Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Вращаются диски:: - Дядя Гоша и Казанова

Дядя Гоша и Казанова

Автор: вионор меретуков
   [ принято к публикации 17:38  19-02-2013 | Na | Просмотров: 456]
… Глаза сами собой закрылись, и тут же пред Рафом предстала чудесная картинка из детства. Ему десять лет. Лето. Дача в Новогорске. К отцу приехал гость, старинный приятель, друг детства, ставший знаменитым детским писателем.

Звали его, этого удивительного человека, дядя Гоша. Так вот, этот дядя Гоша пробыл на даче дней семь-восемь. Он никому не мешал. С утра писатель уходил либо в лес, либо на реку. И возвращался только под вечер, к чаепитию.

Чаепитие, благодаря прекрасным погодам, установившимся в том первом послевоенном августе, всегда устраивалось неподалеку от яблоневого сада, в большой деревянной беседке, увитой то ли диким виноградом, то ли еще какой-то ползучей гадостью с крупными мягкими листьями и унылыми фиолетовыми цветами.

Всем очень нравилось, как пахнут эти цветы. В памяти же Рафа запах фиолетовых цветов сливался с болью и собственным истошным криком. И это понятно, ибо частые экзекуции, коим подвергался Раф и на которые были щедр его родитель, ради идеи правильного коммунистического воспитания не щадивший ни Рафа, ни его старшего брата, совершались как раз в этой проклятой беседке.

Однажды во время очередного чаепития разговор в беседке зашел о литературе.

Писатель молчал, с удовольствием пил чай с вишнёвым вареньем и со скукой во взоре слушал, как отец Рафа, полковник НКВД, с придыханием и многозначительными паузами, рассуждал об истоках литературного творчества.

Понятное дело, малолетний Рафчик ничего из того, что говорилось в тот вечер, тогда не понял. Осознание пришло позже, когда время от времени повторявшееся воспоминание зажило в голове Рафа самостоятельной жизнью и, обогащенное опытом самого Рафа, само себя воссоздало. Или, говоря языком судебных следователей, само себя реконструировало.

Писатель наслаждался пайковым грузинским чаем и чувствовал себя весьма комфортно до той минуты, пока его не вынудили вступить в разговор.

Некая пышная молодящаяся дачница, от которой исходил мощнейший парфюмерный запах, немного нервничая, спросила, что наш писатель думает о… ну, скажем, о бессмертии. И хотел бы сам дядя Гоша жить вечно.

Отставив чашку, дядя Гоша, прищурившись, посмотрел на даму и с любезной улыбкой испросил у нее разрешения, вместо ответа, рассказать нечто вроде анекдота.

Когда несравненный Джованни Джакомо Казанова вверял свою душу Господу, начал дядя Гоша, он, по свидетельству многочисленных очевидцев, делал это самым возмутительным образом, то есть вопил так, будто из его спины нарезали ремни. Настолько старому греховоднику не хотелось покидать бренный мир.

«Не хочу, не хочу, – надсаживался семидесятитрехлетний сердцеед, – мало мне, мало!!!»

«Вот видите, – ласково глядя на роскошную дачницу, изрек дядя Гоша, – ему, старику, было мало. А мне, хотя я моложе Казановы вдвое, уже всего достаточно, мне всё приелось. Я готов умереть хоть завтра. И что-то мне подсказывает, что это и в самом деле может произойти достаточно скоро. Словом, я вообще считаю, что вечная жизнь это нонсенс, и даже более того – трагедия. Казанова, по всей видимости, считал иначе...»

Дядя Гоша замолчал и вернулся к своему чаю и вишнёвому варенью.

И хотя все с пониманием завздыхали, вряд ли кто-то из слушателей уразумел, что дядя Гоша имел в виду, когда говорил о жизни, Казанове и себе.

На следующее утро дядя Гоша, как обычно, отправился купаться на реку. Юный Шнейерсон незаметно последовал за ним.

Притаившись за огромным кустом орешника, он наблюдал за дядей Гошей.

В тот ранний час на берегу малюсенькой Клязьмы кроме Рафа и знаменитого автора книжек для школьников младшего и среднего возраста не было ни души.

Дядя Гоша разделся до трусов, спустился к реке, с разбега бухнулся в воду. Громко фыркая, немного поплавал, вернулся и разлегся на траве, подставив могучую грудь и полные бедра утреннему солнцу и свежему ветру.

Пойма речушки огласилась громким восторженным матом.

«Ё… твою мать, как же о… но хорошо! – надрывался детский писатель. – Ё… твою мать, е… ть и резать, как же о… но, ах, нет слов!!! Зае… сь, как о… но здорово! Е… ая сила, б… ть на х..., ну, это просто о… но! Как же хочется жить! Господи, ё… твою мать!!! Я жизнь свою веду беспечно, давно мне не о чем жалеть, но если б жизнь продлилась вечно, я пожелал бы умереть!»

Тут дядя Гоша вдруг резко поднялся, принял картинную позу, вытянул руку навстречу солнцу и торжественно продекламировал:

«И странной близостью закованный,
Смотрю на темную вуаль
Я вижу берег очарованный
И очарованную даль».

«К чему мне вечности томленье,
К чему бездонный мне простор?
Когда судьбы жестокое веленье
Свой страшный совершила приговор».

Глаза дяди Гоши – Раф увидел – набухли слезами, а голос при слове «приговор» дрогнул. Видно, что-то, много позже понял Раф, дяде Гоше приоткрывалось...

Через год дядю арестовали, и детский писатель, в тайне от всех любивший жизнь, навсегда сгинул в сталинских лагерях.

Раф подумал, вот жили в разные годы такие разные люди, как дядя Гоша и Казанова… И оба страстно любили жизнь. Только Казанова никогда ни от кого не скрывал этого чувства, а дядя Гоша утаивал его, словно это была иголка Кощея.




Теги:





0


Комментарии


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
11:05  22-04-2017
: [10] [Вращаются диски]
С телесным бытием в разлуке,
Душа в каком-то странном сне
Колышется в небесном звуке,
Как легкий ялик на волне.

Оркестр ведет свою лейт-тему,
Невыносимо нежен, тих.
Она от струнных пролетела
Во власть певучих духовых...

И только там, в теченье звучном,
В переплетенье белых струй
Найдешь свой рай, желанный, лучший
И смерти чистый поцелуй....
08:50  03-04-2017
: [15] [Вращаются диски]
Я снова развязал... И стыдно мне за это —
Такая чепуха, такая маета.
Я знаю твоего любимого поэта —
Я в прошлое летать, увы, не перестал.

Не смейся надо мной и не ругай в запале.
Летаю в январе — а как же, повод есть!
Смотри, в календаре мы с ним почти совпали:
Он — номер 25, я — номер 26....
11:17  28-03-2017
: [97] [Вращаются диски]
Как много слов утрачено когда-то.
Шепчу: «Остынь,
Открой строку, не позабудь адаты,
Не стань простым,



Когда не светят шарики глициний
Под вечер нам,
Когда на стёклах залипает иней
И соль — черна».



В ничьём году, очнувшись, запоёт о
Чужом азан,
И холодны, как тени самолётов
Твои глаза....
08:45  20-03-2017
: [13] [Вращаются диски]

Наши плесень и пыль, эпитэлии кож -
- Лишь вторичный продукт для обменных процессов.
А все мысли о Вечном - защитная ложь,
От взбесившихся внутренних и внешних бесов.

"Чилавек" пишем гордо с большой буквы Га.
Сеем зло в ожиданьи червивого плода....
10:47  18-03-2017
: [27] [Вращаются диски]
Душа так трансцендентна.
Вчера - чиста до дна.
Сегодня же, как Этна,
Убийственна она.

Там, где звезда Вселенной
Была, теперь дыра.
И все же Пол (не Леннон)
Спел песню о "вчера".

Стал никому не нужен,
Нависли тени рук....