|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - ПроснутьсяПроснутьсяАвтор: павеллогинов
[ принято к публикации 02:48 24-09-2011 | я бля | Просмотров: 1514]Сыплется песок, и хотя я тверд как камень, хочется крикнуть — Хорош! Бесмысленные пророчества в бесконечных рядах холодных двоичных цифр; Три сигареты подряд, кружка того, что фраера называют чифир. Умножаю лес перемен на лес перемен, наконец кладу восьмерку в степени набок, Ледяная грязь, разрывающий легкие в клочья кашель, бессмысленный навык Дышать в затянувшейся петле жизни на виселице мира, Играть в затянувшейся драме жизни на подмостках сортира. Толкни меня, я сплю, толкни меня, я обращаюсь в горного дельфина, Рассекающего облака-горы в море убийственного эфира. Толкни меня, я сплю, толкни меня, — я уже на краю, Я готов, пробуди меня режущим крылом ветра… ладно, встаю. Теги:  4 
Комментарии
#0 23:40 24-09-2011hemof
Приснится же такое. оч понравилось. похоже на интерпретацыю, а не на подражание поету бродскому. и ледяной ветер азии ДГ чотко подметил. Автора всегда читаю. да поэт-мистик О, а я Бродского то почти не читал, в детцве токо, да И я в нерезиновке щас, Азию временно покинул а быле п цыфры троичные- дышалось бы легче эстетствующий молодчик В троичной системе Тай сюань цзин — к нему леса нет, и вообще я с текстом незнаком — не попадался мне он. Горный дельфин! Апупеть! Новая кавказская национальность!!! Ну, а чо. Хороший стишог. Еше свежачок Там, где еще (плачь, капитан, плачь…)
Не о ком будет плакать. (Варя Нау. 2013 г.) таскаю каштаны из детства твоего алиса моя с чёрным мраморным сердцем (Авось. 10.10.26 г.) *** А первый снег, что прошлых неудач мгновения, — бессилен, безнадёжен.... Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным.... |
