Трясина.

Автор: Рыкъ _1_

Все как во сне.

Он бродит по саду, собирает вишню, ест ее, по-мужицки сплевывает через зубы. А вокруг нестерпимо жарко и ветрено. Ему 9. С ветром приносятся крики Димы: «Егор, Егор, Егооооооор». Он выходит за забор: «Тебе чего?».
- Пойдем в лес. Я там воооот такую жабу видел, - нетерпеливо говорит Дима, показывает руками размер жабы, - Воооот такую! Как голова!
- Не пойду. Болото там - бабка кричать будет.
- Ну и чё же?... Воооот такая!
- Не, не хочу.
- Ну и ладно. Сам схожу
Идти не хочется - что-то внутри останавливает, но видя удаляющегося Димку он не может совладать с собой, бежит вслед: «Подожди. Подождииии».

Они уже поравнялись, но вдруг смена обстановки.

Он на болоте. Один. Его уже засосало по колено. Ему 14. Его тело в самом центре болота, но, что удивительно, разум совершенно в другом месте – в школе, на уроке. Рядом Димка корчит рожи, шутит; вместе смеются; их выгоняют из класса.
- Не беда. Давай на рыбалку?
- А удочки?
- Все есть.

Какие-то обрывки воспоминаний, надежд, желаний.

Ему 19. Телесно он в болоте уже по пояс... А так, на выпускном. Кругом улыбки, веселье, никуда не хочется идти, ни о чем не хочется думать – все как в вате. «К черту институт», - он решает пойти в армию. Вместе с Димкой.

23. По грудь... Институт. Попойка в общежитии. Димки нет – он в армии.
- Дай сигарету, - в ушах звенит пьяный голос Ирки.
- Сигарет нету, может чё нить другое?
- Ну пойдем.

Уже 26 и уже по кадык в болоте... Рядом Ирка. Она в подвенечном платье, красивая и серьезная. Он ее целует. Целует свою жену. А краем глаза видит Димку, трясущего фотоаппаратом, недовольного: «Цалуй ее еще. Я на эту хрень нажать не успел». Ирка смеется: «Засмотрелся поди»

29 лет за плечами. Болотная жижа касается губ. А там... Там новая машина. Ночь на автотрассе. Скорость. Он куда-то несется. Поворот. Какой-то дом уносящийся на бешенной скорости. Еще поворот и уже нету асфальта под колесами... Овраг.
Темнота.

_2_

А темнота, ведь, не навязчивей света. Всего-то и нужно открыть глаза, вырвать себя за уши из дремы – и вот он новый мир. Мир красок и света.
И он открыл глаза, а открыв их очутился все в той же палате, в которой и засыпал. Чуда не произошло. Вокруг по прежнему пахло по больничному, за окном шел дождь и завывал ветер. Да, на улице было холодно, даже очень холодно; но он лежал в жару, со впалыми щеками, слезившимися глазами. Слабый, похудевший, но, слава Богу, не голодный. Даже несмотря на то, что последние два дня он только пил, голоден он отнюдь не был.

Люди, стоявшие рядом и видевшие его пробуждение оживились: кто-то принес воды, кто-то поспешно вышел, потом вошел обратно с кем-то еще.
- Дмитрий, вы тут?...В сборе?...Не уходите, может я еще выберусь, - прохрипел он в полубреду.
- Не уйдем. Ты как, Горка? Как дела?
- Да, все уже в порядке, Дим.

(с) РыкЪ