|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Литература:: - Вершины.
Вершины.Автор: armyanНа ослепительных вершинах красоты высота не значит ничего. Здесь только небо, Над белым снегом лишь отраженье весел Ноева Ковчега. В приятной неге лежать, как в бездне ты будешь позже и сейчас не рай для кресел. Финал симфонии остался неизвестен. Послушай, друже, Ты думал, тесен твой мир вокруг, но сколько в скалах дней и песен, Непрожитых, неслышанных, всех вместе! Но здесь не будет дикой зависти и лести, Дурных известий И жалкой мести. Ломались кисти, И рвались листья в бурлящей страсти, и кипящей в нас корысти. А здесь нет пасти, Нет рабства, власти. Отсюда падать, падать, падать - не упасть мне! И тишина здесь, И шумный праздник, И не считают дни от казни и до казни! Конец - как в сказке, Ты в черной маске, Спокоен, чист и смел, горяч, сверкают краски. И скалы - фрески, Их очертанья - резки, Сужденья - веские! Глаза прозрачные, детские, дерзкие! И никогда не будут скручены острыми лесками - -Мои ВЕРШИНЫ станут крепостью Брестскою!!! Теги: ![]() -6
Комментарии
Еше свежачок Бабушка Марфа Петровна пироги пекла не по рецепту - всё на глаз. Муки четыре жмени, чтоб тесто липло к пальцам, но не слишком; сахара - чуть с горкой, чтоб душа радовалась; дрожжей - ровно столько, чтоб к обеду тесто трижды подошло и каждый раз она его сердито осаживала деревянной лопаткой - типа не зазнавайся!...
ГЛАВА 26
НОВАЯ ИГРА Апрель 1936 года, Московский вычислительный центр Первые лучи утреннего солнца заливали зал, где машина пробуждалась после долгой перезагрузки. Но теперь ее гул звучал иначе - мягче, с какими-то новыми, почти музыкальными обертонами.... ГЛАВА 21
ОПТИМАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО Апрель 1932 года, Московский институт генетики Профессор Вавилов сидел за своим массивным дубовым столом, пальцы сжимали края документа. Бумага была плотной, с аккуратно проставленными штампами НКВД. - «Программа оптимизации генофонда населения СССР», - он поднял глаза на молодого сотрудника в форме....
Ночь в селе Карденахи была черна той первозданной чернотой, что предшествует самому́ сотворению мира, — чернотой, в которой ещё не было ни слова, ни света, ни имени вещей. Стояла та доисторическая, влажная темнота, какую помнит лишь красная глина Колхиды да виноградная лоза, чьи корни уходят в такую глубину, где нет уже ни грузина, ни грека, ни перса, а есть лишь сама земля, дышащая своим медленным, тысячелетним дыханием.... |

