Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Рекомендовано:: - Ёжик

Ёжик

Автор: Яблочный Спас
   [ принято к публикации 22:01  17-11-2011 | Х | Просмотров: 4308]
А в четверг, после Медового Спаса, я запил. Запил в глухую, жестко, до дна. Затаривая бычок в консервную крышку, поглядывал в небо сквозь треснутое стекло и улыбался: «Наконец-то… Наконец-то, взяла, паскуда». Полгода терпел, как брата зарыл. Полгода долгих, как веретено бабкино. Ныло то самое под ребром, на волю просилось. Ух, доведет теперь до добра.

Спускаясь по лестнице за добавкой, шарахался от теней. Сторожко шел.
Подъезд пустел к позднему вечеру. Лифт переставал хлопать дверьми, заканчивала шебуршать алкашня этажом ниже, дети укладывались в сто тридцать восьмой. Эх, эх.

Лето, лето, лето, лето. Хоть июнь, хоть июль, а хоть август. Все одно.
Плывут в синеве кургузые пельмешки. Как овечки плывут. Жаль, не кавказец — прирезал бы и глазом не моргнул.
Что боялся, чего страшился – не ясно. Начал и начал. Мать говорила, просила: «Ну, перестань, остановись...»
Бросил. А потом, сызнова. Дождусь ли, дотяну?
Да, было б до чего дотягивать. А так – Бог знает.

***

Дом, где жил в детстве, упирался окном в изрытый траншеями лес.
-На, — говорил брат, — Держи ёжика-то. Рыло, рыло не замай. Ух, братуха. Мелок еще ты до живности. Мелок.
Колючий уродец смешно морщил розовый лоб, фыркал, дергая рыльцем, топорщил серые иглы.
- Прям как ты. Такой же ершистый.
Поначалу играли в войну. Мох тянулся по стенкам древних окопов, взорванный дот сторожили гадюки, на дне воронок страшно темнела вода. Если мне с братом доставалось оборонять каменные руины бывшей огневой точки, то я, обычно, прятался наверху, заныкавшись между ржавых стержней арматуры, а он лез вниз, исчезая в развороченных бетонных внутренностях. Меня находили быстро. Либо в плен брали, либо убивали из длинной трубки бузинными шариками. Но его никто и никогда обнаружить не мог. Брат сам отыскивал всех, отстреливая по одному. А однажды, когда уставшие проигрывать пацаны устроили тотальный шмон, решив поджечь хворост и выкурить братуху, он прыгнул в затопленную шахту, ведущую неизвестно куда. Через час нервных смешков, когда затушив костер, испуганные парни решили идти за помощью, выскочил чертенком и, сыпанув им в головы бузиной, довольно сказал: «Все убиты, олухи». И, улыбнувшись, добавил, обращаясь ко мне: « Пошли, ежик. Куда им против нас».
А еще можно было просто лежать на дне траншеи, слушать сосновый шепот и гадать зацепиться ли облако за верхушки корабельного леса или. Всегда выходило, что «или», но я не терял надежды.

Первый раз его нахватили за поножовщину за сельским клубом. Мог соскочить, но отчего-то не стал. Героем хотел быть? Не знаю. Но через год вернулся другим. Походил, осмотрелся, и рванул в город.
«Работу нашел, — сказал матери. – Нормальную, ма. Не волнуйся. Устроюсь – позвоню». И как в воду канул.

В то лето, помню, начал сочинять стихи. Безразмерными косяками ложились слова на тетрадный листок, вязли в голове нейлоновым перебором, и дребезжала гитара треснутой декой, подхохатывая на доминант — септ.

- Куда пишешь, то, болезный? – звенел голос Гальки сквозь рубероидные щели. – Кому, красавчик?
И с надрывом, так. С напором. Ей — тридцать. Мне до шестнадцати еще месяца полтора.
- Поможешь белье поднести?
А в сенях опилочки, за стенкой мыши елозят, ходики деревянные. И запах, запах, куда б там опилкам. Влажный, бельевой дух. И теткино тело смутно белеет в сумерках коридора.
- Ну, что встал? Иди сюда, мелкий…

Дальнобои платили за переход твердо. Триста баксов фургон. Мутное время было, то ли есть граница, то ли нет – неясно. Таможня имелась, это да. Отдашь половину, работай. Только не попадайся.
И петляла под колесом лесная дорожка: в обход все, вокруг да около, но доводила до хуторов, где грузовик, набитый добром принимали веселые гансы, а ты шел обратно через туманные перелески. Уставший, голодный, мокрый.
Потом вернулся из города брат, и все понеслось, закрутилось, как водица в джерельных ямках.
С ним веселей было – и по две, и по три машины за ночь переводили.
«Семейный подряд у нас, — шутил он, обнимая за плечи, — Всем страшно – мы возим!»
Дугой выгибался соломенный, утренний небосвод. Плыли в рассветных туманах острые шишаки скирд.
«Таможня добро дает!» — орал пьяный брат, провожая под гору хмыря в голубом мундире.
А когда через месяц вскрыли этого дурня свои же, по долгам, за стальной дверью в старом, засиженном подвале, тогда и за нас взялись крепко.

Бегут над лесами пельмешки-вареники.
Куда, куда, куда...

Брат сказал: «Спрашивать будут, в отказ иди. Я не я и хата не моя. Заберут меня, а ты не серчай шибко. Знать судьба такая. Чего тут выкобениваться. Держись, ежик».

Я держался секунду. А когда повели его под руки в машину, хватанул ржавый обтяг, и всадить попытался наискось тому, кто позвездистей. В мышиной форменке. Помню еще, что взмыли звездочки в небо с погон, задергались там, наверху, и обратно ссыпались.
Очнулся невесть где. То ли в больнице, то ли в тюрьме.

- Ну, жить будешь, бродяга, — звякнул сталью неведомый. В белом.
- Брат где?
Тот поморщился: — Помер, брат твой, дурачок. Помер.
- Врешь, сука, – плюнул, как было чем, и к стене отвернулся. Милей штукатурка, чем падлова рожа. Ей богу, милей.

Летели в сизый от дымки лесок березовым эхом слова. Крик истончал к закату кровавой струйкой.
Вышвырнули меня сквозь пару ворот. Вышвырнули.
«Нет, — сказали. — Не дождешься. К мамке иди, дурачок».
Пошел. А пока шел, падали, падали, звезды. Август был, к Спасу шло. И не поймешь, кто швырял их горстями – то ли бог, то ли брат, то ли сами падали.
Суки.
Вот.

Дрянь истории эти. И жизнь дрянная моя. Но, не об этом я хотел. Не об этом вовсе.

Как бы то ни было – добрался. В лягушачьем затоне, что рядом с деревней, очнулся. Тени неясные, да взбалмошный лай заоградных шавок. На небо глянул – звездочки. На луга поглядел – звездочки. На озеро ночное – и в воде то же они мельтешат. А брата нет.
Но остались друзья. С ними и пил. А потом до музыки дорвался. Гитару в руки — и не так, как обычно, а с перебором, да с цыганочкой в пересвист. Падали в кроны кленов задиристые трехнотья. Гудели басы. Я играю! Я.

Шли до кладбища, где дед залег, под трех аккордовым перебором. «Гоп-стоп», да «Группа крови» – что еще петь? Вот пели и шли. Когда мимо высеребряных крестов проходили – холодом дышало, туманом. Я кричал: «Выходи дед, биться будем!» Дурной был, крепко хватало с бутылки уже тогда. Дед, верно, сердился, но тихо лежал, дух втаивши.
Кто ж знал тогда, что сам буду думать, как бы рядом улечься.

А вот на Купала тракторные покрышки летели с холма. Обнаженные корды плевали искрой, оставляя черный, дымчатый след в луговой траве. Сверху звезды любовались.
Дрянь, вроде, жизнь была. Но веселая.
Одно слово, была.
Где ты, брат, где?

Когда время подходит, а молодость далеко, книгу возьмешь: Тмутаракань там, рыцари на воздусях в белых плащах…
И так тоскливо, что того не успел, сего не увидел, хоть плач.
Рожей я до рыцаря не вытянул – все по деревням больше. Бог с ним. Не стоит жалеть.

Брат вышел седой. Вернулся. А я уж и ждать перестал. Матери помогал по хозяйству, двор вытаптывал, словно старик. Смешно самому, но так.
Он поначалу тихий был – не запил, как водится, не загулял. Ходил, как пришибленный.
«Живи, — мать просила, — Живи, кровь моя. Не уезжай только. Глядишь, и наладится все».
А через пару недель сбежал. Соседка на остановке видела: «в город, сказал, поедет».
Вольному – воля, не удержишь силком. Зачем зря стараться.
Год минул, и где, что — теперь одному Богу известно.

Нет вестей, нет вестей, нет вестей, нет.

С той поры поселилась у меня под ребром скука. С утра ныть начинала, и такая к обеду тоска брала, что не было сил противиться ей, окаянной. Короткой тропкой до магазина шел, залезал на дот, будто в детстве, и маялся, заливая печаль.
Сначала маленькой хватало, а когда к литру в день подошло, явилась вместо печали злость.
«Дрянь ты, брат! – орал я, сбивая в кровь кулаки о бетонную крошку, — Сволочь, как есть. Обо мне-то подумал хоть?»

Взял лопату, и похоронил. Как есть, глины с песком набросал, и только что крест не поставил. Сошел брат с круга – нет тебя. Аминь, как говорится. Аминь. Аминь. Аминь. Забыли. Все.
На девять кутью сварил, на сорок, как положено, литр. А еще через месяц, с первым снежком, явился «покойничек».
- Херней не страдал бы, — сказал, – Живой я.
- Решил вопросы, — говорит, — Ко мне теперь поедешь.
- И не спорь, — остановил. – Ни к чему споры твои.
- Засиделся здесь, — говорит, — Нужен ты мне. Едем.
Поехал, чего там.

Высоко взлетел брат. Меня в автосервис подшефный устроил.
«Поработай пока, присмотрись чего да как».
Одежду купил, денег дал.
- А мать что ж, — спрашиваю, — Мать то заберешь? Или век ей куковать?
А у самого тепло на душе сразу: «Не откажет, — думаю. – Не должен».
«Завтра поеду, — говорит, — Все тип-топ будет. Не ссы».
Меня к самолетам всегда тянуло. И глядя на плавно скользящие по шнурку ИЛС серые баклажаны из окна новой маминой квартирки, так хотелось верить, что все теперь твердо, надежно и почти что вечно. Пока не умрем. А фарфоровый ёжик, подаренный на новоселье, кивал головой соглашаясь.
«Да, — говорил, — Так и будет все. Ты верь, верь, верь».
Брату сказал, рассопливившись, а он в ответ:
«Меня прежде схоронишь – тогда живите».
- Что так? – спрашиваю.
А по спине холодком протянуло, будто от сквозняка.
«Не жилец я, брат. Времена такие. Ты работай, давай. Может и проскочим».
В сторону глянул, и камни на пальцах блеснули.
Как слезы.


Там, в гаражах, где по ночам стучит в уши вязкая кровь оттого, что так тихо, и воют шалые псы на яичную скорлупу городских галактик, я правил номера кузовов и выгибал помятые крылья.
- Брат, кто друзья твои? – спросил раз.
- С ними проблемы? Ко мне обращайся. Решим, — блеснул дорогим кольцом.
- Ёжика помнишь? — и рассмеялся. Теперь он смеялся все чаще. И мне, коль веселый он, легче. Слава Богу, наладится все. Уж теперь точно.

***

«Ты — то принеси» – звал один.
Принес.
«Хреновину тащи живей» – подал другому.
«Пиво купи, упырок!»
Хором орали тертые парни в найке, не к слову мать поминая.
А потом, один из них, помоложе, шепнул: «Брата твоего завалят. Пускай стережется. Так и скажи».
Будет жизнь тебе здесь? Сам решай.

- Нужен был, брат, гараж этот?
- Ну, молодец, что спалил, – отвечал братуха, белея от порошка. – Ну, молодчага.
Заходился в хохоте, и водка лилась меж брильянтовых пальцев.
- Да заебись же все! Ты не понял, что ли? Не понял что ли? Не понял что ли? Дааааа?
А потом, поутру, когда бесы все до единого скачут по крышам, хохоча в просаженных дымоходах, он позвонил и хрипнул: — Приезжай. Игрушку захвати.


***

Я вез его один.
Иней повсюду, как драпировка. Как порошок. Иней, как иней. Словно остатки снега. А брат в багажнике. Так — без палева. Кому охота палиться? Мне, лично, нет.

Скрипел под зимней резиной свежак. Тени метались в овалах ближнего света. Я так боюсь. Я так боюсь. А вдруг ты живой, братишка? Братуха. Брателло. Брат.

Земля вылетала веером, и на секунды закрывала луну. С интересом вырос за спиной служка.
- Я, если, что не вампир. Мне брата просто зарыть.
- Убили что ли?
- Нет, блять, сам сдох. Охуел совсем, урод?
- Да ничего я, ничего я, ничего…

Глина похожа на пластилин. На пластик.
Запах того, кто был.
Спи.

А когда придавил раковиной маленький холм, крикнул заветное ворон в кустах, убежала сырая луна за облака из вечернего даста – я встал на колени и заплакал:
«Вот я понимаю, жил как говно. Живу, как сука и умру, ни кем не замечен. А он? Он-то по закону все. По правде. Так почему же? За что? Да пошли вы все нахуй, уроды!»

И когда слезы пропали, из-под оградки вылез ёжик. Посмотрел на меня, встопорщился, фыркнул, пополз дальше.
«…прям как ты, братик...»
Снег таял на мне, поскольку живой пока. Стекал за шиворот тонкой струйкой.
А я все сидел и спрашивал у глиняной кучи с фарфоровой статуэткой на липкой вершинке:
- Ну почему так, почему? Почему, Господи? Скажешь? Нет?

***

Полгода прошло. Я дотянул, брат.
Все.


Теги:





3


Комментарии

#0 22:45  17-11-2011X    
Тут без вариантов. Это рекомендовано к прочтению. Давно меня так не отцепляло.
#1 22:49  17-11-2011Швейк ™    
Я за
#2 22:50  17-11-2011Евгений Морызев    
это 5
#3 22:53  17-11-2011Шизоff    
поздравляю
Спас аки Спасан разгон взял
#4 22:56  17-11-2011Глокая Куздра    
Поздравляю!
#5 22:57  17-11-2011X    
не поздравлять, благодарить надо.
это, с моей точки зрения, один из сильнейших текстов за 9 лет существования сайта.
#6 22:59  17-11-2011tarantula    
Молодчик.
#7 23:11  17-11-2011Sgt.Pecker    
ёжики зимой нихуя не ползают
#8 23:26  17-11-2011Дымыч    
не за кем мне так… к сожалению.
#9 23:26  17-11-2011castingbyme*    
Обещал повеселее, эх, ты! Опять расстроил.
С рикамендом поздравляю!
#10 23:31  17-11-2011Глокая Куздра    
Это летопись.
Вот теперь спасибо. Ибо зачла.
#11 23:41  17-11-2011    
Внимательнейшим образом ознакомился.
#12 23:43  17-11-2011Лев Рыжков    
Спас пишет, как вавки ковыряет. И при этом мелодично воет.
Мне понравилось.
Ну, доебусь к финалу, где братца вальнули. Чота совсем кульминация пунктирная. Можно было б и посочнее. Спешил в рубрику, наверное, автор.
#13 23:59  17-11-2011Яблочный Спас    
Спасибо большое.
Ну совсем не ожидал.

Хуле тут говорить...
Спасибо вам.

#14 00:24  18-11-2011r777    
ух как написано!
ну как то не цепляет меня, что с криминалом связано. Да только крим здесь фоном проходит, а читаешь и дух завораживает.
Слог, боль, нерв, душа.
Эх, малодчина, автор. Спасибо. Один такой текст оправдывает существование ресурса
#15 00:55  18-11-2011Медвежуть    
… Вы когда-нибудь ели живого ежа?(с) Пронзительно. Малацца, Вовчанга!
#16 01:07  18-11-2011Ящер Арафат    
Ахуительно!
#17 01:37  18-11-2011Гельмут    
годится. душевный тнкст
#18 01:47  18-11-2011Sparky-Uno*    
Спасибо. А, что такое «джерельная ямка»? Беспесды. Я не знаю.
#19 01:50  18-11-2011VETERATOR    
Не сорвись, Володь, вот помню как рейс три топора сразу после в Откровения подался с вершин.
Рад и текст ахуительный, но… Лан. при встрече выскажу, надеюсь.
Суки, не захвалите, по делу вещайте, надо это автору.
#20 01:56  18-11-2011zloy09    
в избранное
давно так ничего не штырило
#21 02:12  18-11-2011Петя Шнякин     
Наконец-то!
Автор рекоменд заслужил. и не по совокупности. у него дохуя отличных текстов, но этот как-то особняком стоит..
Поздравляю!
#22 02:20  18-11-2011простой    
не было в детские годы определения корабельные сосны, это в мозг позже приходит.
извини за ворчливость. молодец. просто молодец. спас это уже стиль.
#23 02:24  18-11-2011дервиш махмуд    
круто
#24 09:04  18-11-2011Гриша Рубероид    
Техника отменная, конечно. Но само описанное скорее злит, чем вызывает сострадание. Заебли уже эти и тоска вселенская и всеобщее отчаяние. Миллионы бьющихся башкой обо что-нибудь и вопрошающих неизвестно кого: «Ну почему так, почему?». Да по кочану, йобоно. Оглянись да посмотри.
Хотя, это тоже, конечно, определенного рода эмоции. Не у всех же они должны быть одинаковые.
#25 09:46  18-11-2011тихийфон    
читая Спаса не покидает ощущение, что слушаешь исповедь одного человека. Забубенного, жжоного, битого и бесконечно мудрого и доброго. Охуенно вобщем.
Поздравляю с рубрикой, Владимир. Пиши еще.
#26 10:06  18-11-2011Хомяк    
Поздравляю с рубрикой, молоцца!
Текст хвалить не буду, потому что честно говоря не понял чем тут сильно цепляет уважаемых хуяторов ресурса. Тем не менее с мнением согласен.
Эхххх, походу мне ваще никогда чота такое, что могло бы попасть в рикаменд не написать.
#27 11:18  18-11-2011девочка Маша    
ахуеть.
#28 11:22  18-11-2011Рыцарь Третьего Уровня    
Спасибо, Спас, очень рад увидеть такой текст на ресурсе. Замечательный автор, замечательная работа.
Sparky-Uno, джерело — это родник.
#29 11:25  18-11-2011Глокая Куздра    
Мне сегодня всё это приснилось.
#30 11:29  18-11-2011Шизоff    
и мне тоже. во сне уебал ногой в спинку дивана и отломил её нахуй. теперь у меня модная софа.
#31 11:47  18-11-2011iosif_i_kobzon    
эпос чё
плакал даже
#32 11:54  18-11-2011метеорит    
прочитал. автор натоптал тропу канешна. можно было уже за радужный мост питёрку с плюсом ставить, не слабее, даже наоборот. а тут как у художнека Ге на многих картинах, настроение передано гениально, но по краям остался голый небрежно недописанный холст
#33 12:02  18-11-2011r777    
2VETERATOR:
Игорь, что то я не совсем понял, что в 0150 про топоры было?
Я так понимаю, рубрика и за Мост по совокупности
#34 12:19  18-11-2011Александр Гутин    
Спас молодец. Поздравляю.
#35 12:26  18-11-2011Мистер Блэк    
ага. отлична.
рад за автора искренне.
#36 12:50  18-11-2011Голем    
сложно не похвалить, ггг — отличный тегзд
«спросил раз» — может, лучше было бы «спросил однажды»?
депрессивность да, зашкаливает…
ну, весёлые вещи куда труднее классно писать.
Спаса поздравляю, рубрикован вполне заслуженно! (скрипит зубами от завести, пытаясь сохранить умильное выражение лица)…
#37 14:07  18-11-2011Шева    
Да. Поздравляю.
#38 16:45  18-11-2011ЙП000    
мощно, хуле
#39 17:10  18-11-2011Oneson    
нагнал грусти.сильно конечно
#40 17:29  18-11-2011VETERATOR    
2r777
Дима так у тебя после Ненастья пауза подзатянулась.
#41 21:51  18-11-2011SF    
поздравляю, интересно было читать.
но тема не близка че-то. звиняй Спас
#42 22:28  18-11-2011RocknRolla    
серьезный текст, поздравляю
#43 23:57  18-11-2011Серафим Введенский    
поздравляю.
жду книги от тебя как от моралеса, ибо книга морасела уже у меня есть.
#44 00:07  19-11-2011Дмитрий Перов    
да уж.
очень сильный текст

бля! очень хорошо
#45 00:40  19-11-2011paranot    
Ну…
Я мог бы коротенько, тыщи на две знаков поспорить нащот одного из сильнейших за девять лет текста или самобытности стиля, но, думаю, для автора это неважно. А важно, наверное, что мне просто тупо понравилось. Без оглядок и сравнений.
#46 00:46  19-11-2011r777    
паранот, а ты поспорь. Ну так по тихому, «без пыли и шуму». Я не подъебую, реально говорю. Если бы я мог поспорить, то я бы сделал. Но, к сожалению, не чувствую за собой сил таких.
#47 02:53  19-11-2011X    
давай. 2000, хуй с ним, хоть вдвое больше знаков. Получается — публикуешься в этой рубрике, с респектами и прочими плюшками. Не получается, изволь, хавай всем еблом.
#48 03:03  19-11-2011Sparky-Uno*    
Да ладно вам. Это хуй можно померить длиной и толщиной. А как вы знаками то собрались меряцца? Или че? Голосовать будете? Кому понравилось, а кому нет? Хуйня в итоге выйдет, сравнимая лишь со средней температурой по больнице. Х & co! У вас там есть кому определять, что хуета, а что нетленка. Вот и вам и критерий.
#49 03:58  19-11-2011Саша Штирлиц    
Хороший текст.
.
Тема камней только каким-то навязчивым рефреном. Тут можно было и без них обойтись. Не ощутил особой надобности. Ненужных бликов и искр каких-то привнесло в общую, т.с., гамму…
#50 04:43  19-11-2011paranot    
r777
Х
Походу, меня не так поняли. Я имел в виду не «творческий спор» в виде литературного соревнования с автором, а критический разбор утверждений о лучшести и самобытности, прозвучавших в каментах.
Если коротко(не на 2000) — не считаю данное произведение супервыдающимся в масштабах ресурса, а стилистику — сформировавшейся до узнаваемости.
При этом мои возражения никак не умаляют удовольствия от прочтения.
Так понятнее?

А всем еблом мне здесь хавать — не привыкать — во всех прошлых жизнях))
#51 08:20  19-11-2011Яблочный Спас    
Саша Штирлиц- кстате вполне возможно и логично.

Голем, ты ахуительно прав. Гораздо, по крайней мере для меня, тяжелей написать веселуху.

Большое спасибо всем. Рад, что понравился текст, но конешно ничо в нем не вижу эдакого штоб ух.
Бог с ним.
Благодарю вас всех.
#52 12:18  19-11-2011Дмитрий Перов    
знакомая, прочитав, попросила передать отзыв автору:

«Сложно написано. и тяжело. настоящий талант у человека. начинаешь читать и невозможно оторваться. прочитаю предложение и тут же несколько раз его перечитываю, чтоб впиталось полностью» (с)

кстати, немного плюсану ей. Есть чо-то в её словах.
#53 12:21  19-11-2011Григорий Перельман    
а если он трилогию накропает? это ж типа пожизненной каторги получицца…
#54 12:30  19-11-2011[B_O_T]anik    
Да, стиль автора оконтурился окончательно = смурноктивизм
#55 02:39  20-11-2011Илья Волгов    
ты большой молодец
спасибо
Спас, зачту. Ещё не читал. Но фсем здоров слог, коль второй раз идёшь
#57 03:34  20-11-2011Главный гавнюк    
Сначала, после подареного ёжика, подумал будет что-то аля «Спам» Чижова. Ан нет, совсем другое. Хотя цепляет не меньше. Отношения братьев показано отлично. Я сам младший. На 11 лет. Старший всегда был основательней и деловее. Он как второй отец.
#58 04:16  20-11-2011Шырвинтъ    
хочу похвалить
В жизни так не бывает, чтобы без слёз… Путно написано.
#60 20:47  20-11-2011проша    
Спас, силища! спасибо!
#61 20:39  21-11-2011Лука Окрошкин    
спасибо, братко. спасибо
#62 20:40  21-11-2011Лука Окрошкин    
в запой больше не хожу. нахуй так все пропью самое луччее
#63 21:09  21-11-2011Renat-c    
Это литература, да! Верю!
#64 20:25  23-11-2011Чёрный Куб.    
здорово, Спас.
#65 09:46  24-11-2011afon    
Да, рикаменд
#66 22:54  24-11-2011Кристина Ланде    
Поздравляю, очень понравилось.
#67 17:26  25-11-2011Лютый ОКБА    
хуй знает, я больше про чотких чик и крутые тачки люблю
тоска блять, какаято
#68 19:49  25-11-2011Олень Писдатый    
поди, Духлесом и Зетелками зачитываешься?
#69 00:48  26-11-2011Чхеидзе Заза    
что то нисчяк
#70 23:25  26-11-2011детский писатель Шнобель    
Отлично написано.
#71 20:37  27-11-2011Тоша Кракатау    
Новый русский фольклор. Весьма художественно.
Многое не догнал. Стилем-с берем-с, как говаривал Бабель.
Круто.
#72 08:18  28-11-2011Шизоff    
Лютый сжок бля
#73 01:15  07-12-2011Ирма    
С опозданием, но прочитала.
Очень мощно.
#74 13:12  11-12-2011коля    
Дождливый Октябрь выдался в 1905 году. В городке Ушицы N-ского уезда, что в ста с чем-то верстах от Санкт-Петербурга будет, размыло тракт и, волею случая, застигнутая в дороге холодным вечером пара проезжих коротала время в уютной гостиной трактира Епифания Волкова в ожидании кружечки обжигающего чая и ещё чего покрепче. Двое сидели напротив друг друга разделённые чистым деревянным столом.

Первый мужчина был довольно хорошо одетым джентльменом лет сорока — пепельного цвета аккуратная бородка, пенсне в золотой оправе, золотая же часовая цепочка пересекала атласный жилет и скрывалась в маленьком кармашке на круглом животике. Другой путешественник выглядел не менее представительно, но явно выигрывал в возрасте — молодой человек яркой наружности — в лице его, скорее всего незнавшим пока бритвы, проступала некая пиратская, хищная красота, делая его более волевым и мужественным.

-- Ну что, молодой человек, задала нам непогода? — с улыбкой обратился к молодому более зрелый, — как вас звать величать?
-- Разрешите представиться, — молодой привстал, — Нежин, Александр, студент. А вы кем будете ?
-- Сергеев, Василий Аркадьевич, — приветливо улыбнулся господин с золотой цепочкой, — врач, возвращаюсь в земскую больницу, непростую ампутацию проводил, и вот такая оказия, — он развёл пухлыми ладошками, — а вы, позвольте спросить, по какой надобности, да в такую пору ?
-- А я назад, как говорится в alma mater, в университет, — весело ответил Александр, лицо его оказалось совсем не хищным, а очень даже приятным, стоило ему улыбнуться, — родителей навещал. Отец у меня по купеческому делу, а я вот решил пополнить плеяду адвокатов. Он против, конечно, но я настоял.
-- Ну что же, это дело интересное, я думаю вам будет где там развернуться, — доктор Сергеев обернулся на дверь кухни откуда показалась прислуга с большим подносом незамысловатой деревенской снеди.

Следующий час прошёл в относительном молчании — знакомцы по неволе утоляли голод, а за едой какая уж беседа, так баловство одно.
После еды, сытые и согревшиеся, они сели поближе к печке, чтобы насладиться кто вечерней сигарой а кто папиросой. Василий Аркадьевич с аппетитом закурил и повернулся к молодому человеку.

-- Вам, как будущему адвокату, будет небезинтресно услышать одну историю, которая так или иначе перекликается с вашим ремеслом, — врач выпустил струйку дыма под потолок, — ведь успех в вашем деле напрямую зависит от дара убеждения; насколько я понимаю вы не собираетесь быть обычным поверенным, а нацеливаетесь идти по следам господина Плевако? Рассказать ?
-- Сделайте милость, — ответил студент, будущий господин Плевако, и приготовился слушать.
-- Было это, по-моему, под Тобольском, года два — три назад. Мне один коллега рассказывал. Природа там дивная, люди работящие, малопьющие, да и вообще живут в тех краях неплохо. Так и жила своей жизнью небольшая зажиточная деревня Малые Воды. Не знаю почему она так называлась, но располагалось сиё место на берегу широкого и глубокого озера. Рыбалка в тех местах была сказочная. Да, что рыбалка, охота, ягоды… всё было замечательно. И вот однажды пришёл в ту деревню старец. А может и не старец. Вообщем бедный и оборванный блаженный человек, коих на Руси испокон веков почитали за приближённых к богу. Был странник высок и худ, но силён, а в очах его горел огонь сумасшествия, что так легко спутать с огнём божьим, особенно людям свято верующим. Шёл он с пустыми руками если не считать торбы полной сушёных грибов.

Ходил старец из дома в дом, где молока выпьет, а где и чарку водки в пасть заросшую нечёсаной бородой опрокинет. Собаки, его учуяв, смирные становились, это было удивительно, а так — самый обычный на вид бродяга. И вот ходит он по деревне и речи говорит о спасении души, да и божьей милости, а иногда кусками из писания чешет… И складно так у него выходит, что, против воли и то, заслушаешься. И прошла так неделя, от силы полторы, но стал таинственный пришелец людей вместе собирать, проповеди вести, даже отца Иеремию что в Малых Водах батюшкой служил убедил ему амвон уступить, да при молебнах прислуживать. А молебны его тоже были необычны, перед речью своей он из котомки грибы свои сушёные вынимал и по щепотке в рот каждому вкладывал. Говорили святые грибы у него.

И вот, в одно летнее утро, когда солнце только-только показалось над кромкой озера, часов так около пяти, потянулась к озеру вся деревня. Старухи и девки, молодые мужики, старики и дети, больные и немощные — все. В то утро над озером висел туман, птицы пели свои утренние песни, а люди молча шли и шли к озеру, где их поджидал новоявленный священник. И как подошли все начал он на них крёстные знамения класть. Да не как надо по православной вере а по зеркальному — левой рукой и с левого плеча...«Во имя Тьмы, и Сына Тьмы и Святого Духа Тьмы», — еле слышно шептали губы, а лицо его приобрело при этом торжественно-благоговейное выражение.

И стали люди молча, с детьми да со стариками немощными на руках, в воду заходить и идти прямо к середине. Только недолго они шли — озеро в сажени от берега уже поболее двух аршин в глубину будет. И вот так — один за другим входили они в воду да и оставались там, ясное дело. И спокойно так, без слов и без молитв, дети только малые плачут, так им матеря своими руками рты закрывают. По тихому… идут, идут, идут и скрываются. Так и ушли все. Только круги по воде.

Доктор закончил свой рассказ и посмотрел на замершего студента.
Тот встряхнул головой, словно отгоняя неприятную картину, и задумался.

-- Но подождите, Василий Аркадьевич, если все погибли, то откуда же ваш знакомый узнал эту историю и куда делся сам проповедник, всё это неправдоподобно, разыгрываете вы меня, — на щеках Александра Нежина заалели бутоны обиды.
-- А вот и нет, — доктор выпустил огромное кольцо дыма и оно стало медленно подниматься под закопчённый потолок, —
#75 08:48  11-01-2012Сёма Вафлин    
Спас, так это ты ТАКОЙ финал считаешь не говном???7))
Однако))) А пишешь класс!!! Респект!
#76 08:49  11-01-2012Сёма Вафлин    
Спас, так это ты ТАКОЙ финал считаешь не говном???7))
Однако))) А пишешь класс!!! Респект!
#77 23:12  24-02-2012mops9ra    
lf e; pft,bcm
#78 10:10  27-07-2012Канцелярская Крыса    
Взяло. Прям вот так вот, в надпочечники. Каждое слово — весит. Как виноград — вкусно и целая гроздь сразу. Мое уважением Вам.
#79 14:42  18-09-2012Феликс Бобчинский    
Я тут в новеньких, хожу, смотрю.

Текст классный, одни «барашки, которых бы зарезал, если бы был кавказцем», пардон за цитату по памяти, стоят многого.

И такие находки рассыпаны густо-густо по тексту.

Просто вопрос не по делу и не к месту:
- А что, в «рекомендовано» выбирают только чернуху и депрессуху?

Упаси, Бог! Работа классная. Но...

Может, делиться радостью — не комильфо, а, вот бедой и горем — велком?

«Вы просите песен?
Их нет у меня...»
Грустно…

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
20:34  18-04-2015
: [150] [Рекомендовано]

Я родился в Восточной Сибири, немного раньше, чем планировал. Примерно на три месяца. Мама моя, была в то время очень приличная 37-летняя женщина. На 22-ой неделе ее пригласили на поминки к очередным и многочисленным нашим родственникам. Мама так резво там отплясывала, что в итоге вечером того дня у нее случился выкидыш....
21:19  19-02-2015
: [175] [Рекомендовано]
- Все, что вы написали - ни к черту не годится!
Редактор угрюмо сверлил Лярвина взглядом. При этом, брови его, кустистые и припорошенные перхотью, казалось, жили собственной жизнью, то сдвигаясь к мясистой переносице, то взмывая к низкому, нависающему лбу....
09:45  30-05-2014
: [65] [Рекомендовано]
Зима.

- Ты не просто дура, а вдобавок ещё и дура в квадрате!

Двадцать лет назад Вовка окончил физмат и, будучи по натуре человеком тихим и скромным, если и выпускал наружу своего демона, то делал это интеллигентно. То есть бранных слов и мата старался по возможности избегать....
20:18  24-02-2014
: [117] [Рекомендовано]
перепост

"Должок помнишь?"
палец




Кот и Лера расставались уже целый год и всё никак не могли остановиться. То есть, не могли цивилизованно и окончательно развалить свою семью. Да никто из них и не знал, что это такое - цивилизованное расставание....
09:43  07-12-2013
: [105] [Рекомендовано]
ломать - на порядок всегда интересней работа
когда распадаются вредные сгустки молекул
в сознании мальчика с ломом в блестящих от пота
рождается чувство что здорово быть человеком
.
рождается чувство что здорово бить человека
за правое дело, за левые деньги, от скуки
садятся в свои самолёты паломники в Мекку
но что-то внезапно с приборами, видимо глюки
....