Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - Единственная

Единственная

Автор: Туманов
   [ принято к публикации 00:42  20-09-2004 | Alex | Просмотров: 535]
Она лежала на высоких подушках и он, примостившись рядом, полу играя, полу лаская, перебирал её седые волосы. Они были колкие и сальные – Спирос наматывал их на пальцы, они тотчас же распрямлялись. Даже по сторонам, на пробор, они укладывались с трудом. Спирос не сдавался – поединок с волосами забавлял его. Освободив от них лицо, он трогал подушечками пальцев морщины, путешествовал по их неровностям – ощущение это рождало нечто непонятное: болезненное, как после рвоты, головокружение, тревожное волнение, щемящую неопределённость – этого хотелось, однако. Старуха слабо улыбалась и мудро взирала на него большими слезящимися глазами. Порой, от наплыва каких-то чувств, она начинала смеяться – коротким, резким смехом, но тут же замолкала и, приподняв руку, дотрагивалась до Спироса – убедиться, что он здесь, что он реален. Тут же опускала ладонь на перину – да, он здесь, да, он реален.
Спирос поцеловал её в треснутые, ссохшиеся губы и уткнулся лицом в подмышку, под колышущуюся дряблость груди. Скосив глаза, старуха глядела на него; усталая улыбка растягивала её рот. Она заговорила:
- Неправда. Неправда, что судьба сильнее нас. Мы сильнее наших судеб. Мы побеждали их не раз, победили и теперь. Всё видимое обернулось жалким обманом – его можно проткнуть ударом руки. Ведь мы вместе.
Он был тих и недвижим. Она продолжала:
- Я познала много тягот по дороге к тебе. Тягот, несчастий, разочарований. Это непросто: выступить одной против всего порядка и закономерностей вещей. Но лишь так, лишь в этом противоречии могла я обладать Надеждой. Отступи я, поддайся натиску сытых соблазнов – и тот хрустальный мир, обещанный нам, - он рухнул бы, разбился.
Спирос молчал. Лишь прикрыл в знак согласия глаза и устало повёл головой, ласкаясь в жёсткое одеяние любимой. Звучал ритм – он звучал не явно, откуда-то из глубин. Спирос замер: он помнил его. Та ночь, тот костёр и влажная кожа, разъединяющаяся под поблескивающим лезвием ножа, и кровь – она текла по пальцам. Он сжимал в кулаке землю, она сочилась сквозь пальцы спрессованной глиной. Идолы стояли полукругом – одного он поджёг и, упав на спину, смотрел в небо. Ещё там были горы – они темнели вдали, но не манили.
Старуха засмеялась. Он улыбнулся в ответ. Они смотрели друг другу в глаза – глаза были полны нежности. Старуха обвила его своими цепкими руками, глядела безмолвно, безумно.
- Вот так смотреть на тебя, - сорвались с её уст слова, - и знать, что ты – то, чего желала так долго. Почти всю бесконечность. Мне кажется это сказкой, я придумала её сама, да, сама – и поверила в неё всей душой – так она прекрасна. Это не так, нет?
- Это так, - шепнул он. – Я тоже придумывал сказки, они были плохими, я не любил их. Мне нравилось умерщвлять их в своём собственном изображении – те разрывы боли заставляли бросаться на стены, но были сладостны. А потом я узнал, как посещать их царство – я ушёл туда.
- Ты не чувствуешь алое? Оно по краям, колышется, всё сгорает в нём – дрожит, вибрирует, но сразу не может – меняет картины, образы. Всё проносится в его кольце.
- Да, да, я знаю это. Оно имеет вид чаши, если смотреть сверху. Чаши с жидкостью – мы поднесли её ко рту и не можем оторваться, поглощая напиток. Вечная жажда – она всему причиной.
- Я качала тебя на руках – маленького, сморщенного. Качала на руках и кормила грудью. Ты тянул ко мне ручки и радостно смеялся. Потом я видела твою сутулую спину подростка и вытянутый профиль лица с первым пушком над губой, сердце моё болезненно сжималось – кто знает отчего. Кожа твоя делалась темнее и грубее, пушок сменился щетиной, а волосы на голове – залысинами. Ты уже не мог передвигаться как раньше, без устали. Потом я хоронила тебя: гроб был тяжёлый – он гулко стукнулся о землю, я бросила ком глины на обитую атласом деревянную крышку, она тревожно отозвалась – не то эхом, не то стоном. Я плакала.
- Я не хоронил тебя, - сказал Спирос, - не довелось. Лишь обнимал и целовал…
Она зашлась в смехе, он был неожиданно звонок, словно ручей.
- Ещё раздевал. Я сходил с ума, снимая с тебя одежды. Полз, тянул руки – а ты всё ускользала, уносилась вдаль, таяла…
- Просто я всегда любила ветер, - шепнула она.


Теги:





1


Комментарии

#0 11:52  20-09-2004Нея    
о--оо..что-то я чего-то ничего не поняла.
#1 12:17  20-09-2004Femina    
Передернуло...
#2 12:50  20-09-2004Repellent    
Мумия-3
#3 13:01  20-09-2004X    
Мало.
#4 16:12  20-09-2004Calypso    
Молодца! Так держать!
#5 16:37  20-09-2004nekogda    
шикарный текст!!!охуительно.

я такого давно уже не встречал.

меня правда пугает возможность инцеста, если я правильно понял.

но в целом оч.хорошо. превосходно.

очень давно я прочитал роман, габриэля гарсиа маркеса, любовь во время чумы. весь роман написан ради двух последних страниц. двое влюбленных, ставшие стариками, занимаются любовью в каюте корабля, который идет по реке в каком-то круизе.

автору текста тоже, мне кажется удалось передать чувство.

шикарно. просто шикарно

респект!!!!

#6 16:49  20-09-2004Эдуард Багиров    
Еабть старушонок?

А почему бы и нет...


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
13:57  19-08-2018
: [43] [Литература]
Был разбужен ни храпом, ни ветром -
Алексей Алексеич Машков
И не дружным прерывистым пердом,
Разрывающим тайну оков

Он разбужен был полной луною
Что светила из грязных окон
Та что глаз свой, прекрасный, воловий,
Разместила на влажный балкон

Вся бригада накушавшись браги,
Как один нахлебавшись ея,
Не проснулась от лунной той тяги
Сей чудесный момент проебя

Лишь Машков, бригадир, был разбужен -
Сладкой мукой, волшебной луной
3начит правда од...
09:42  14-08-2018
: [10] [Литература]
Первым к точке сбора пожаловал Василий Плазмов. Вскоре подтянулся и Сережка Моржиков. А вот Лёлю ребятам пришлось подождать.
Сутулый Василий посасывал кончик галстука. Сережка курил папиросу и исподлобья поглядывал на эфемерных прохожих. В его голове как будто что-то никак не укладывалось....
23:59  10-08-2018
: [10] [Литература]
Коты обнюхивают клей на щелях, в коридоре, в помещениях, куда ведут своих приятелей дешёвые мамзели, стоящие рядами на панели, с припаркованной Газелью, в которой Алексея попросили поменять руль, тормоза, педали и сцепление, да и всё остальное тоже бы не помешало вытрясти из этой нахлобухи, под тянущие звуки как в порнухе из системника с винтом размером в гигабайт, куда ядрёный телетайп шлёт пошлые команды ватага за ватагой, бомжи под эстакадой в ржавой банке доваривают свою манагу, мохнатыми ушами шевеля, ...
09:01  09-08-2018
: [17] [Литература]
Куда девались стайки алкашей,
стеклянных войск былинные герои?
Неужто жизнь их выгнала взашей,
в неровные ряды метлой построив?
Я не воспринимаю город мой
без этих добрых, милых сердцу граждан -
носителей духовности простой,
готовых поделится ею с каждым....
12:43  08-08-2018
: [17] [Литература]

Скоро Осень, снова пожелтеют листья,
Рухнут листопадом, с ветром полетят,
А у нашей Тани поседеет пися,
Тане в эту пору стукнет шестьдесят

Все лицо в морщинках, как у обезьяны,
Груди, словно гроздья, свисли до земли,
Осень как ты любишь времени изъяны,
Как ты обнажаешь грусть былой любви

О любви к Татьяне я жалеть не буду,
Слезы расставания высохли давно,
Таня оформляет в «Альфа-Банке» ссуду,
Повернуть пытаясь дней веретено....