ДИСЦИПЛИНАРНОЕ ОБЩЕСТВО

Автор: Даша Д. Кириллов неуверенно постучал и сразу вошёл.

-Можно? - спрашивает

Нужно, отвечаю. И он входит. Не знаю, где они берут таких доходных работников. Разве таким должен быть офицер? Сутулый, поникший весь. Как с креста снятый. Ещё и рубашка мятая.

- У нас опять проблемы, - говорит, опустив голову. - Вот статистика. Восемьдесят процентов граждан не довольны своей жизнью. Работают плохо. Болеют. За последний месяц только в нашем районе тридцать попыток самоубийства. И об этом надо доложить выше.

Выше тебя только я и звёзды, говорю. До вечера отключи все каналы по городу, оставь только «Дискавери». Пусть смотрят, как трахаются ослики. Семьи суицидников напугать. Так, чтобы жить, суки, захотели. Чтобы цеплялись за жизнь из последних сил. Нет, знаешь. Это уже плевок мне в душу. Я работаю не покладая рук, а они, пидоры, накладывают на себя руки. А я стараюсь, Кириллов. Я же со всей душой к этим нытикам. Так, значит. Выведи их в бабий яр и постреляй в стороны. Только чтоб без жертв.

- С семьями? Там же бабы, дети. Так нельзя.

Сидит он передо мной, а мне мятая рубашка покоя не даёт. Государственный деятель, ёб вашу мать.

- А ты чего так выглядишь ужасно? Случилось что? Ты скажи, я тебе выходной дам. Только не нужно меня учить, что можно, а чего нельзя. Не теряй, пожалуйста, субординацию. А то я тебе другую работу подыщу. Будешь с Михалычем за кассой сидеть. Охуели вконец?

Михалыч меня ещё не знал, когда его пацаны разбили окна в эко-маркете и постреляли охранников. Те отделались лёгким испугом и тяжёлыми ранениями, но живы остались. Устроили мне тут девяносто пятый, ценители традиций хуевы. А у меня спрашивают, что делать. Люди напуганы, бабки сплетни распространяют быстрее, чем радио советское.

Виновника ЧП привели ко мне на следующий день. Сидит передо мной и выебывается. Мол, магазин мой, я в него душу вкладывал. Теперь он за кассой пробивает колбасу с молоком. Сначала противился, засранец. Говорит, я в суд пойду, я бизнесмен, а не кассирша. Ребята мои его уговорили. Видели моих ребят? Орлы.

А вы говорите, дисциплинарное общество, империя. Так хорошо же, когда империя. Только все должны сидеть на своих местах и тогда порядок будет. Этого же все хотят? Листовки, вон, расклеивают.

В прошлом месяце поймали одного активиста. Пацан ещё, студент, а уже недоволен. Настроен радикально, серьёзный такой. И что ему не нравилось? Государство его обеспечивает полностью, а он клеит бумажки на двери в метро. Мол, давайте власть уничтожим, и будем жить свободно. Без угнетения и эксплуатации.

Я же только «за». Ну, за свободу. А зачем тебе меня уничтожать, спрашиваю? Глупый цыплёнок. Ты знаешь, что за такие выходки свободы лишают? До трёх лет. Ты что, из тех, кто любит себя помучить? Нет? Тогда я не вижу логики. Нахуй тебе это всё нужно?

Речь его была сбивчивой. Ну, хули, совсем ребёнок ещё. Зато как старается. Я оценила, правда. Свобода, равенство, взаимопомощь. Мне даже удалось его убедить в том, что мы оба преследуем одни и те же цели. Закрепила результат цитированием классиков анархизма. Но потом добавила, что это всё соплежуйство и пафос дешёвый. А у меня тут дела широкого масштаба. Пригласила его на свои лекции. Представляете, пришёл. Да ещё и не один.

Как бы он мне не нравился, этот бесстрашный юноша, не наказать его я не имела права. Нет, конечно, могла бы. Но я привыкла быть последовательной. И быть последовательной до конца. Теперь городские стоки работают отлично. Дождь, а улицы сухие, никаких луж и водных потоков. Горожане радуются, да мне и самой приятно. В анархизме очень много говорится о труде на благо общества, но до этого времени только языками мололи. А теперь сделали. Могут же, когда захотят.

- Так что, вот так прямо стрелять? - мямлит Кириллов

- Я же сказала, в сторону. Или под ноги, там. Я откуда знаю, как ты это будешь делать?! Это твоя работа. Не справляешься? Я быстро замену найду.

Он аж побледнел. Мнёт листик и смотрит под ноги.

- Дария Юрьевна, можно я этим займусь через пару дней? У меня дочь болеет, а жену с работы не отпускают.

- Ну ты баран, Кирилов. А я уже думала, ты и правда испугался. Ну конечно, о чём речь. И жене твоей отпуск дадут. Мог бы вообще сегодня не приходить. Ты чего припёрся? Быстро домой.

- Спасибо большое, - говорит, - Я на связи.

- Ну, куда ты денешься.

И он вышел, улыбаясь.

- И чтобы мятых рубашек я больше не видела! - ору в след.

Не знаю, услышал или нет. Но исполнил. А вы говорите, дисциплинарное общество. А по-другому нельзя. Иначе пиздец.