Копьё Судьбы
Автор:
[ принято к публикации
23:14 02-05-2013 |
Юля Лукьянова | Просмотров: 1758]
К жадным хазарам финансовых синекур
Новый Спаситель свои обратит уста:
«Хватит! — я строю свой собственный Монсегюр,
светел и свят находящийся там Грааль».
Ясное солнце возглавит кипящий клин -
это начало, что в сумерки свет прольёт,
в первых рядах штурмовик бытия Лонгин
твёрдо сжимает, ладонью своей, Копьё.
Будет хрустальною ночью звенеть хорал,
ветер плясать в подворотнях кошмарных снов.
Ветер очистит — воздвигнется Новый Храм,
где Фрейя Солнцу своих посвятит сынов.
Жажда победы — победам откроет счёт,
к древним страницам добавив ещё страниц,
белым окутав, бурлящую ночь, плащом
меч обнажит для удара по ней, магистр.
Ты мне не веришь: «…поэзии веры нет,
словно лиса она машет своим хвостом...»
Но, присмотрись — в щель бойницы проник рассвет,
чистым лучом на таинственный Круглый Стол.
Тащил он много лет судьбы телегу
Себя разминкой утренней не муча.
Теперь же врач советует с разбега
Врываться в утро не мрачнее тучи.
Настолько сердце вряд ли износилось,
Чтобы лекарства выписать бедняжке.
Мол прояви без лени к телу милость
Пока пробежки утречком не тяжки....
Вышел я из двуногого мудака,
Пережив кроманьонский оргазм?
Но от мыслящего тростника
Есть во мне мой божественный разум.
Оттого-то мне машут деревьев вершины,
Просто, без приглашения, сами;
И подмигивают без причины
Пни невидимыми глазами....
-Под красивости рассвета
Сны заканчивать пора
Пересматривать в согретом
Бодром городе с утра,
-Говорит весна ласкаясь
-Зря ль нагнала теплоты.
Сам лети как будто аист
За улыбками мечты.
-Ты весну поменьше слушай,
-Напевает крепкий сон,
-Если ты меня нарушишь
И помчишься на поклон
Поскорей мечте навстречу,
То получишь ты взамен
Снова лишь пустые речи
О намётках перемен....
Когда однокашников бывшая братия
Брала бытие, как за рога быка,
Душу бессмертную упорно горбатил я
На каторге поэтического языка.
Я готов доработаться до мозговой грыжи,
До стихов, которые болью кровИли б,
И, как Маяковский, из роскошного Парижа
Привёз бы «Рено» для некоей «ЛИли»;...
Облаков лоскутья несутся по небу, как слова.
В чернильный раствор, такой невозможно синий.
Как будто не до конца ещё умершая Москва,
Опять стала нежной, влюблённой и красивой.
Да нет, не бывает таких неожиданных передряг.
Мое детство осталось во дворе, поросшим травкой,
Где ходили выгуливаться столько детей и собак,
Под присмотром бабуль, разместившихся по лавкам....
Спасибо.