Конкордат

Автор: Дмитрий Перов Гришка Салисов со своею бабкой Розой были единственные цыгане в деревне. Жили до этого в городе, но по причине отказа заниматься семейным бизнесом – торговлей героином – изгнаны были из семьи. «Ты или с нами, или против нас. Третьего не дано, Гриша» — говорил ему барон, двоюродный дядя его. Гришка и не раздумывал. Собрал манатки, какие были, да поехал на вокзал. Чего цыганской душе-то надо ещё? Ветер, да воля. Ни денег не имел, ни точного маршрута своего не знал. Так и сидел в зале ожидания. Закимарил. А у бабки сердце кровью обливалось – с пелёнок ведь нянчила внучка, а тут такое. Собрала кое-какие деньги свои, да за ним подалась. Её и держать никто не стал.


– Каринг ту, шяво? Джинэс, карик тэ джяс? – спросила бабка, обнаружив Гришку, дремлющего на вокзале.
– А, бабушка… – проснулся Гришка. – Да куда-нибудь. Что нам? Но с этими жить я не намерен – уж точно. Со мангэ тэ кира, мами?
Старушка присела рядом.
– Что делать… что делать? Стояли мы, Гриша, давно очень, табором в деревушке одной, – рассказывала она, – и речка там чистая, и лесок рядом, и ферма какая-то и люди вроде неплохие.… Махнём туда? Денежка у меня на избу кое-какая есть, авось и на коня тебе останется.
– А со, мами, и махнём. Спасибо тебе, конечно. Но я бы и сам не пропал.
– Ты молод, Гриша, и горяч – дел наворотишь, да и куда тебя одного-то? Поедем вместе, я отжила уж своё – за тобой поприсматриваю.

Так и оказались они в Елани. Местные приняли вобщем-то неплохо, хибара перекошенная, но тёплая на краю села оказалась – купили незадорого. Да и жить стали. Родня не беспокоила и не искала, и они о себе не напоминали. Жили тихо. Незатейливым хозяйством обзавелись. Гришка на ферму устроился подсобником. С дояркой дружил. С Настькой. Да о коне всё мечтал – какой жених и без коня? К двадцатилетию своему подкопил, и бабка помогла – поехал в соседний посёлок. Покупать.

В сельсовете справился, где коня хорошего можно купить. Может, знают. Знали – направили к старику Прохорову: «У него кони знатные. Всю жизнь ими занимается. Поезжайте, не прогадаете».

И не обманули. Старик, действительно, оказался местным конезаводчиком и, показывая трёх вороных, нахваливал каждого в особенности. «А вот этот, гнедой… – старик, глядя на мощного красавца-скакуна, на мгновение призадумался, – этот не продаётся, нет. Породистый. Да и денег на него у тебя ни в жысть не хватит. Нет. Выбирай вот из этих – один другого лучше!» А Гриша и в самом деле стоял и, как ребёнок, любовался ими всеми. Красивые скакуны. «На таком к Настьке приедешь – считай, твоя уже точно» – думал Гришка. «Вот этот!» — похлопал он по загривку одного из них, а сам всё смотрел на гнедого.

– Ветерок, – сказал старик, – добрый конь. Верой и правдой служить будет. Трицать тыщ!
– Согласен!
– Ну, тогда пройдём в дом и оформим наш конкордат, – пригласил дед.
– Что-что? – не понял Гришка.
– Конкордат. Соглашение, однако, – засмеялся старик.
– А. Ни разу не слыхивал. Ну, пойдёмте.
– Пойдём. Старуха и на стол собрать там должна уже.

В доме Гришка хотел, уже было, рассчитаться и гнать на Ветерке домой, но дед так просто не отпускал: «Ну, как же так, честно слово-то?! А сесть, а выпить? Зоя! – крикнул он бабке своей, – ну что там? Нам конкордат бы отметить, что ли».

Посидев с хозяевами, немного выпив и послушав рассказы о прелестях коня, Григорий поднялся:
– Мне бы это, до ветру.
– А как раз возле конюшни рядом, – направила бабка, а сама между тем поучала деда: – Заладил, как заведённый: конкордат, конкордат. Это между прочим, чтоб ты знал, старый пень, договор церковный, кажись. В старину, да и то не у нас. Католический какой-то, слыхала. Наполеон там вроде участвовал, боюсь соврать.
– Вот и не ври, старая! – засмеялся старик, изрядно уже захмелевший. – Чего привязалась-то? Кони – значит конкордат. И всё тут. Да, молодой человек?
– Да мне, собственно, не особо-то. Ну, пусть так, конкордат будет, – отвечал уже из сеней Гришка.

Выйдя на крыльцо, он закурил, и некоторое время просто смотрел в землю, что-то бормоча себе под нос. Затем решительно бросил сигарету, плюнул и проговорил:
– Какой к чёрту «конкордат»?! Кони – значит конокрад!

Быстро прошёл в конюшню, отвязал, бившего копытом землю гнедого скакуна, словно ждущего его. Вскочил на него и был таков.

Несясь во весь опор, под внезапно начавшимся дождём, к дому, Гришка всё бормотал: «Конкордат… Конкордат… Тьфу, ты, чёрт старый! Привязалось-то… зараза! Вот тебе и конкордат. Вот тебе и конкордат!»