Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Критика:: - Василий Аксенов форэве…

Василий Аксенов форэве…

Автор: bjakinist.
   [ принято к публикации 00:57  15-05-2013 | Евгений Морызев | Просмотров: 1381]
(Кабаков А. А., Попов Е. А. Аксенов. — М.: Астрель, 2013. — 509 с.)

«А. К.: Значит — про писательскую судьбу вообще через судьбу Василия Павловича Аксенова. Так?
Е. П.: Так».

Нельзя читать эту книгу выборочно! Сразу вылезет ее жанр, который можно, конечно, шикарно назвать table-talk’ом, а лучше застольным трепом. Но суть ее при этом от нас ускользнет. А суть-то здесь ведь для мозга питательная! Два матерых шестидесятника размышляют о третьем, самом главном для них шестидесятнике в нашей литературе. Говорят где-то и с придыханием, но и критику-самокритику допускают, а главное — аналитичны и, кажется, вполне искрении без амикошонства.

Короче, редкая книга, которую нужно читать всю и последовательно. И несколько финальных десятилетий советского и российского 20 века, правда целого поколения, а также судьба писателя, ставшего персонажем своих произведений и этих самых эпох, дастся нам в руки, елико то возможно.

Ну, и чтоб совсем уж заманить вас: масса вкусных подробностей о литературном и просто быте 60 — 70-х, о литературной кухне, которая… Н-да, точно заметил Евгений Попов здесь: «Вся литература — это сплетни».

Так пробежимся?..

Конечно, в фокусе удивительная судьба Аксенова, в которой наверчено кровей и обстоятельств социально-исторических, политических и житейских — мама не горюй. Но эта-то пестрота и дала, собственно, нам Аксенова. Или, как справедливо сказал Александр Кабаков: «Он одновременно и элита, и простонародье, и провинциал, и столичный пижон. Аксенов — универсальный советский человек, поэтому имеет право и может органично писать о любом советском человеке».

Тысячу раз здесь повторяется: Василий Аксенов для его поколения — не только любимый автор, но и идол, икона, образец стиля жизни. Его явление обозначило момент освобождения и духа и тела нового поколения от вериг сталинщины.

И неожиданные, но точные по смыслу сближения возникают тут. Василий Аксенов — и Василий Шукшин. Оба пишущих Василия относились друг к другу скептически (и это мягко сказано), писали даже не о разном, а о прямо противоположном (казалось бы). Между тем, Е. Попов абсолютно прав, мне кажется: шукшинский «герой в кирзовых сапогах» и аксеновский романтичный стиляга — персонажи байронической, непокорной складки, это главное в них, определяющее и объединяющее их типологически и во времени.

«Интеллигентный плейбой, изобретенный Васей, — это его подарок русской советской литературе», — замечает Кабаков о герое молодого Аксенова. Индивидуализм, причем в по возможности западной упаковке, думаю, близок и нашему современнику. Во всяком случае, собеседники удивляются популярности поздних романов Аксенова (им лично не близких) у нынешней молодежи.

Перепрыгнул и через свое поколение, может быть?..

Вернемся, однако, к сплетням. Кабаков предлагает оригинальный ключ к творческой биографии Аксенова, и этот ключ — алкоголь. Пока Аксенов богемно поддавал, он был реалистом, но где-то на середине «Ожога» завязал, и окунулся в литературную фантасмагорию. Жизнь на трезвую голову стала казаться ему загадкой и парадоксом.

Дальше идут довольно занятные рассуждения о том, что алкоголь преображает жизнь, украшает ее, не отменяя совсем, а наркотики (вроде как принятые в нынешней богемной среде) заменяют безнадежную жизнь на альтернативную вообще. Во всяком случае, метко замечают теплые собеседники: ну нет жизнерадостности, жизнелюбия у нынешних молодых авторов! Женщины их, молодых, что ли, не любят?..

Вообще раскрываются авторы (чуть не сказал: «ребята») вполне. Их антисоветизм несколько утомляет человека не их поколения, а зацикленность на шмотках этих подаксеновиков (особенно Кабакова)… Ну, понятно: вещами отгородиться от серых советских будней. Или как сказал Ю. Нагибин: возвести забор из денег. Или хотя бы из шузов и джинсух…

Кстати, о подаксеновиках. Попов и Кабаков подробно рассуждают об этом. Сами-то они стопроцентные подаксеновики. Вот образец рассужденья, довольно длинного, но знакового:

«Мне кажется, что подаксеновики… стали людьми традиционной культуры, а как это теперь называется, мейнстрима. А антиподаксеновики склонились в сторону контркультуры, и последние поколения антиподаксеновиков — которые даже не осознают себя антиподаксеновиками, они просто шестидесятников терпеть не могут и считают успешными проходимцами и бездарями — они стали, если можно так сказать, подлимоновиками… Эти ребята — молодые, интеллигентные, образованные, талантливые, они говорят: раз теперь истеблишмент против Ленина, то мы за Ленина. А я говорю: да хоть бы тысячу раз власть была против Ленина или за — я всегда против» (Александр Кабаков).

Налицо недружность (плюс к традиционному недружелюбию) разных поколений нынешних авторов. То ли дело было в Союзе! Вот забавная сценка из жизни ЦДЛ позднесоветских времен:

«Тут пьяный Максимов (в будущем издатель диссидентского «Континента», — В. Б.), отсидевший по уголовной статье, призывает коммунистов вешать, там выпивает плейбой Аксенов. В углу ест бифштекс Юз Алешковский, член Союза писателей по детской секции и автор песни «Товарищ Сталин, вы большой ученый»,… внизу отсидевший в ГУЛАГе брат Сергея Владимировича Михалкова, бывший разведчик Михаил Михалков, копия сам автор гимна, играет в бильярд» (Евгений Попов).

Ну, и конечно, надо всем закулисно царит Фокий Феклович Клезмецов (из романа «Скажи изюм»), а в реале тогда — Феликс Феодосьевич Кузнецов. Именно ему, прежде всего, и обязаны были авторы «Метрополя» своей громкой скандальной славой.

Дело это, конечно, темноватое даже в путано подробнейшем изложении участника «Метрополя» Евгения Попова. Ясное дело, что ему молодому и такому же молодому Виктору Ерофееву не терпелось хоть как-то издаться. Вроде Ерофеев и стал двигателем всего предприятия, посулив и Аксенову диссидентскую славу на Западе. Такова, впрочем, кажется, версия Клезмецовокузнецова.

Вроде как гэбуха и не хотела раскручивать этот скандал, ничего остро крамольного в «Метрополе» не найдя. Но тут постарались интриганы и карьеристы из Союза писателей.

Забавная сценка: Попов со товарищи приходит в СП (их только что исключили, хотя вроде не должны были). И встречают главу СП РСФСР Сергея Михалкова. Дальше строго по тексту (лексика классиков). Михалков: «Вы хули сюда пришли?» — «Потому что наябывают», — отвечаем. «Никто вас не наябывает, не будьте мудаками, и завтра вас восстановят», с. 173.

Назавтра случился фарс с неожиданным продолжением. Фарс состоял в том, что «ребят» отругали и исключили. Причем как! Главный обвинитель от общественности писатель Николай Шундик произносит пламенную речь, а Попов отдыхает взглядом на единственном интеллигентном лице синедриона — на лице Даниила Гранина. И вдруг слышит финальные слова Шундика: «Правильно сказал Даниил Александрович Гранин: в Союзе писателей им делать нечего», с. 174. И интеллигентное лицо спрятало глазки.

Интересно, что через тридцать лет Е. Попов и А. Кабаков получили литературную премию «Большая книга» одновременно с Д. Граниным (они — за этот пашквиль, он — за «Моего лейтенанта»).

Кстати, сам Сергей Михалков кричал в конце собрания: «Ребята, я ничего не могу сделать против сорока человек!»

А ведь по нему, бедному гимнотворцу, фрондеры-авторы и здесь не раз прошлись иронически!..

Эх…

Н-да-с: «Вся литература — это сплетни».

И если я вам не надоел, то вот еще.

Поздний Аксенов, Аксенов 90-х и 00-х, — особая и нелегкая тема. Последние вещи Аксенова (начиная с романа «Новый сладостный стиль» примерно) принято в литературной среде считать чем-то сродни графомании. Общественную позицию Аксенова, его «шашни» с Березовским, его поддержку войны в Чечне, его лояльность властям новой России разносят в пух и прах. Образец здесь — статья Александра Тарасова с красноречивейшим заголовком: «Фашизм в идеологии, ежовщина на практике. Именно это предлагает России бывший интеллигент Василий Аксенов» (http://saint-juste.narod.ru/aksionov.htm).

Между прочим, самый важный и смыслово глубокий, на мой взгляд, отрывок из нее приведен и у Попова с Кабаковым (обильное цитирование документов — одно из достоинств их книги).

Ключ к пониманию государственнической позиции позднего Аксенова в его последовательном либеральном консерватизме, ведь всякий правый либерал — патриот, замечают авторы. То же у Аксенова стряслось и на Западе: «На Западе его понять не могли… именно по той причине, что для них любое сопротивление власти было левым, а он сопротивлялся здешней власти не с левых позиций» (Александр Кабаков). Но всегда надо помнить: «…он не был равным среди равных ни в официозе, ни в диссидентщине. Не было в нем вот этой… осатанелости, понимаешь?» (Евгений Попов).

В сущности, он всегда оставался, прежде всего, художником, при этом романтиком (и в творчестве и в жизни). А романтики, «романтизируя, все-таки… облегчают эту жизнь, микшируют ее трагедийную сущность» (Е. Попов).

Впрочем, иные «задвиги» позднего Аксенова мне кажется, диктовались элементарным здравым смыслом.

Короче, прочтите эту книжку! Ручаюсь: проглотите.

14.05.2013






Теги:





6


Комментарии

#0 14:12  15-05-2013Евгений Морызев    
всегда читаю с интересом
отчет хорош.
#2 15:12  15-05-2013дважды Гумберт    
нахуй это старьё с титаника современности. "на западе его понять не могли" - бггг да, там пока не особо по руски шпрехают
#3 18:58  15-05-2013Гусар    
Как-то я не очень Аксенова. Я вообще скептически отношусь к русским писателям, пишущим где-нибудь в Биаритце. Шукшин мне куда ближе.
#4 19:22  15-05-2013Atlas    
ага, любопытно, сплетнями мир полнится
#5 00:38  16-05-2013Лев Рыжков    
Ну, интересная рецензия.

Глотать эти 500 страниц все равно особого желания нет))
#6 13:36  16-05-2013Бабанин    
А я раннего Акса привечаю: писал, как жил - этим и притягателен. Был. Рецензия хороша и профессиональна. Любо! +

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
Почему ты ещё не вымер, дорогой читатель? Потому что ты приспособился. Ты нашёл в окружающей среде достаточно оснований, чтобы быть. Своим телом ты вытеснил другие тела на край погибели, подальше от твоей зоны комфорта. Надеюсь, тебе за это не стыдно, как не стыдно мне за съеденный завтрак....
А это правда? Что именно? Ну, то что вы сказали? Да, самая настоящая правда. Странно. Почему? Потому что я вижу всё по-другому. Как же? Это внутренний мир маленького мальчика, а всё остальное сортирные надписи. И события и люди- это всего лишь надписи в сортире....
17:13  23-08-2017
: [6] [Критика]
(Алешковский П. М. Крепость: Роман. — М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2017 с. — 592 с. — (Новая русская классика)

Если поверить, что это и есть «новая русская классика», то какая-то она неклассичная, эта классика. Не значит, что не цепляет....
Творческие люди жутко блядь чувствительные. Вот наступит обычному человеку на ногу какое-то мурло, так обычный человек просто скажет ему убери ногу нахуй, и всего делов то. Но творческий человек не таков, он из другого теста. Он будет краснеть и пучиться придавленный тяжестью чужого каблука, но слова из себя не выдавит....
(Юзефович Л. А. Зимняя дорога. Генерал А. Н. Пепеляев и анархист И. Я. Строд в Якутии 1922 — 1923. Документальный роман. — М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2016. — 430 с., ил. — (Исторические биографии)

Незадолго до самоубийства Вирджиния Вульф записала в дневнике, что и хорошо изложенная биография — тоже достойное дело....