Ветры нашептали...
Автор:
[ принято к публикации
23:01 12-02-2013 |
Юля Лукьянова | Просмотров: 1588]
Не на что опереться толпы среди,
хлопнет на небе дверца — Гефест сердит.
Некуда, и не надо, идти. Стою
в центре своей эстрады. Глаза поют
образами. Согреть сам звезду могу,
не на что опереться — Борея гул.
Тонет на стане нотном даль-полутон,
здесь высота есть, нО дна достиг Плутон.
Звуки душевной фибры слепцу фонарь,
ты — человек-амфибия средь менял.
Где ты плывущий к Северу южный плот?
Тонет на стане нотном поющий Нот.
Рвётся льняная простынь небес дневных,
на человечий остров приходят сны,
вместе с луною бледною и немой,
вместе с желанным ветром. Под шёпот мойр
трудно забыться сладко, напрягся нерв,
дышит душа востока — капризный Эвр.
Вздрогнет листва. Нарядно звеня, каприз
чистого звукоряда льёт кипарис,
чёрные мысли, где вы? Я снова пьян,
под ветерка напевы, играет Пан.
Грани переливает земной сапфир,
влажный предвестник рая спешит — Зефир
Вот они, все четыре, кружат в игре,
вздыбив земные пыли прошедших лет,
нам оставляют знаки. В кругу земном -
мысли и чувства накипь. К звену звено,
ты собираешь цепи, ты ждёшь мессий,
глупые эти цели не стоят сил.
Там под берцами травы
шелестели и никли,
погибая под шинами
летом в пыли.
Почему это так?
И зачем это было?
Эти жухлые травы
понимать не могли.
Города разрушались
от прилётов снарядов,
отключений воды,
от обстрелов дорог…
На разбитом шоссе
гнили старые танки....
О, лето.
Иду полями и кричу.
С прекрасной вышины
Рандомная ворона академически кидает
Говна веселый шар.
Останки трактора стоят. Ты жил, ты синим был,
Ты оххутильно пирдел в полях,
И в голове твой сидел обдолбанный,
Упитый Емельян....
Не зло, а отсутствие добра.
Не ненависть, а отсутствие любви.
Вот дорога, она одна.
Птицей смейся, или вепрем реви.
Взращивая в себе неприятеля —
Мельчаешь, ничтожишься.
Или/или — знакомое множество.
Любишь — значит, не имеешь вражды
К чему бы то ни было....
Чем меньше в физике обертки от души,
Желаний быть, и зрения, и слуха,
Тем трепетнее внутреннее ухо
Ко всей несправедливости и лжи.
Вы слышите, родные старики? –
Ровесники моих загулов юных –
Как гулкие в ночи июльской лУны
Вибрируют под пальцами руки?...
Горское сказание
В блаженные николаевские времена, когда горы Кавкасиони ещё не устали держать небо на своих каменных плечах, а реки, не стесняясь, текли молоком для людей храбрых и сердцем нечерствелых, — жил-был в долине, именуемой Алазань, мастер резьбы по живой плоти, единственный и неповторимый в своём роде мясник по имени Ражден....
