Oхота на Африканских

Автор: Миша Розовский Ура! Можете мне завидовать — я наконец-то лечу с отцом на охоту. И не просто на охоту в Африку по типу сафари для богатеньких. Нет. Мой отец профессиональный охотник и мы с ним принимаем участие в настоящей охоте на Африканских.

По прилёте на место, прямо к трапу маленького местного самолётика подлетает грязный открытый внедорожник. Себуто, друг отца, скалит из за руля свои белые-пребелые зубы и кричит что-то весёлое, а я машу ему в ответ. Отец лишь скупо кивает — занят снаряжением, охота на Африканских это вам не хухры-мухры, как говорит наш помощник Серёга.

Ночь мы проводим на открытом пространстве, а с восходом солнца, даже немного до, должны будем перебазироваться во влажные джунгли. Себуто и другой проводник Мвада не спят. Склонились низко голова к голове и о чём-то переговариваются на своём африканаас.

Утром меня будит отец и я, обжигаясь, закидываю в себя чашку горячего кофе и кусок тёплого мяса с фасолью — путь предстоит неблизкий, надо подкрепиться. Не подумайте, что я уж такой сопляк. Несмотря на мои неполные четырнадцать я уже охотился на Финских, Якутских и СреднеРусских… Но на Африканских, сами понимаете...

Наша цепочка нагруженная до нельзя медленно продвигается на север. Себуто идёт первым, этот лось по-моему вообще не знает усталости — прёт и прёт, только рубаха цвета хаки покрылась разводами, за ним идёт молчаливый отец, потом я, практически на легке, за мной Серёга, мне слышны его ругательства под нос и замыкающим вышагивает Мвада. Жарко и душно.

Вдруг, совсем неожиданно, Себуто поднимает вверх руку — подаёт нам знак остановиться и прислушаться. Я ничего не слышу, но чувствую какой-то посторонний запах. Он незнаком мне и он волнует. Я понимаю, что так должно быть пахнут Африканские. Кружат где-то неподалёку привлечённые запахом белого человека.

И тут на нас обрушивается целая стая. Африканские летят, прыгают и ползут. Не у каждой Африканской есть крылья, но у той что есть не пременёт ими воспользоваться. Они прямо перед нами. Большие чёрные снаружи и нежно розовые внутри. Яркие. В обрамлении чёрных густых волос они открывают свои сочные губы и пытаются присосаться к нам. Себуто смеётся и стряхивает одну огромную Африканскую прямо мне под ноги и я на неё наступаю. Африканская пищит, но я добиваю её ножом и укладываю в сумку.

Несколько Африканских напали на Серёгу. Одна даже вцепилась ему в лицо. А Серёга знай себе затвор передёргивает да и спускает заряд прямо им в разверстые пасти. Отец уже наловил прилично, но он профессионал.

Тут я вижу как маленькая Африканская ползёт к моему сапогу. Я наклоняюсь и беру её в руку чтобы рассмотреть. Уххх ты. Это тебе не Якутская — сморщенная, сухая, холодная, но несмотря на это ужасно вонючая. Нет. Природа щедро одарила Африканских размером и теплом. Ладонью я глажу маленькую Африканскую. Ей нравится наверно и она замирает. Пускает какие-то свои соки, но отец уже объяснил — безвредные.

Я пробую залезть Африканской внутрь. Она с радостью принимает мой палец, внутри у неё тепло и мягко. Я наверно возьму эту домой в Москву, хотя непонятно чем её кормить. Разберёмся.

А в это время отец и аборигены заканчивают набивать второй мешок. Молодцы, что уж тут сказать. Мы когда в Карелии за Финскими охотились, то те так во мху прятались — не достанешь, но отец с тогдашним проводником Валдуром всё равно ведро мелких насобирали.

Вот идёшь так идёшь, а потом раз — подо мхом увидишь бугорок и к нему. Разгребёшь чуть-чуть, а она, Финская то есть, там. Лежит себе вся в капельках росы и как будто зовёт тебя — во мху я… во мху я… вомхуя… как просит.

Но Финские они жёсткие. Снаружи белые, даже розоватые, безволосые, но жёсткие и невкусные. Интересно какие будут Африканские. Надеюсь не как Китайские. Серёга рассказывал, он ездил, так Китайские водятся на деревьях. Подходишь к магнолии(Китайские обожают запах магнолии) и сильно трясёшь. Китайские крошечные и пахнут дарами моря. А я морепродукты как то не очень. В детстве отравился наверно.

С другой стороны Украинские — даром что в свёкле прячутся и идут на сало да на гречку — вроде проще некуда, но со сметаной их дюжину умять — пальчики оближешь. Ну ВосточноЕвропейские отец привозил. Тоже не понравились — дряблые и безвкусные. Хочешь такую откусить с хрустом, а там под поджаренной корочкой один тёплый холодец. Фу. Но отец любит с «Балтикой 9», говорит от простуды помогает, а по мне лучше чихать и кашлять чем Польскую или Румынскую сожрать. К тому же пиво мне пока отец не разрешает…

А Африканские тем временем всё никак не могут успокоится. Губы их продолжают зазывно раскрываться как будто говорят и меня возьми и меня.

Это вам не СреднеРусские. Там за одной(если хороший экземпляр) всю ночь будешь рыскать, а она посвистит, посвистит да и сгинет. Хитрые они очень. Но зато если на грязные, в чернозёме которые обитают, согласен, то бери мешок покрупнее — они сами туда запрыгивать будут...

День катится к вечеру. Мы все сидим вокруг костра и наслаждаемся Африканскими. Они хороши если их правильно приготовить — избавить от проволочноподобных волос и аккуратно жарить.

Отец, Себуто, Мвада и Серёга уже обожрались Африканскими, а я, как самый молодой, забавляюсь с пойманной маленькой Африканской которая ползает в большой пластиковой банке и наверно опять мечтает чтобы я её погладил...

Себуто глядит как я играю с Африканской и кивает на меня отцу.
Молодец, парень, совсем вырос уже, говорит он на ломанном русском. Отец степенно и безразлично кивает, но я вижу, что ему приятно. В следующий раз меня возьмут на охоту за СевероАмериканскими, говорят что они классно идут на запах старых долларов. Впрочем на этот запах идут все, разве что кроме Якутских.

А моя пленница выползла из банки мне на колени и ползает уже по животу, трогаю её в середине большим пальцем.

Я уверен мы с ней подружимся.