Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Про скот:: - Просыпайтесь

Просыпайтесь

Автор: Снежок
   [ принято к публикации 01:35  18-02-2013 | Na | Просмотров: 595]
-Русские, Вперед! Русские, Вперед! Русские, Вперед! – тысячи глоток разрезали серое небо над главной площадью страны.
Людей было много. Может быть, пять тысяч, а может — и все пятнадцать. Люди кричали.
Крепыши в тяжелых ботинках и шлемах космонавтов судорожно вцепились в массивные щиты и палки, сомкнулись в стену, но подходить ближе боялись.
Люди кричали и резко вскидывали вверх руки. От сердца к небу. Если смотреть сверху, то этот лес рук был похож на яму с кольями или иглы большого недовольного ежа. Коротконогий генерал Жуков удивленно ерзал на своем каменном коне.
Темнело, по одному начали зажигаться фонари. Снег под ногами смешался в грязную кашу, повсюду валялись ошметки дымовых шашек, оглушали взрывы петард.
Иван стоял в самом центре толпы. Было тесно, но весело, кто-то несильно толкал его в спину.
Иван кричал и вскидывал правую руку вверх. Ро-сс-ия! Ро-сс-ия! Впере-е-ед, Россия! Е-гор! Е-гор! На небольшом возвышении парни развернули черно-белый плакат убитого Егора Свиридова. С плаката смотрело обычное русское лицо. Округлое, с небольшими ямочками на красных щеках. Толпа завыла еще сильнее.
-Суки! – завопил высокий парень в арафатке– Суки! Они убили Егора!
-Митинг несанкционирован! – прогремел неуверенный голос из мегафона – Митинг несанкционирован! Просим разойтись! Расходитесь по домам!
В ответ полетели куски льда, пивные бутылки и фрагменты разломанной арматуры. Внезапно в толпе началось движение. На переднем фронте замелькали руки, ноги, дубинки. Люди в шлемах устали стоять без дела и решили немного согреться.
-В метро! – истошно заорал рядом стоящий парень – Все в метро!
Человеческая масса в белых кроссовках и меховых капюшонах дрогнула и заструилась вдоль площади. Кто-то выбежал на проезжую часть, кто-то пытался прорвать кордоны на подступах к дедушке Ленину. Иван влился в поток, несущийся в подземку.
Несколько сотен молодых здоровых тел крушило и ломало все на своем пути. Трещали железные двери, хрустело под ногами стекло, слабые людишки, ничего не понимая, испуганно жались вдоль стен.
-Русские, Вперед! Русские, Вперед! Русские, Вперед! – Иван подхватил строгий, резкий хор голосов.
Молодая женщина упала на эскалаторе и ее чуть не затоптали ногами. Всхлипывающую женщину быстро подняли и поставили на место. Бабушка-контролер свистнула пару раз, махнула рукой и ушла сидеть в свою будку.
Люди на платформе испуганно озирались, не зная, что делать. Бежать или стоять смирно?
-Что происходит? – спросил Ивана мужчина в большой меховой шапке.
-Что происходит? – резко ответил Иван – Что происходит? Допрыгались! Вот что происходит!
В углу платформы возникло движение и крики. В такт качались руки и ноги.
На корточках сидело какое-то существо, мычало и закрывало голову руками.
-Бей его! – громко орал парень в черной маске – Выцепляем кавказ из поездов и пиздим!
Маленький, сморщенный таджик или узбек, прятался за столбом. Иван заметил его краем глаза, но ничего не сказал. Узбеки – не хачи. Их не нужно трогать.
Подъехал поезд, кто-то вышел и сразу заскочил обратно. В каждый вагон забегали по пять-десять человек, искали смуглые лица и быстро начинали работать кулаками и коленями. Парень в черной маске зычно кричал на всю платформу.
Еще! Еще! Давай! Давай!
Иван забежал в поезд, увидел растерянное и испуганное лицо какого-то деда. Дед закрывал лицо руками.
-Не боись, дед! Тебя не тронем! – сказал Иван – Мы своих не трогаем, дед. Ты че?
Дед ничего не ответил, только сильнее вжался в сиденье. Иван повернул голову направо. В углу вагона трое быстро месили кого-то в черной кожаной куртке.
-Изверги! Твари! – вдруг надсадно закричала женщина в платке — Что же вы делаете, фашисты! Впятером на одного!
-Не ори, мать – сказал Иван – Своих не трогаем. Не мы это начинали.
-Фашисты! – не перестала кричать женщина – Фашисты!
Женщина начала размахивать сумкой, Ивану пришлось уклониться в сторону. Подбежал в угол вагона, всадил пару раз ногой в визжащее месиво, выскочил обратно на платформу.
-Шухер! Шухер! ОМОН! ОМОН! Разъезжаемся! – заорал вдруг Черная Маска – Все по вагонам!
Иван посмотрел на другой конец платформы. По эскалатору сплоченным составом бежали люди в тяжелых ботинках и шлемах космонавтов. Дубинки и щиты топорщились наготове.
-Все по вагонам! – еще раз заорал Черная Маска.
Иван развернулся и побежал в противоположный конец платформы. Услышал начало фразы “Осторожно, двери закрываются, след…”, схватился за резиновые двери и запрыгнул внутрь.
Люди в вагоне со страхом посмотрели на него. Иван отвел взгляд, отошел в сторону и вставил плеер в уши. Прислонился к надписи “не прислоняться”. В центре вагона кто-то еще орал Русские, Вперед! но с каждой станцией все тише и тише. Доехали до Фрунзенской.
Иван достал телефон, открыл входящие. Писал Федя. “Заебись пошумели! Ну че, ты где там? Если не попался, двигай в Кружку на Чистые, в ту, что дальше, на Мясницкой”.
Иван подумал и решил не отвечать. Хватит на сегодня уже. Домой пора ехать. Хорошо пошумели.
Вышел на Юго-Западной. В голове мысли роятся, рот сам растягивается в улыбке. Тепло стало. Встал в очередь на маршрутку. Закурил дрожащими руками.
Ничего не скажешь, резкий движ получился, никто и не ожидал. Будут знать теперь, как русский народ притеснять. С нами надо считаться, мы не быдло, не стадо, не тупая биомасса. Телевизором пусть других обрабатывают, мы знаем, как все на самом деле. Мы быстры, молоды, сильны и организованы. ОМОН сегодня приссал, однозначно приссал. В глазах у молоденьких омоновцев был страх. Был. Страх. Иван разглядел его, почувствовал, узнал это страх.
Сел в маршрутку, по привычке на переднее сиденье, уставился в окно. Голова опустела. Мимо проплыли привычные картины – остановка со жмущимися людьми в серых куртках, палатка с шаурмой, ларек с сигаретами, стеклянное здание недостроя эпохи Лужкова…
-Молодой человек, платить за проезд будем? – грубо спросил водитель с южным акцентом.
Иван хотел ответить что-нибудь жесткое, но в последний момент передумал, порылся в кармане, нащупал две десятки и кинул водиле на стойку. Посмотрел с ненавистью. Подавись, тварь, не будет скоро вас уже.
Вышел на конечной, закурил еще одну, пошел до дому. На морозе легкие сбивались, отказывались принимать дым, а руки уже перестали дрожать.
Всегда так. До экшена — собран, организован, каждая струнка в организме нацелена, ничто не подведет. Все инстинкты оголены. А после – расклеился, расслабился. Руки дрожат, ноги подкашиваются, в животе урчит, никуда идти не хочется. Дело сделано. Организм просит отдых.
Выкинул сигарету, сплюнул на снег, нырнул в подъезд. Стянул шапку, шарф. Голова – мокрая, потная. Сейчас надо полежать в ванной, поужинать и лечь спать.
Доехал до пятого этажа, вышел на знакомую с детства площадку.
Сверху донесся стон. Иван поднялся на лестничный пролет этажом выше. На ступеньках лежал грязный мужчина в сером тулупе, обложенный какими-то коробками и пакетами с непонятным содержимым. Мужчина полусидел – полулежал на лестнице и тихонько выл. Иван подошел к нему.
-Что с тобой, отец? – спросил он – Что случилось? Ты чего здесь лежишь, отец?
Мужчина что-то быстро залепетал. Что-то про брата, поругались, козел он, ушел вот из дома, не знаю, что делать, не знаю, ночую вот седьмой день по подъездам, холодно, денег нет…
У Ивана закружилась голова. Гадко стало. Захотелось закричать или заплакать. Он сел рядом, закурил сигарету. Утер наступившие слезы. Надо было что-то сказать, поддержать как-то. А непонятно, что говорить. Молчали.
Иван отдал сто рублей, отдал сигарету и зажигалку, больше ничего не было. Мужчина все кивал и благодарил, лепетал что-то.
-Держись, отец, держись – похлопал Иван его по плечу – Держись, отец, постоим мы за вас еще. Все еще будет хорошо, отец, держись.
-Спасибо тебе, сынок, спасибо – лепетал мужик — Бог тебе в помощь, дай бог все будет хорошо, дай то Бог, сынок, все будет хорошо. Все будет хорошо.
Иван докурил сигарету, выкинул окурок в мусорку, встал и пошел к двери. Зубы скрипели, кулаки сжимались. Суки, суки, это из-за них все! Ничего, это только начало, посмотрим еще кто кого, посмотрим.
Долго не мог попасть ключом в дверь, руки дрожали, корябали сталь замочной скважины. Вставил, наконец, ключ, осторожно провернул, тихо зашел в прихожую, стянул куртку и кроссовки. Светло. В зале работал телевизор, родители уже вернулись с работы.
- Сынок, это ты? – раздался голос мамы с кухни
- Да, мам – ответил из коридора Иван – Это я
- Тебе суп согреть? – спросила мама – А то мы тебя с отцом не дождались, поели уже
- Спасибо, мам, не надо – ответил Иван – Я если что сам потом согрею
- Хорошо – ответила мама – Как хочешь
Иван проскользнул мимо зала, в тени телевизора отражался силуэт отца с пультом в руке.



Теги:





2


Комментарии

#0 10:11  18-02-2013Дмитрий Перов    
нормально так. атмосферу и мысли хорошо передал автор. плюс
#1 11:09  18-02-2013Великодушный публицист    
чёта концовку автор слил. написано хорошо, но не хватило финальной точки. пиши ещё.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок

Я пьяный щас.. решил покаяться.. хотя и каяться особо нехуя.
Короче, была обычная поездка за мясом в деревню Агашкино, Мы просто везли мясо..
Ща, пива выпью, расскажу.. короче.. в стране нехуй жрать. Подходит ко мне Петя Шнякин из ВОХРЫ - ну что, подкормиться хочешь?...
21:47  30-11-2016
: [6] [Про скот]
Заспанный медведь качаясь выходит из чащи,
достаёт балалайку, свиреп и дик:
«Я вам сейчас, блядь, покажу патриотизм настоящий!»
и лапой рвёт фуфайку на груди.

Поёт «Эх, яблочко» на всю обезумевшую округу
и в конце выпивает стакан.
Этот сон стабильно раз в неделю снится одному другу
пролетарию всех стран....
19:57  30-11-2016
: [13] [Про скот]
В тени большого дуба
Пьет водку, ест редис
Сидит Иван Иваныч
Наш местный беллетрист
Ему плевать на звуки
Те что идут извне
Он мысли свои топит
В сивушной глубине
Моргает мутным оком
Всяк силится понять
За сколько ещё можно
Бутылки обменять
Приляжет и привстанет
Талант ведь не пропьешь
То песню вдруг затянет
То в пень кидает нож
Забудутся шедевры
Что миру он создал
Зато спокойны нервы
С мочей стабилен кал
Его седые патлы
Затреплет легкий...
09:15  30-11-2016
: [5] [Про скот]
Так от рыжей крошки сердце заискрило,
Все мы как то вышли вдруг из обезьян.
Дай сейчас гориллу в лапы гамадрилу-
От безумной страсти меньше будет пьян.

Более открытых не найти мне женщин,
Где таких горячих можно отыскать?
Все почти зажаты больше или меньше,
А моя пружине гибкостью под стать....
11:31  28-11-2016
: [23] [Про скот]

что ж вы сделали со мной, суки?
как вы предали меня, бляди?!
в бане заперли хмельным - на сутки
с этой старою пиздой, Надей...

мне казалось, что она - Нимфа
или грешница Земли - Ева!!!
мне причудилось что сплю в обнимку
не с кошолкою, а с Королевой....