Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Децкий сад:: - Отдых в Кабардинке.

Отдых в Кабардинке.

Автор: rak_rak
   [ принято к публикации 11:04  09-11-2004 | Alex | Просмотров: 439]
Пролог.

В жизни имеют место события, память о которых храниться лишь в архивах милиции, в гниющих кусках человеческих тел, сброшенных в выгребную яму, и в бритых головах тех, кто остался жив.

Часть первая.
«Культурный отдых»

У моря человеку, как правило, присуще умиротворённое настроение, особенно, если он приехал к нему, чтобы отдохнуть и расслабиться. И оное умиротворение сопутствовало трём подонкам, съебавшихся на убитой «шахе» за пару тысяч километров по компасу на юг.
Причём один из них – женатый, - разосравшись со своей половиной и, как следствие, лишённый половины своего проспиртованного мозга, проорал матом в мобилу: «Пошла на хуй, дура!!!» и, громко рыгнув, плюхнулся на переднее сидение, захлопнул дверь и отключил телефон. А второй, чтобы в дороге не обламываться, захватил с собой блядь, к которой пытал отнюдь не блядские чуйства. А третий был типичным тупым водилой, с угрюмым набыченным еблом, хмуро вперившимся в ночную трассу: глядя на эту рожу, с капризно оттопыренной нижней губой, с глубоко и близко к друг другу посаженными глазками, на плоскую бритую собачью башку - можно было угадать примитивные и, составляющую суть его жизни, мысли: «Вот, свиньи, сидят – жрут пиво, - а я кручу баранку нахуй! Как хочется выжрать!.. Приеду – напиздячусь – три дня просыхать не буду!»
Дорога пролегала скатертью, состоящей из выбоин, ремонтных работ, огромных грузовиков с консервированной смертью, обдававшими нас каплями брызг стылого ужаса, и ёбли на постах ДПС.
Дом, рекомендованный нам к заселению на пару недель, оказался двухэтажным особнячком (если мазанку из глины петушиной и неотёсанных камней, взрощенную до размеров особняка, считать особняком.) Ни кухни чистой, ни нормально посрать, ни помыться толком, – зато по двору ползала степная черепаха-жвалофаг, приведшая нас в восхищение! Собственно, из-за черепахи мы там и остались. Прожив там дня три, мы освоились, с соседями перезнакомились, короче – начался пиздатый отдых. Но на четвёртый день соседи съехали, и на их места поселились две семейки, состоящие из двух сударынь бальзаковского возраста, мелкого гадёныша, и пары крупных мужчин - пусть их зовут Миша-1 и Миша-2.
Понаблюдав полдня за их поведением, мы поняли, что в силу тупой скандальности, истерического зверства, которыми были одержимы обе сударыни примерно в равной степени, - в ближайшее время конфликта не избежать. Так и случилось: весело погуляв в прибрежном кабаке, на бис проорав со сцены под гитару сурьёзную песню, мы шли, громко матерно галдя и истошно смеясь, в сторону дома, где намеревались продолжать предаваться пороку, а именно: пить вино, курить шишки, и заниматься, в силу своих возможностей, развратом; впрочем, реальная возможность была только у одного из нас, а два остальных веника тупили уже почти неделю - то ли от шишек и вина у них уже не стоял, то ли за всем этим крылась совсем иная, животрепещущая причина.

Когда подвыпивший отряд прибыл на место назначения, в доме стояла тишина: большинство проживавших в нём бесчувственными телами лежали в своих комнатах на кроватях, у изголовья которых уже был поднят парус сна.
Подобный факт ничуть не смутил нас, и через две минуты во дворе зажёгся фонарь, служивший в темноте для насекомых маяком смерти, и хриплый рёв под гитару сообщил этому и близлежащему дому, что творчество Высоцкого не забыто и, судя по исступлённому рычанию, красной роже водилы, и выпученным глазам, налитым кровью, - бессмертно. Разбуженная сударыня сначала в негодовании закричала нам через окно, требуя прекращения банкета. Я перестал играть лишь на секунду: набычившись, прислушался к содержанию сварливых реплик, потом вдохнул побольше воздуха и захрипел, заревел ещё громче. Сударыня ещё пару раз взвизгнула в окно - в визге уже слышались личные оскорбления, - но мы их благородно проигнорировали, продолжая пить, болтать про баб, громко рассказывать друг другу отвратительно пошлые анекдоты, и дико над ними ржать. По топоту в доме и зажегшемуся внутри свету, мы поняли, что сударыня ищет на нас управу, которая не замедлила проявиться в виде полуголого Миши-1, спустившегося к нам, и сердито, но вежливо, попросившего нас сбавить децибелы. Мы ему так же сердито, но не вежливо, ответили, что ещё не пробил тот час, который писан в законе, устанавливающий рубеж, после которого в коммунальном общежитии соблюдается тишина. И ваще, мы сюда отдыхать приехали, а не спать, если так рано ложитесь – ваши проблемы.
Миша-1 постоял секунду, осмысливая услышанное, и высказал последний аргумент, который, наверно считал неотразимым, и не подлежащим обсуждению: В ДОМЕ РЕБЁНОК! Это было сказано таким тоном, что нам впору было заткнуться, потупить глаза, и ощутить невыносимый стыд. Мы не стали отвечать ему, что нам абсолютно до пизды их сраный ребёнок, - мы пошли на уступку, прекратив орать песни и безумно ржать, что слегка нас напрягло. Этим наши первые трения с соседями и закончились. Мы утром снова вежливо здоровались, как бы не помня о вчерашних разногласиях. День начинался так же, как и любой предыдущий: с головой, разламывающейся от жестокого похмелья, мы уныло бродили по двору, поглощая стаканами воду, и томящиеся в ожидании завтрака, который готовила любовь одного из нас, тоже в очень плачевном состоянии. Признаться, в ту минуту мы все по братски любили её. Обе семьи вырожденцев ещё с раннего утра царственно отбыли на двух машинах, видимо на поиски своих гнусных безалкогольных развлечений.
Завтрак был на подходе, и мы стали сползаться к столу, привлеченные запахом свежей пищи: каждый надеясь (и порой напрасно), что ему удастся удержать её в желудке, рецепторы которого отвыкли от еды и извергали обратно все, что не содержало более четырёх с половиной процентов спирта. Тем временем обе семейки вернулись, очевидно, не найдя забав по душе, либо пересравшись по дороге – на лицах всех без исключения было написано выражения неудовольствия, а у сударынь при этом было ещё и злобное раздражение. Миша-1 и одна из сударынь, с меньшим содержанием в крови желчи и змеиного яда, остались во дворе, и стали снимать с натянутых в другом конце сада верёвок бельё. Миша-2, с другой сударыней и ребёнком поднялись по лестнице в свои апартаменты, располагающиеся на втором этаже, откуда вскоре послышались истерические визги, и ругань. Под эту музыку мы и расселись по местам, и уже готовы были вкусно поесть, как внезапно на верху лестницы показалась взбесившаяся сударыня, видимо, втоптанная мужем в говно, и теперь жаждущая на ком-нибудь отыграться.
Надо заметить, что у "тупого плоскоголового водилы" была непристойная привычка задирать за столом ноги выше уровня содержимого тарелок, - в тот момент я сидел, уперевшись ногой в боковую стенку шкафа с посудой, стоящего рядом с нижней ступенькой лестницы, по которой с видом возмущённой решительности спускалась сударыня. Вид волосатой ноги, на ступне которой воняли грязные шлёпанцы, болтавшиеся на продетом между пальцами, с ороговевшими от морской воды кривыми и обкусанными ногтями, она сочла непригодным и оскорбительным для созерцания. Вследствие чего между сударыней и носителем шлепанца завязался весёлый диалог.
Она:
- Чего ноги ваше головы задрал?
Я:
- А вам это мешает?
- Мне что приятно тут ходить, когда чьи-то ботинки перед лицом?!
- А вы не ходите. Кстати, вы перепутали – это не ботинки, а шлёпанцы.
- Я не слепая! Убери ногу!
Обладатель злополучной ноги развернулся к сударыне, не изменяя положения предмета разговора на стенке шкафа, и спокойно продолжил прения:
- С какой это стати? И не надо повышать на меня голос. Я не глухой.
- Ты не огрызайся! Друзьям своим можешь ноги на стол положить, если им всё равно!
- Шутку понял. Смешно. Друзей не трожь. Дальше что?
- Ты мне не тыкай, сопляк! – злоба, кипевшая в сударыне после свары с мужем, требовала выхода.
- Взаимно, - я сидел в прежней позе, прищурившись и слегка раскачиваясь на стуле. Сударыню охватило бешенство от контрастности настроений – её и собеседника: она аж затряслась и завизжала, брызжа слюной:
- Если ты не уберёшь ногу, то пожалеешь!
- Спокойно! Не плеваться. Ты мне угрожаешь, что ли?
- Сейчас, сейчас с тобой, умник, разберуться!
Из-за этой словесной перепалки у нас на столе остывало охуительное картофельное пюре с отваренными сосисками, и сохли бутерброды, с каждой минутой терявшие шансы быть съеденными и успешно переваренными. И я решил сворачивать драный ковёр пустотрёпа:
- Слушай, иди – куда шла. Не мешай нам завтракать.
- Ты совсем обнаглел, щенок?!
- А ты совсем нюх потеряла, овца?!! - рявкнул я.
Эта реплика послужила развитию дальнейших событий, последствия которых оказались ужасными, и воспоминания о которых смущают разум. Сударыня шагнула вперёд и с криком, похожим на команду: «Убрать ногу!», - стукнула по ней своей сухой и жёсткой дланью. С вашего покорного слуги вмиг слетели покровы вежливости и сдержанности, обнажая звериную сущность - я схватил сударыню за руку и с силой оттолкнул от себя:
- Вон отсюда, блядское говно!

Часть вторая
«Смертельный отдых»

Дама попятилась, охая, спотыкаясь, и тщетно хватаясь руками за воздух, но всё-таки не удержалась и плюхнулась задницей на ступеньки, а я встаю, опрокидывая стул, громко рыгаю, и так смотрю на сударыню, что та от страха давиться криком. Но через секунду она, не поднимаясь со ступенек, начинает истошно голосить, призывая на помощь Мишу-1, который всё это видел из дальнего конца двора, и теперь с грозным видом спешил к нам. Я процедил сквозь зубы, обращаясь к нашей знакомой девчонке:
- Сиди, не вставай…
Двое моих друзей синхронно встали и повернули в сторону Миши-1 оскаленные рыла. Дама тем временем успела подняться на ноги и, схватившись за ушибленный локоть, закричала, указывая вздёрнутым подбородком на обидчика:
- Вот этот! Который у шкафа, сволочь!
Заступник решительно двинулся в мою сторону:
- Я тебе, щегол, сейчас башку отверну!
Я отступал, выманивая Мишу-1 на себя обеими руками, и подбадривая:
- Давай, давай, чмо! Ко мне метнулся!.. Ну давай, не ссы в компот, клоун запомоейный!
Его, видимо, не так часто оскорбляли - наверное, в силу массивной комплекции, - и, услышав ТАКОЕ в свой адрес, Миша-1 вконец остервенел. Он с матом кинулся ко мне, на бегу замахиваясь своим пудовым кулаком, по на полпути его остановил и поверг в изумление удар в ухо чугунной сковородкой, нанесённый моим другом – высоким, жилистым подонком, славившимся среди нас физической силой и небывалой агрессивностью, и имя он носил, приводящее в ужас - КРОКОДИЛ. Когда Миша-1 упал и пропахал рожей грядку в моём направлении, Крокодил подскочил к нему со сковородкой в руке, и со всей силой замолотил ей по черепу бессознательного тела. Звуки ударов рассыпались по двору глухим стуком, в ужасе заорала сударыня, глядя, как взбесившийся Крокодил с размаху во весь рост лупит по голове лежащего на земле, и уже дёргающегося в конвульсиях мужчины: с каждым ударом все отчётливей слышен мокрый хруст проламывающихся внутрь черепа костей.
Маленький гадёныш, видя творящееся смертоубийство отчаянно бросился бежать к выходу - но откуда-то сверху спрыгнула, преграждая его путь, фигура с растопыренными руками: на полусогнутых семенила перед ним, утробно рычала, и делала выпады вперёд, пытаясь схватить ребёнка. На подобные действия, требующие хорошей физической подготовки и обезьяньей ловкости, был способен только ГУСЬ, в детстве на пять лет отданный жить в «Детскую Садистскую Школу Смертельной Гимнастики», и вернувшийся к нам в виде сильной, ловкой, агрессивной и абсолютно безмозглой гориллы. Впрочем, интеллекта, чтобы добывать еду, пиво, водку и баб ему хватало, - и он был среди нас как раз тот, который меньше всего обламывался. Мальчик сообразил, что лучше будет убежать в дом, и позвать на помощь хозяев: он резко развернулся и кинулся бежать через двор к спасительной двери. Гусь заревел так, что казалось, сейчас выроет перед собой яму: он схватил ползающую под ногами черепаху и, вспомнив уроки своей Адской Школы, метко и сильно швырнул её твердопанцирное тело в голову убегающего малыша. Метательный снаряд достиг своей цели у самой двери, которая внезапно со скрипом, удачно сочетающимся с хрустом засевшей наполовину в детском черепе черепашки, распахнулась - и в объятья матери упал её ребёнок, в окровавленном затылке которого копошилась степная черепашка-жвалофаг, на глазах вгрызаясь в мозг. Сударыня дико закричала, обнимая мёртвого сына, забрызгавшего кровью из пробитой головы её руки и лицо. Жвалофаг уже полностью залез в череп и возился внутри, размалывая когтистыми лапами мозги, и выплёскивая их через зияющий разлом. Крокодил, не прекращая разбивать сковородой изуродованную голову Миши-1, громогласно заржал и выхватил из-за пояса мясной топор – рубить тушу.
Наверху послышалась беготня и приглушенные матерные крики – Миша-2 увидал расправу над семьёй, и в ужасе бросился на помощь. Сударыня, бывшая виновницей всего веселья, стояла ни жива ни мертва, и ждала, наверное, когда уже будут убивать её, - но Гусь приземистой рысью устремился к новому обиталищу черепахи, и, ударом ноги в лицо опрокинув воющую мать, вырвал у неё из рук мёртвого малыша. За время этих событий степной жвалофаг уже успел выесть мозг полностью, и теперь ядовитыми челюстями обгладывал мальчику лицо, вцепившись в него кривыми зазубренными коготками. Крокодил переменными ударами по изувеченному телу топором и сковородой пытался хотя бы временно исчерпать бездонный колодец чёрной ненависти, а Гусь, присев на корточки у двери, что-то делал с лицом упавшей женщины, помогая себе охотничьим ножом.
По жестяной крыше навеса застучали капли - начинался дождь.
Я стоял посреди двора, запрокинув голову и подставив лицо водяным пощёчинам неба, безгрешен, как ангел, - подобная чистота всегда предшествовала массовой гибели людей. Встретившись взглядом с мутными от страха глазами сударыни, я не увидел в них ничего, кроме тупого коровьего ужаса . Передо мной стояла просто сошедшая с ума оцепеневшая скотина, которой жизнь уже была не нужна. Вытаскивая на ходу из кармана удавку, я двигался к сударыне, предполагая сначала свалить её с ног, накинуть на шею удавку, встряхнуть, и, прижав коленом к земле, долго душить, внимательно глядя на то, как она вскидывается, пучиться и давиться посиневшим языком, а потом, как следует затянув петлю, отволочь к яме с водой, располагающуюся здесь же, во дворе, и кинуть на дно, чтобы её тело стало пищей для мокриц, мотыля, и других тоже маленьких, но полезных живых существ. Но когда я почти подошёл к стерве, и приветливо взмахнул удавкой, по лестнице сбежал вниз её разъярённый супруг, и, отстранив её за себя, с воем «Ублюдки, суки бля, вам пиздец!» кидается на меня с намереньем порвать на куски. Разница в габаритах была примерно один к трём, поэтому я обратился в бегство, избрав смертельный для Миши-2 маршрут, пролегающий между превращающим человеческое тело в кровавый гуляш Крокодила, и Гусём, который срезал с лица сударыни сочащуюся плоть, и булькающе всхрюкивая, пожирал её, обливаясь слюной. Завидев погоню, оба зверя оторвались от хищной трапезы, и вместе набросились на Мишу-2(в пылу погони не заметившего их), вооружённые колющими, режущими, рубильными и костедробильными орудиями из металла. Подобно тому, как волки загоняют лося, они бежали с разных сторон ему на перерез, размахивая измазанным детской и женской кровью ножом, и окровавленным топором. И когда они настигли жертву - двор огласили душераздирающие крики человека, которому без всякого там наркоза и обеззараживания последовательно ампутировали все четыре конечности, а потом сразу и пятую. Сударыня рванулась наверх, но убежать не успела: я догнал её, захлестнул удавкой и стал претворять в действительность разработанный ранее план. Через три минуты всё было кончено – сука покоилась мёртвая на дне дождевой ямы, а Гусь с Крокодилом, разделив между собой поровну отрубленные руки и ноги, принялись спорить – кому же достанется уд? Отдавать его друг другу целиком никто не хотел, а рубить было им, видите ли, жалко. Спор перерастал в конфликт, они стали его друг у друга вырывать, уронили в пыль, Гусь поскользнулся на нём и упал, увлекая за собой Крокодила, - перед моими глазами творилось уже совсем непристойное – драка. Меня это заебало, я подошёл, разнял их, отобрал игрушку, и с криком: «Нахуя вам этот хер?!!» зашвырнул его в лужу с сударыней, «…чтоб ей не было там скучно!».
Мы весело поржали, стащили все трупы в кучу, стали пытаться вынуть снова забравшегося в детский череп жвалофага - вылезать из неостывшей головы под дождь он не хотел, потому, что ему представился удобный случай: повинуясь древнему инстинкту отложить внутри черепа свои яйца, - забился внутрь, растопырился и яростно кусал нас за пальцы. Намучившись с черепахой, мы решили оставить её в голове. Спустился пожилой, добродушный хозяин, и мы вместе быстро отнесли все трупы в деревянный сортир, почему-то до этого дня всегда заколоченный, предварительно отделивши от туловища голову ребёнка, служившую теперь гнездом для жвалофага. Из водоёма в саду хозяин всё-таки вытащил удавленную женщину, не смотря на наши протесты: «Эх, молодёжь, - назидательно говорил он, взваливая промокший труп на плечо. – Не одни же вы такие у меня! Другим-то как сдавать буду?» На смену ему прибежала хозяйка с тряпкой, шваброй и ведром – нам сразу стало неловко, и мы наперебой стали извиняться за учинённый беспорядок. Она с улыбкой просила нас не беспокоиться, бывало и погрязнее. Через полчаса уборки дворик был чисто вымыт, прибран, и снова ждал гостей. Голову с черепахой мы поставили в самом конце двора, в надежде, что завтра она начнёт гнить на солнышке, и заставит степного жвалофага покинуть убежище. Так и случилось – предоставив потомству развиваться самостоятельно, черепаха выкарабкалась из детского черепа и снова ползала по двору, готовая к подобного рода пополнению своего вида. Это создание мы впоследствии тайком взяли с собой, оставив в качестве компенсации бутылку водки в морозилке.

Эпилог.

Дальнейший отдых обошёлся без жертв. Через дней пять мы уехали, тепло попрощавшись с радушными хозяевами, обещавшими нам вскоре обязательно достроиться, и они не солгали: Крокодил, съездивший туда с женой и ребёнком, сообщил нам, что дом преобразился, стал громадный – на десять семей; и заколоченных сортиров там не одна штука, а целых три.


Теги:





1


Комментарии

#0 12:08  09-11-2004Спиди-гонщик    
есть маза, трёхглазому пришла пора подвинуццо.
#1 12:14  09-11-2004rak_rak    
Кто такой "трехглазый"?
#3 12:28  09-11-2004rak_rak    
Ага. Спасибо, почитаю.
#4 12:29  09-11-2004fan-тэст    
Есть маза, что у автора скоро кончицца накопелнный годами запасец кревативаф.

ЗЫ крео, кстати не читал, ибо нехуй.

#5 12:39  09-11-2004rak_rak    
Не закончатся, ибо хуярю. Но и запас есть, не спорю.
#6 12:47  09-11-2004fan-тэст    
так это, автор, ты хуярь из сваево запаса не чаще однаво разА в неделю, а то повываливал сразу всё.

Ктож тут асиливать то будет?

А пока, если руки чешуццо, почеши их в каментах к чужым крео, посри там.

Совет от добрава fan-тэст.

Бесплатный пока, кстате.

#7 12:53  09-11-2004Sundown    
нечетал, ибо гавно априори
#8 12:53  09-11-2004Гавноархитектор    
ниасилил, падажду каментофф
#9 13:06  09-11-2004rak_rak    
"нечетал", так хули комментить?
насилил. Афтор гнойное чмо
#11 13:56  09-11-2004Спиди-гонщик    
в одном чорном-чорном доме стояли заколоченные сортиры, коорые жрали трупы людей!!!! а когда трупоы переваривались, аццкие Зловонные Ямы эманировали чудовищные волны Тёмной Ненависти!!!! которые находили жертв!!!!
#12 14:11  09-11-2004PolPot    
прочитал коммент Спиди-гонщика и читать убоялсо. Ужос кокой!
#13 14:18  09-11-2004Спиди-гонщик    
PolPot

почитай-почитай. "атмосфера нечеловеческой ненависти" инсайд, гыгыгыгыг

#14 14:49  09-11-2004Sosed    
Санитары леса, ёпта


ничо так, драйв

#15 15:39  09-11-2004PolPot    
новерное шашлыков ножарили. из парного то мяса. тока я так и не понял - нахуя им нужен был отрезаный хер?
#16 15:44  09-11-2004Комісар    
Постучать бы афтару хуем по лбу (мечтательно)
#17 16:34  09-11-2004Злой Хер    
Местами похоже на Страх и Ненависть, а в общем смиялсо.
#18 16:41  09-11-2004rak_rak    
Я всех вас люблю. По-своему.
#19 16:57  09-11-2004мухи насрали    
беспесды участь трёхглазого уготована автору.

через пару недель не более полутора человек будут просматривать очередной шедевр по диагонали.

остальные ниасилят.

ибо нехуй.

#20 17:27  09-11-2004rak_rak    
Я не буду много срать в длину. Только в толщину, по причине увеличения диаметра своего анального отверстия, по причине систематического раздалбливания его тугими, лоснящимися Вашими балдами. Бу-га-га!

Вот так гаш! У-уу-у, бля..

#21 17:29  09-11-2004Stranger    
Из 21 камента - 6 принадлежат афтару! Пиздец PR!
#22 17:54  09-11-2004rak_rak    
А хули?!! Фсё песдато!
#23 06:49  10-11-2004Лузер    
Доунт трай зис эт хоум.
#24 09:25  10-11-2004Буратина    
Часть 2-я должна называца "Мечты, мечты, где ваша сладость?.."
#25 14:38  10-11-2004happy-j    
смутили обкусанные ногти на ногах...
#26 18:23  10-11-2004Таймень    
Ну, говно не стоящее цента. Начало отличное, думал, щас, наслажусь противопоставлеем "интеллигент - быдло, работа - отдых". Ан нет, фарша только намесили.
#27 15:02  11-11-2004rak_rak    
Ну и мудак же ты, Таймень.
#28 06:59  20-03-2008maratorium vaticanov    
эфедры

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
19:26  06-12-2016
: [10] [Децкий сад]
...
09:13  06-12-2016
: [17] [Децкий сад]
...
08:28  04-12-2016
: [17] [Децкий сад]
Выводить любили мы из статики
Сотни лучших преданных солдат.
Аромат прошел былой романтики-
Оловянным лишь ребёнок рад.

Нас ласкали школьные красавицы
Красотой улыбок в лучший час,
А сегодня всем нам улыбается
Лет и зим накопленный запас....
тихий маленький человечек
тихо плачет лицом в подушку
не обнимет никто за плечи
не шепнёт нежных слов на ушко
.
он успешен, здоров, симпатичен
у него есть утюг и блэндэр
и в кармане полно наличных
он квартирку сдаёт в аренду
....
09:14  30-11-2016
: [12] [Децкий сад]

Ох женщина, зачем ты нам дана
Имеющая власть над сердцем хладным
Пленяющая разум, безвозвратно.
Ты ангел, или сатана?!

Уже века, ты выбираешь нас
То воскрешая вновь, то вновь губя
То та милей, то эта сторона
А мы до смерти бьёмся за тебя

Сжигаем города и государства
Меняя вспять течение судьбы
И гоним, словно скот, помазанных на царство
Тебе - в рабы

Седых монархов ставим на колени
Не оценив величия ни в грош
Чтоб пред тобой испытывали дрожь
И жда...