилетнее антисоветское трепло, а кто-то даже и совершенно другой, к кому и все претензии.

Вобще-то, если бы мое детство протекало бы сейчас в Израиловке, меня наверняка бы записали в какие-нить аутисты или в какое еще сообщество умалишенных и откармливали бы таблетками, как делают у нас со всеми непохожими на здоровых веселых детишек. Мое счастье что в Совке этого дела не практиковалось и лечили меня народными методами. То бишь пиздюлями.

Пиздюли мне были выдаваемы по двум причинам. За то что чего-то не сделала и за то что чего-то сделала. Ну с не сделала было понятно даже мне. Как правило это было невыполнение домашних обязанностей, выполнять которые я себя заставить не могла никак. А вот со вторым пунктом были сложности. Я никогда не соображала чего не надо делать чтобы не получить в торец. Сейчас я понимаю что могла привести в состояние психической нестабильности даже коматозника, но тогда сознание мое было окутано мечтательной дымкой и доораться туда не представляло никакой возможности.

Помните фильм «трудный ребенок». Так вот, он по сравнению со мной был настоящим воплощением родительской мечты. Я же могла пол часа ходить за родительницей и совершенно спокойным тоном повторять без перерыва одну и ту же фразу «чем мне занятся». Пару раз мама отделывалась от меня очень оригинальным способом. Высыпала в большой таз большущую банку гороха и предлагала мне разделить зеленые и желтые горошины. Меня такое занятие вполне устраивало, а мамулька получала час-полтора тишины. Потом горох заканчивался и все начиналось с начала.
Один раз мама попробовала схитрить и ссыпать горох обратно, но встретив мой взгляд полный презрительного недоумения поняла что номер сей тут не прокатит.

Так вот, подобное автоматическое существование продолжалось у меня ровно до десяти лет. Потом случилось моей двоюродной сестрице, которая у нас гордость семьи, потому что спортсменка, привезти мне с очередного чемпионата американский флаг. Я его вертела так и этак и не знала куда пристроить и тут самосознание дало о себе знать со всей своей неотвратимой остротой. На следующее утро я пошла в школу в белой рубашке, темной юбке и американским флагом повязанным аккуратной подушечкой вместо пионерского галстука. Хвала всем святым что на дворе были девяностые и за такие фордебасы родителей уже не сажали. Меня просто исключили из пионеров. Я была довольна до припадков, потому как пионерская муть надоела мне до коликов и я ходила счастливая по школе и наслаждалась изяществом с которым произвела избавление от говеного сообщества зубрил. А так ж у меня теперь было самосознание и я понимала что теперь стоит пожалеть мою классную руководительницу, а так же всех остальных педагогов.

С тех самых пор самосознание не покидает меня никогда. Даже тогда, когда вроде и должно было бы, ан нет. Я могу напиться до зеленого блева, накуриться и обожраться всяких интересных вещей, но самосознание тут как тут. Видимо оно запоздало, а теперь отрывается за все пропущенное зря время.