|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Ночь затаилась...
Ночь затаилась...Автор: Дюжина ножей в спину революции Ночь затаилась под копотью липкой,хочет до завтра прикрыться отгулом. Метро, перед сном, человекоубытки в серо – панельный притон отрыгнуло. Как извержение семени, вечер – ломщик известный и судеб и будней, всей человечине вытек навстречу – время настало для выхода в люди. Недопрожёванные индивиды кожу массируют улиц плешивых. Считаны, призваны на панихиды злыми крестами в оконных могилах. Дыры подъездов, с гримасой бетонной, встретят добычу лифтОво – урчаще. С хохотом бьют сколиозные клёны плётками суток по прямоходящим. Знаю, чем кончится. Выть так охота! Час предназначенный в колокол пробил – звёзды погонят, нестройной пехотой, сонного зверя в объятия дроби. Точный момент. Я приткнулась у края. Сцена до боли привычна, убога – Лезет послушно двуногая стая ржавой цепочкою на ночь в берлоги. Титры финальные. Скомкан, засвечен, вычеркнут полностью и перемотан выцветший, всеми залапанный вечер – Мой восхитительный вечер субботы. Теги: ![]() -2
Комментарии
#0 20:03 12-11-2012Седнев
Как-то грузно. Нет легкости, присущей автору. Искрометность сменилась вычурностью. Драйв сдох По погоде *атмосферно* чётко. Понравилось. Вот че крест животворящий (зачеркнуто) Маяковский под бутиратом творит. Вышак Недопрожёванный ломщик панельный, Чисто притон отрыгнул подлифтОво. И сразу был призван на акапельную, С урчащей гримасою плёточным клёном. красочно реализовано, понравилось. Ужас какой. Соглашусь со Швейком. Еше свежачок Там, где еще (плачь, капитан, плачь…)
Не о ком будет плакать. (Варя Нау. 2013 г.) таскаю каштаны из детства твоего алиса моя с чёрным мраморным сердцем (Авось. 10.10.26 г.) *** А первый снег, что прошлых неудач мгновения, — бессилен, безнадёжен.... Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным.... |

