Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - День рождения супруги

День рождения супруги

Автор: Леонид Очаковский
   [ принято к публикации 17:30  28-12-2004 | Alex | Просмотров: 344]
Арбитражный суд города Москвы сразу слева после путепровода над Казанской железной дорогой. Пять - десять минут идти от метро Красные ворота. Кстати, у меня там все слушания были строго по часам. А мы приехали заранее. Значит, так давай сделаем, Зоя. Вон в том ларьке пивка возьмем, покурим, а потом снова пива возьмем. На лавочке посидим. А после слушаний сначала пива попьем, а потом ты у меня где-нибудь отсосешь. Говорить на судебных слушаниях непросто, надо потом расслабиться. Вот и отсосешь, лады? А я пока расскажу тебе, как окончился мой медовый месяц с Наташкой. Да и как мы жили примерно до нашего семейного отдыха в абхазском селе Молочное.
Возвращение к будням состоялось сразу после нашего входа в квартиру мою. Маманя почти две недели без дня нас не видела, а была раздражена и с нами не разговаривала. Мы с ней поздоровались. И это было встречено напряженным молчанием. Наташа сразу скривилась. Я чертыхнулся про себя, прошел в комнату. Думаю, надо мне на все забить. А тут маманя подлетела ко мне. И стала ругать нас и выпытывать, сколько денег я потратил на эту гадюку. И пошло-поехало! Такой встречи я не ожидал. Да и Наташа тоже. Наташа вообще была в шоке от этой встрече. Позвонила матери своей и увезла меня туда. Сказала, что хочет увидеться со своими братьями, да и вообще нормально завершить свадебное путешествие. К тому же, у Стаса есть новая травка. А у нас нет горячей воды (как раз тогда отключили на профилактику обычную трехнедельную). Помоемся, я новой травки покурю. А она отдохнет от моей мамани в кругу своей семьи.
Мне хотелось продолжить отдых от мамани, тем более, с новым сортом травки. И мы поехали в Новопеределкино в ту квартиру с неприличным номером. Кстати, Наташка им, что у нас в доме было, не сказала. Сказала просто. Воду горячую отключили, едем помыться. Вот они и думали, что просто после свадебного путешествия помыться едем. Да пока приехали, там и думать было почти что некому. Тамара Алексеевна набухалась и свалилась мертвецки пьяной, Денис и Оксана занимались любовью да и уснули, Ким видел седьмой сон. Нас ждали только Стас, Димка и Алёна Шегай. Ну, приехали мы в майских сумерках, помылись после дороги. Посидели на кухне, попиздели. Помню, Наташа села с Димкой в буру играть. Ей фартило. Несколько раз выиграла, после чего Димка пошел спать. Алёнка было начала ко мне клеиться. Ну, заигрывать попыталась, да Стас ее тут же спать к Димке отправил. Алёна была уличена, что пока нас не было, крысанула выручку на прилавке нашем. С ней уже никто всерьез не считался. Это мне Наташа в субботу рассказала. А Стас мне показал зеленую. Это была нетипичная, такой я раньше не брал. Светло-зеленые шишки. Позднее выяснилось - хохлацкие.. Говорит - вот такие покуришь, так она не грузит. Забил косяк, дал покурить. Одному. И чего? Приход - так он более мягкий, в натуре не грузит, вначале и понять, торкнуло или нет. А тяга долгая и более сильная. Где-то чрез полчаса меня здорово расперло. Я сидел и втыкал на смуглые ноги Наташи. Стас меня спрашивает: ты эту траву брать будешь? А мне хорошо так, я досасываю остатки пива. Он снова задает мне тот же вопрос. И я говорю ему: травку эту возьму, само собой, но прежде мне твою сестру трахнуть хочется. И схватил ее за ноги. А Наташа выпила чекушку раньше. Только за ноги я ее взял - она давай ржать во весь голос. Стас так посмотрел на нас и говорит: все, ребята, пойду-ка я спать. Он пошел в комнату на пол. А мы с Наташей на маленькой кухне на одном матрасе занялись страстной любовью. Засыпая, она мне шепнула: а просто хотела вознаградить тебя. А мать твоя - дебилка!
Утро пятницы я проснулся снова на кухне в квартире с неприличным номером. Как во время сватовства. Продрали глаза, приняли душ, похавали, ребенка накормили. Потом мы с Наташей попиздовали в ОВИР. Оформлять вид на жительство. Только там нас обломали. Регистрация у нее кончалась чрез три дня. Паспортный мусорской подполковник сонно сказал ей: девушка, сначала возобновите регистрацию, а потом приходите оформлять вид на жительство. Будет новая регистрация - мы вам оформим. Потом была шаурма на Киевском вокзале, электричка до Переделкино. И снова квартира с неприличным номером. Только в ней уже народа до хуя было.
Тогда для меня это все было внове. В первый раз. Отношение родни Наташи к труду, к работе. Хотя признаки были и раньше видны. Для матушки работа была чем-то сакральным. Которую с силу специфики ее работы обычно оценивали немцы, ставившиеся в непререкаемый авторитет. При этом трудовые усилия были явно непропорциональны. Надо было не только исполнять свои трудовые обязанности, но и всем нравиться, а в первую очередь - немцам. В кругу моей новой родни, выходцев разной национальности из Узбекистана, все было по-другому. Хорошо идет торговля - выходят на работу. А плохо - хрен выйдут. Отмазка: плохая погода, сегодня дождь, торговля не пойдет. Работа должна приносить деньги, на которые можно жить, иначе ради нее нет смысла напрягаться. Работают не за кусочек хлеба, работают за бабло чистое. Если этого бабла не хватает, на него и на работу забивают. И обходятся балом горячим и баблом хозяйским.
Наташа набралась понятий уже от моей мамани. И застав обитателей квартиры с неприличным номером в полном составе, как гаркнет на них: чего не пошли работать сегодня, деловые колбасы?! Они ей спокойно объяснили. Что не пошли, так как сегодня ничего не заработают. Существенного. Погода неважная, дождь с утра шел. А работать за сотку-другую смысла не имеет. Лучше план подуть или побухать. Наташа признала их правоту. И мы этим и занялись: употреблением алкоголя и марихуаны.
Вот так сидели, дули, бухали, чифирь варили. И чего я только тут не наслушался! Это был не криминал, это было очень даже поучительно. Разные коммерческие проекты. Торговля прессой (проект Дениса с Оксаной), будка с шаурмой в посещаемом месте (проект дяди Левы и тещи), пошивочная мастерская (проект Стаса), винно-водочный прилавок (проект тети Ангелины). И все эти проекты сводились к одной просьбе, обращенной ко мне: подогрей. Дай бабло на раскрутку.
И тогда и сейчас могу сказать одно. Меня не разводили на деньги, меня не наебывали и не хотели кинуть. Меня именно считали за своего и с деньгами. Ведь по сравнению с ними, у нас с маманей были деньги. И мы могли бы дать им подняться, как все они говорили. То есть, так они считали. Корейцы живут кланово, а их клан был одним из самых бедных. Если бы я мог их подогревать регулярно, я бы стал главой этого клана. Но по московским меркам мы были столь же бедны, как и они в Узбекистане. Ведь все познается в сравнении. Я им объяснял, что это инвестиции, спрашивал, когда они вернутся, предлагал рассчитать по формулам. Мы говорили на разных языках. И не понимали друг друга. Для меня слово бизнес тогда ассоциировалось с офисами, иномарками, фуршетами, прилизанными офисными телками. Для них - с вечными ментовскими поборами, поборами налоговой, противопожарной инспекции, СЭС, схваткой с жизнью над арендованными прилавками и лотками, рыночными ларьками, маленькими магазинчиками, съемными квартирами. С тем, на что можно прожить, но нельзя подняться. Хозяин будки с шаурмой никогда не станет владельцем заводов, газет, пароходов. Но и не станет зарабатывать исключительно на кусочек хлеба. Тогда мне это было непонятно, после понял. Деньги у них было принято занимать надолго и без всяких гарантий. Но отдавали, хотя приходилось кредитору свои же деньги очень долго выпрашивать.
А Ким тогда просился ко мне домой. Наташа общалась и по телефону и лицом к лицу со своей многочисленной родней. Я слушал эти внешне безмазовые проекты, тихо хуел. Тетя Ангелина тоже стала их критиковать. Говорит: ребята, вы все обсуждаете, а ни хуя не делаете. Лучше б работать сегодня пошли! Так в тот дождливый майский день мы побазарили. А потом забрали Кима, ноющего о русской бабушке, и отбыли ко мне домой. Маманя перебесилась. И приняла нас уже спокойно. Я знал, что в понедельник выйду на занятия в институт, потом заеду в эту турфирму, сдам отчет по авансовым платежам по ЕСН, оформлю Наташе регистрацию, а потом начну оформлять вид на жительство. Еще надо защитить курсовую, получить зачеты и сдать экзамены. После чего будут летние каникулы как предвестие пятого курса и защиты диплома. А вот что делать потом - - это решительно непонятно. Но зачем заглядывать так далеко? Кроме того, во вторник у меня должны быть слушания по моей жалобе на действия налоговых органов в арбитражном суде. А где этот козел Алик? Он снова проиграл Стасу в покер и прятался от родни Наташи поэтому.
И все это было на излете моего мелового месяца. Меня тогда уже стало беспокойно и стремно. Как замутить зеленку, как отвечать пред судом, как заполнять бланки финансовой и налоговой отчетности, как защитить курсовую, получить зачеты, сдать сессию - это я знал. Как конвертировать свои знания и способности в постоянный источник дохода вне зависимости от мамани - вот этого я не знал в натуре. Вот платят мне полторы тысячи в месяц - и все! Куда сунуться еще - я не знал. И чего мне теперь делать? Я ж все одно хочу жить. Вот тогда мне и вошла мысль в голову. Что надо банчить травой на потоке. За деньги. Я поделился этой мыслью прежде всего с красавицей Анечкой. Та отнеслась к этому очень критически. Дующая план с четырнадцати лет, эта плановая девушка не уважала барыг. Ее мнение было интересным. Кому я собираюсь продавать? Тем, кого знаю? Наживаться на употребляющих друзьях некрасиво. А продавать первому встречному я вряд ли сумею. Логично, не правда ли? Тоже самое примерно мне сказала и жена. Мол, тебя и так уже на потоке знают как барыгу, негру этому носишь. Плохо все это кончится, менты тебя закроют. Уж брал бы хорошие деньги, да на травке и не заработаешь. Лучше мне бы этим не заниматься. Хотя - кое чего она придумает. Разок сделаем. Чего Наташа задумала - я не знал.
Маманя сменила гнев на милость и общалась с нами. Началась моя обычная неделя. Пахло близкой сессией. Толстушка Ирочка на занятиях привычно воротила от меня нос, да она мне уже и не нужна была. Могла бы уже и не воротить от меня носик свой, да, видно, привыкла к этому. После занятий я ехал в турфирму, отвозил платежки в банк, а им выписку банковскую. Потом катил домой к своей узкоглазой жене. Вечерами гулял с Кимом. Ребенок лазил по детским площадкам Очакова или качался на качелях, а я пил пиво, сидя на скамейки. А маманя потом ворчала на меня и на Наташу. И само собой, я листал свои конспекты, ведь надо было сдавать экзамены. Экзамены - ж смысл студенческой жизни и ее кошмар.
И вот в первый раз именно во вторник 15 мая я после занятий вошел в здание Арбитражного суда города Москвы. Дальше канцелярии. Там у них такая же фигня, как в аэропортах. Спецконтроль. И пара вертухаев стоит из службы судебных приставов-исполнителей. Я им паспорт сую, определение, где назначено время слушания. А один мне: а где Ваша доверенность? Я ему сказал: так я ПБОЮЛ, я сам сторона. Вертухай воткнулся в судебное определение, вздохнул, вернул мне ксивы и сказал: извините, не понял. И я в первый раз прошел внутрь арбитража. Где оспаривали миллионные активы. А я собирался не шутя оспаривать здесь же штраф в пять косых у своей же налоговой инспекции. Я ж здесь ни при чем, напрасно обижаете, гражданин начальник!
Поднявшись на пятый этаж, Я поискал нужный мне зал суда. Найдя его, я увидел, что моя жалоба назначена к слушанию сразу после обеденного перерыва, что было видно из объявления на дверях. Хорошо, подожду минут двадцать. И ровно чрез двадцать минут из этой двери высунулась симпатичная девичья мордочка в черной мантии. Окликая сторон по этому делу. Кто-нибудь пришел. Я рванулся в зал. Оказывается, от налоговой пришел молодой пацан замотанного вида. А судейская коллегия оказалась состоящей исключительно из молодых девчонок. Одетых в черные мантии. С минимумом косметики.
Мне всегда мантии не нравились. Если исходить из традиций государства Российского, то судьи должны как-то выделяться одеждой. Но были бы уместнее судейские мундиры. Ведь в Российской империи гражданские чиновники ходили в мундирах своих, включая и судей. Мантии - это атрибут зажравшегося Запада. В России как-то не пляшет. Но не могу не отметить. Этим девчонкам мантии шли. И самое главное - они положительно отличались от судейских судов общей юрисдикции.
Начались слушания. Сначала проверяли наши полномочия. Я представил этим девушкам свой паспорт, свидетельство о регистрации ПБОЮЛ и свидетельство о постановке на учет, тот парень - паспорт и доверенность. Объявили состав суда, объявили наши процессуальные права, спросили, понятны ли они нам. И спросили, есть ли у меня ходатайства. Я встал и заявил ходатайство об отложении рассмотрения дела по существу, так как мой свидетель находится за пределами России. Уехал на родину. Симпатичная девушка спросила: а Вы считаете, что истина по делу установлена быть не может? Я ответил: без его показаний я не могу доказать суду, что мой представитель обращался в установленный законом срок в ИМНС. Та же девушка сказала: хорошо. И спросила мнения представителя ответчика. Пацан встал и сказал: мы просим взыскать с него штраф. Пять тысяч. Девушка в судейской мантии сказала ему: суд желает выслушать Ваше мнение не по его жалобе, а по его ходатайству об отложении рассмотрения дела. Вам не кажется, что есть резон выслушать свидетельские показания? И тут пацан в клифте и галстуке выдал. Вы что, чурбана какого-то слушать будете? Пусть этот идиот платит штраф и все.
Я поднялся и сказал: прошу занести в протокол, что представитель ответчика меня оскорбил в присутствии суда. А пацан тот, на лет так пятнадцать моложе меня возьми да ляпни, хотя за язык его никто не тянул: если будете его слушать, значит, ничего не понимаете. Девки в судейских мантиях кипешнулись. Велели ему закрыть хайло и выйти всем в коридор. В коридоре до пацана стало доходить, что сказал он лишнее. Смотрел он на меня растеряно. Я так с понтом говорю ему: Молодой человек! Я постарше Вас буду. Ведь Вы же - лицо налоговой инспекции! Вот я, ежели с налоговым инспектором не согласен, я ж не говорю ему, что он - идиот. Я начинаю спорить с ним на языке нормативно-правовых актов. Пацан вздохнул и сказал. Не надо было доводить дело до суда. Надо с начальством было договориться. Штраф бы и так сняли. Это у нас в первый раз - чтоб штраф в пять тысяч в суде оспаривали.
Ну, позвали нас в зал чрез малое время. И оглашают определение. Отложить слушание до 5 июня. И после девушка, председательствующая на суде, сказала не для протокола. Что будет просить приватно налоговую инспекцию о замене представителя. С этим пацаном работать смысла не имеет, мол. Да, зафиксировали все, надлежащим образом оформили. Разозлил этот самоуверенный молодой человек. Вот так было у меня в первый раз в Арбитраже.
И я стал жить вроде обычной своей жизнью. Встаю в пять, хаваю завтрак, молюсь, пиздую в Академию. Там три или четыре пары, потом либо в этот гребанный «Жираф» заеду, либо домой в семью. Там меня обед ждет и поцелуи жены, потом я по Интернету полажу, на письма отвечу. Конспекты, учебники полистаю. Потом возьму Кима и пойду с ним гулять. Пока маманя с работы не вернется да не отдохнет. Потом дома смотрю информационную программу «Время». Потом маманя Киму сказку на ночь прочитает, он уснет, маманя ляжет спать. А у нас с Наташкой на кухне косяк, пиво, чифирок. Вот так и жила молодая семья.
В субботу мне надо было защищать мою курсовую работу по управленческому учету. Защищаться надо было у таджички, которая у нас не преподавала, но что на третьем, что на четвертом курсе наша группа почему-то защищала курсовики по бухгалтерскому учету именно у нее. Таджичка эта была очень симпатичная, мне восточные женщины всегда нравились; мне всегда хотелось ее трахнуть, когда я ее видел. И мне пришло в голову сделать хитрость. Взять с собой Кима. Будто мне ребенка оставить не с кем, чтоб быстрее пройти, и чтоб она вопросов поменьше задавала. Наташе было все равно, она собрала Кима. И я поехал с ним в свою родную Академия.
На подходе к альма-матер я увидел, как наш препод, полтора года ведший у нас семинары по бухгалтерскому учету, сажает в свое авто какую-то студентку. Не Юльку из нашей группы, на которой он женился прошлым летом, а какую-то другую девчонку. Мне стало смешно. Ведь он оставлял писать теорию устойчиво девчонок шесть, в том числе и толстушку Ирочку. Я даже ревновал ее немного к нему. В итоге женился на Юльке, а не прожив с ней и года в зарегистрированном браке, подвозит теперь другую девчонку. И с Юлькой вроде не собирается разводиться. Молодец, что еще можно сказать. А забавно получается. Я вошел в Академию, поднялся на десятый этаж. И понял, что взял Кима совсем не зря. В аудитории на защите присутствовало более половины нашей группы, да и из других групп тоже. В том числе и Юлька та самая, муженек которой решил прокатить девчонку, пока его супруга защищала курсовую.
Появление смуглого корейского мальчика вместе со мной моих однокурсниц впечатлило. Они дружно вылупили на нас глаза. Я занял место за партой, Ким - рядом со мной. Я дал ему листок бумаги, ручку. И он стал рисовать. Ким любил рисовать. Со мной обычно он вел себя спокойно и всегда слушался. Если не с первого, то точно со второго слова.
Насчет того, чтобы пройти благодаря Киму быстрее - в этом я обломался. Защищали курсовики по очереди. Девчонки хотя и зырились на Кима, а пропускать меня вовсе и не собирались. Хер с вами, думаю, я почитаю свою курсовую лучше. И воткнулся в нее. Темой ее были особенности бухгалтерского учета в транспортной организации. На примере маленького пароходства в Калининградской области. Ходил с Кимом пару раз а сортир, курил. Студенты зырились на нас, но ничего не спрашивали. Наконец все защитились, и настала моя очередь. Я занял место пред таджичкой и вручил ей папку с курсовиком. Она полистала ее и сказала: у Вас такие грубые ошибки. Где? - спросил я. Да вот здесь, сказала она раздраженно. И тыкнула меня в проводки, отражавшие получение валюты. А они так делали. Д61-К52. Кредитуя валютный счет они дебетовали счет авансов выданных. Это на самом деле неправильно. Надо было дебетовать счет кассы. А они проводили это как выдачу аванса. Потому что у них не было разрешения на кассу в валюте, а оформлять его они не хотели морочиться. Это я и сказал таджичке. Ее это почему-то заинтересовало. А, - сказала она, Они просто не оформляют разрешение на кассу в валюте, вот почему такие проводки делают. Стала листать мою курсовую работу дальше. Ошибки были, но я просто переписывал все с реальной оборотке. За каждой ошибкой стояла веская причина. Надо чего-то оформить, тогда можно было бы правильно провести, но оформлять не хотелось или было сложным. Практикующие бухгалтера порой такие ляпы в учете делают, какие ни один наш двоечник не сделает. Позадавав мне вопросы по работе, таджичка перешла к ребенку. Кто он мне? Это мой пасынок, с гордостью сказал я. Я женился на кореянке из Каттакургана, а это ее ребенок от первого брака. Таджичка сказала мне, что сама из Самарканда, и не раз бывала в Каттакургане. Поставила мне «хорошо». И я пошел. Куда? Само собой, в рыгаловку у метро ВДНХ. Выпить кружку пива. Киму купил любимые им чипсы. А потом мы поехали домой.
Дома Наташа уже все поделала по хозяйству. И собиралась к своим, матушка уехала к своей подруге. Жена мне тут раскрыла свои замыслы. У Димки есть два стакана травки, надо их у него отобрать. Будто мы их продаем моим друзьям. Иначе с него взять нечего, а он с Аленой у них полгода жили, да они еще их кормили за свои деньги. Димка с Алёной приехали работать к тете Алле шинской, да что-то не сработались. Разругались с ней, Наташа тогда тоже на эту тетю Аллу обиделась. Поэтому в пику тете Алле она приютила Димку с Алёной. Пара эта оказалась еще той. Мало того, что они не платили ни за проживание, ни за еду, Алёна еще умудрялась, стоя за прилавком, зажимать часть выручки, а Димка зажимал травку у Стаса. Они разругались промеж себя и решили расстаться. Димка собирался ехать в Уссурийский край к своим дальним родственникам, а Алёна - в Киев. И надо хоть травку у них отобрать. Чтобы как-то компенсировать их пребывание полугодичное.
Мне эта затея особо не понравилась, но было все равно. Родичи-то ее, пусть она и разбирается с ними, как хочет. Наташка была старшей сестрой Стаса и Дениса, первая приехала в Москву. К ее словам в ее семье прислушивались. И считались с ней. Кстати, кем ей доводятся эти Дима с Алёной, она сама точно не знала. Называла ее емким словом садуйка. Так корейцы называют своих дальних родственниц, о которых не могут сами толком припомнить, в каком именно родстве они состоят. Мне только жалко было, что Алёна уезжает. Хотелось почему-то затащить ее в постель. Она ведь писаная красавица. Как-то раз еще до свадьбы я изловчился и пощупал ей груди, в ответ на что она глупо улыбнулась.
На этот раз помимо жильцов этой квартиры там присутствовал мадабай Лёва, ухитрившийся прожить в Москве 8 лет без паспорта. Отсутствие паспорта не мешало ему владеть и управлять автомобилем, права у него были каким-то образом. У всех в его семье, кроме него самого, документы были в порядке, а вот он жил без документов. Вообще, корейцы и узбеки как-то умудрялись не имея никаких документов приобретать, квартиры, дачи. Мадабай собирался покупать дачу под Москвой. Они тогда держали винно-водочный прилавок и будку с шаурмой и чебуреками в магазине у перекрестка на улице Скульптора Мухиной. Ну, начались обычные вопросы: как дела, как жизнь. Чего-то попиздели, Наташа принесла два стакана зеленки в пакетах из старых газет, засунула мне их в сумку. И отправила домой меня, а там у них началась игра в карты. Ведь корейцы - такие картежники.
Наташа проводила меня, поймала тачку, сказала, что будет чрез часа два дома с ребенком. Я поехал домой, а в моей сумке лежало два стакана плана. Это был не такой план, как у Стаса. Темно-зеленые узбекские шишки. Водила был айзером, вел машину довольно аккуратно. После МКАДа на посту ДПС у Востряковского кладбища машину тормознули мусора. Сначала я думал, что просто проверка. Мусор подошел, посмотрел документы у водилы, потом пригласил его на пост. И началось. Десять минут - его нет. Двадцать минут - его нет. Полчаса - его нет. А у меня два стакана плана, что тянет на статью. В особо крупном размере. Чего делать? Скинуть? А это не пара шариков. Тем более, что около машины ходить мусор другой. На меня интереса внешне никакого не проявляет, следит за проезжающими тачками с жезлом. Но ведь за это время все передумаешь. Мысль одна: оперативная разработка. Приняли. Спалили. Сейчас подойдут опера из ОБНОН. Скинуть? А как? Да и жалко? Вдруг, просто распсиховался. Вдруг подходит очень огорченный водила. И спрашивает меня: Вы со мной можете сейчас расплатится? Я вас довезу до места, извиняюсь. Меня штрафуют, я виноват, но у них сдачи нет. Я отдаю ему условленную цену молча. А руки уже дрожат. Он берет деньги, уходит, чрез пять минут возвращается и заводит мотор. Едем. И рассказывает мне, что машина не прошла техосмотр (ну, до 3 мая надо пройти было). И его оштрафовали официально. С составлением протокола. Поэтому так и долго было. А я чего уж не передумал. Блин, за решетку готовился внутри. А все одно - правильно сделал, что не скинул. Вышел из машины, пошел домой. Тут мне Наташка звонит на мобильник. Леонидушка, чего тебя так долго дома нет? Я ей рассказал про происшествие. Наташка присвистнула. И сказала. Больше ты ее возить не будешь. Офигеть можно. А я в карты еще стакан выиграла у Стасика. Так, милый, торчишь ты долго и счастливо. Еду домой с ребенком. И приехала. Ну, пока она ехала, а мамани нет, я косяк из той травки забил и скурил. Ох, хорошо мне было, я до сих пор помню!
Да, на той же недели Наташке я продлил регистрацию еще на три месяца. И в понедельник 21 мая мы пошли в ОВИР наш. Подавать заявление на вид на жительство. Помню, это тоже майский дождливый день. Наташка в ОВИРе писала свою автобиографию. А там надо было писать, кто она, кто ее близкие родственники, когда приехала в Россию, когда со мной познакомилась. Мы решили не писать, что жила она полтора года в Москве без паспорта. Написали, что приехала в станицу Ростовской области к своей однокласснице в гости, в поезде познакомилась со мной, а 14 февраля первого года приехала к своему жениху со своим внебрачным ребенком. На этот раз овировские мусора молча захавали наши ксивы. И сказали, что вид на жительство Наташке будет оформлен в течении четырех месяцев. А подписал предупреждение. Что вопросами прописки ОВИР не занимается, о чем я предупрежден. И что ежели какие вопросы возникнут, то их придется решать чрез суд. После сдачи ксив на получения вида на жительство, мы поехали бухать в ту квартиру с неприличным номером снова. Посидели там, попиздели, да и разошлись восвояси.
Всю эту неделю мы учились. Мне нужно было получить четыре зачета и сдать пять экзаменов на восьмой сессии. Зачеты начинались в субботу после учебной недели. А 31 мая у супруги моей был день рождения. Ей должно было исполниться 26 лет. И я не могу не сказать, что Наташка первая, ссылаясь на ограниченность средств, предлагала и мне и мамани свой день рождения не справлять. А маманя сказала: Наташа, отметь, но постарайся поскромнее. Как наивна была маманя. Она не знала, что значит отметить день рождения по узбекским понятиям. С массой гостей. А Наташа это поняла как согласие. Минимум - на тридцать гостей. Мама и Наташа - они просто в разных мирах жили. Не могли, да и не хотели понимать друг друга.
Неделю я проучился нормально. А в субботу пошел на первый зачет. По системе национального счетоводства. Предмет был очень сложным и отстойным. В России эту систему просто не применяют. Читала его тезка мамани по имени -отчеству. Кстати, читала лекции очень хорошо для того, чтобы записать. Но семинары были тяжелыми. Я предвидел тяжелый зачет, но не до такой же степени! А на зачете она нам дала три задачи. На 45 минут, блин. И так с понтом говорит, что ежели две задачи решишь, она зачет ставит. Задачи не сказать чтоб совсем сложные, но предмет сложный. Я такие задачи за сорок пять минут решить не могу. Мне надо подумать, какую формулу надо применить. Блин, решил две, одну - неправильно. Она мне незачет ставит. Зло такое на нее взяло. Из нашей группы в 27 студентов - 19 незачетов. Нормально, а? Как сама думаешь?
А я пару только на втором курсе раз на экзамене получил. От нашего компьютерного гения, черт бы его подрал. Ладно, думаю, пересдам тебе, сучка. Само собой, пошел в туже рыгаловку и капитально набухался там водкой и пивом. Стоял там, давился водярой и проклинал матушкину тезку. В гробу я, тетя, видал твой предмет, его у меня ни одна налоговая не спросит. Да и тебя саму мне б в гробу увидеть в белых тапочках! Лучше б пососала у меня, блин! И когда я совсем захмелел, то по мобильнику позвонил домой Юрке. Юрка, а за сколько можно киллера нанять? Мне одну чувиху замочить хочется. А чего она тебе сделала? - спросил Юрка. Зачет не поставила, ответил я. Ну, пять тысяч баксов киллеру надо будет как минимум, за меньше никто не возьмется. И пятьсот баксов мне. За стыковку, - ответил Юрка. Ладно, Юрка, я тебе перезвоню, - сказал я и дал отбой. А сам в уме подумал. Если скинуться всем, кому она зачет не поставила, ведь не в одной нашей группе это было, то с носа можно сложиться, ну, в пределах, ста пятидесяти баксов. И замочить ее на хуй! А хули такой стерве по земле ходить! Думаю, надо будет ребятам эту идею подкинуть.
Домой я приехал уже никакой. Наташка меня спрашивает: Леонидушка, а в честь ты так набухался? Я как начал кулаком по столу колотить и орать: да мне, блин, по СНС зачет не поставили. Наташка разошлась. И как давай ругать ту училку. Ах, пидорша, да она с тебя деньги выманить хочет, да ее надо на три части переломить, суку рваную! Взятку вымогает с инвалида, крыса! Да ей пизду накрест порвать надо! Я со Стасом к ней поеду базарить! Ведь Наташка всегда была за меня. За мужа своего. Вот так было.
А в воскресенье мы с Наташей вдвоем поехали на Черкизовский рынок, а маманя повела Кима в зоопарк. Маманя дала Наташке лавэ, чтоб та купила себе на день рождения то, что ей понравится. Пять косых. Тогда Наташа впервые показала мне Черкизовский рынок, по которому мы бродили пять часов. Не могу отметить стремление Наташи к экономии и умение покупать вещи. Она обновила свой гардероб. Накупив целую кучу дешевых кофточек, блузок, юбку и джинсы. И какая-то часть суммы у нее еще осталась. На которую она купила продукты и выпивку к своему дню рождения.
В понедельник у меня зачетов не было (ведь зачет по учету в кредитных организациях я получил на последнем семинаре), зато во вторник я должен был получить три зачета. Снова договорился с Наташей, что беру Кима с собой. Самый стремный зачет был по банковскому праву. Этот предмет читала какая-то сдвинутая по фазе бабуля, устраивавшая на каждой лекции перекличку. Читала она лекции тихим голосом, так что записывать за ней можно было только укуренным. И она обещала устроить на зачете веселую жизнь всем, кто на ее лекции ходил недостаточно по ее мнению. Так что я решил сдавать этот зачет вместе с Кимом. Наташа не возражала. Только спросила, не будут ли ругаться на меня в Академии. Я сказал, что не должны. А чего делать? У каждого - свои средства.
Ну, пришел за день до днюхи моей жены на этот зачет. Сидим там, собирается тихо весь поток. Бабуля это приходит. Начинает вызывать. Вызывает тех, кто ее достал на ее лекциях. И имеет их по полной программе. Отымев человек пять она зычным голосом на всю аудиторию спрашивает: а собственно говоря, чей ребенок? Ким поднимает голову и говорит: я - Леонида! Я же говорю: это мой. Оставить не с кем. А бабуля говорит: так бы сразу и сказали. Идите сюда!
Подошел я к ней, присел. Бабуля ехидно улыбается и спрашивает: Вы можете мне сказать, что такое подведомственность? Подведомственность? - переспросил я и начал отвечать. Подведомственность гражданских дел имеет задачей определение круга дел, разрешение которых отнесено к компетенции определенного суда в судебной системе РФ, определенного государственного органа или общественной организации, к каковой относится, например, третейский суд. Подведомственность бывает судебная, административная. Подведомственность суда общей юрисдикции определяет статья 25 ГПК. А арбитражного суда - статья 22 АПК. Ну. арбитражному суду подведомственны все споры, вытекающие из деятельности экономических субъектов. А подсудность? - спросила бабуля. Ехидная улыбка исчезла с ее лица. Она это раз только озвучила на лекции в краткой форме. И считала, что кто на ее лекции не ходил, знать этого не может. Подсудностью называется распределение всех подведомственных суду дел между различными судами данной судебной системы, - начал я отвечать. Подсудность бывает родовой, определяющей, суд какого уровня должен рассматривать спор по существу, и территориальной или местной, определяющей, какой суд вправе разрешить дело в соответствии с административным делением страны. Эту подсудность можно разделить на общую, альтернативную и исключительную. У Вас, наверно, первое образование юридическое? - спросила бабуля, взяв в руки мою зачетку. Нет, два курса философского факультета МГУ, - ответил я. Просто я много судился. А ребенок Ваш? - снова спросила бабуля. Это мой пасынок. Сын жены от первого брака. Понимаете, жена болеет, его оставить не с кем, начал я ей втирать. Надо было в начале семестра подойти и сказать. Там жена, ребенок, работа, - стала ныть бабуля, проставляя мне зачет. Я ж понимаю, Вы не из этих оболтусов, которым только на дискотеках плясать. Идите домой с ребенком! Так я получил зачет по банковскому праву. И поехал с Кимом получать зачет по физкультуре, от которой у меня было чистое освобождение по эпилепсии. А однокурсникам моим бабуля действительно устроила веселую жизнь на зачете. То есть, зачет - то она всем поставила, но продержала их там долго. И основательно помытарила. Костик от нее только в три часа вышел.
Кафедра физкультуры располагалась у нас недалеко от Рижского вокзала. Пред мостом. Там такими безлюдными переулками проходишь в спорткомплексу. Где и была эта кафедра. Как обычно наши прогульщики толпились там с бутылками коньяка. Мне черканули в зачетке освобождение, и я пошел назад. Посидел с Кимом в летнем кафе, попил пива, а он - горячий шоколад. А потом снова погрузились в троллейбус и поехали к Академии. В два часа мне еще один зачет получить надо было. По спецкурсу «риски и управление ими». Я практически и не ходил на этот спецкурс. И совершенно правильно делал. Его читала такая пожилая тетя. Помнится, она пришла и сказала: ой, ребята, не бойтесь, не хочу я с вами ссорится, себе дороже обойдется, всем поставлю зачет. Взяла ведомости и стала всем ставить зачеты. Потом в зачетках ставила. Так я получил все зачеты на своей последней зачетной сессии, кроме одного. По этому СНС гребанному! И поехал с Кимом домой.
А дома было неладно. Приехала толстуха Любка. Наташина двоюродная сестра из Бухары. Наташа ее вызвала помогать готовить ко дню рождения своему. Маманя как увидела, сколько они готовят, сразу надулась. И сказала, что на дне рождения Наташи не будет, лучше на концерт пойдет какой-то. На самом деле она договорилась со своей подругой, что в четверг просто к ней после работы поедет. Маманю напрягало уже одно то, что толстуха Любка собиралась у нас ночевать две ночи. В битком забитых съемных квартирах любая садуйка могла остаться на недели, для Наташи и для Любки это было нормальным и вполне привычным. А маманю это просто бесило - привычка новой родни ходить в гости к Наташе, да еще и оставаться здесь на ночь.
На другой день мне позвонила симпатичная миниатюрная Катюша из нашей группы и обрадовала меня известием, что пересдача зачета будет завтра, то есть, в день рождения моей супруги. Я поблагодарил ее. И стал договариваться с Наташей. Ну, что я где-то в два часа приеду домой, помогу установить стол в комнате и накрыть его. Из местных на день рождения супруги были приглашены Костя с Лизой, мой друг плановой. Наташа пригласила было моего жирного тезку, но он отказался, сославшись на занятость. Наташа хотела пригласить еще другого Костю с красавицей Леной, бывших у нас на свадьбе, но тут уже я запротестовал. Указывая, что народу и без них будет много. И что столько народа в нашей квартире просто не поместятся. Ну, Наташа их почти не знала, и она согласилась. Потому что гостей и так ожидалось выше крыше. Стас, Денис с Оксаной, Димка с Алёнкой, пухленькая Светка, мадабай с мэдаме, Колька с Людкой и Костиком, тетя Ангелина, теща, Юрка с Юлей маленькой, Надира, Галка с Маринкой, большой Дэн с Мишкой, Костик с Лизой, Алик, Борька. Должны были и еще прийти, но кто они и откуда - я не помню. Само собой, из Средней Азии.
Наташка у меня любила разные приколы. На свое двадцати шестилетие она решила укурить всех своих гостей. А для этого полкораблика тщательно перемещала с арабской ароматической массой для кальяна, называемой арабским табаком. Такой хороший шмат получился. Вместе с Любкой они ржали, представляя как неожиданно торкнет не употребляющих гостей, в первую очередь Костика с Лизой, тетю Ангелину, мэдаме, Оксану. Когда они все приготовили, а маманя легла спать, Наташка мне сказала: Лёня, забей кальян, покурим. Ну, я достал кальян, забил его тремя шишками и этим арабским табаком, разжег уголек. Положил, раскурил кальян. И мы стали курить, передавая друг другу трубку кальяна. Договорились, что курим на три пыха.
Вот так мы и курили. Девчонки потом отказались курить и оставили все мне. Любка отказалась после троекратных трех пыхов, а Наташа затянулась 12 раз. Остальное докуривал я. И естественно, укурился больше всех. Наташка сказала: а вот чувствую, пошло по крови к голове, разгоняет. Любка перлась. Спиртного они не пили, но производили впечатление скорее пьяных, нежели укуренных. Толстая Любка по кликухе Гоблин, стала вообще омерзительно вульгарной. Ее угреватое лицо казалось вообще засверкало угрями. Она очень противно хихикала, и ее зубы казались очень неприятными. В ней было что-то от гориллы. И когда у меня померк свет в глазах, мне на мгновение показалась черная шерсть и обезьянья морда вместо ее лица. Любка положила ногу на ногу, обнажив при этом свое колено. Я смотрел на ее голые икры. И как всегда, почувствовал волну вожделения, поднимающуюся от низа живота вверх. Какое-то время я просто втыкал на голые икры свидетельницы невесты на свадьбе.
А лицо Наташи стало более плоским и каким-то грубым. Она смеялась, но как-то необычно грубо. Наташка погнала телегу про нашу свадьбу. Как я там ляпнул: да, очень хочу! В то время как Наташа так потерялась, что еле да могла сказать. Она говорила. Леонидушка, а прикинь, пришли бы мы в ЗАГС под этим делом. Анаши курнув. Я - в купальнике, а ты - в плавках. Нас бы спросили: желаете вступить в брак? А мы бы запрыгали и стали орать: да-да-да! И прыгали бы при этом на одном месте. И всем бы стало все ясно! Я тут же попытался представить себе жену в купальнике, прыгающую в ЗАГСе. Чего-то не смог. Наташа, а зачем нам там прыгать, как в бассейне, - спросил я ее. И я не понимаю, что конкретно стало бы всем ясно? Что ты - лесбиянка? Наташа аккуратно постучала по своему виску, а потом по столу. И сказала потом: у тебя не стучит. Да не парься, прикалываюсь я просто. Всем бы стало ясно, что мы укурились. И что наркоман женится на наркоманке. Ну, а если б я там с Любкой стала целоваться, то поняли бы, что я не только наркоманка, но и лесбиянка. Я закрыл глаза и попытался себе представить эту сцену. Не смог. Зачем в ЗАГС приходить в купальниках? - задумчиво спросил я. Видишь, Люба, сказала Наташа. Он совсем шуток не понимает. И не от глупости, просто не дано. И он может обидеться даже, если с ним попробовать пошутить. И с травы его не пробивает поржать и поприкалываться по доброму, как обычно пацанов. Нет, ему нужно галюки половить. И порассуждать. И вот идет такая чисто наркоманская философия. Любка хохотнула и спросила: а промеж ног у него нормально стоит? Наташка нахмурилась и сказала очень недовольно. Люба, ты хоть нашей анаши и укурилась, а базар-то надо все равно фильтровать. Любка мигом сникла и пробормотала: извините. Только честно скажи: тебе не надоест с ним просыпаться каждое утро? Мне с моим надоело. Я поднял голову и уставился на Любку. Наташка тоже на нее уставилась недобро. И сказала очень недобрым голосом: Люба, лучше смени тему. А потом обратилась ко мне уже с нежностью. Леонидушка, ты не хочешь со мной в постельку пойти? Развлечься с красивой девушкой? Или ты всерьез думаешь, что ляжки у Любки лучше моих?
Я захлопал глазами. Укуренный, соображаю медленно. А Люба где ляжет? - спросил я. Любка? - переспросила Наташа. С Кимом, конечно. Так одна комната, начал я. И тут же пред моими глазами предстала квартира с неприличным номером. Ребенок все раньше мог видеть. Наташа и Любка заржали. Эх, Леонидушка, сказала мне жена. Ты думаешь, Ким не знает, чем мы по ночам занимаемся? Не парься. И Любка знает тоже. Член у меня рос. Наташа меня обняла. И сказала тихо. Пошли, и тебе и мне хочется. И мы пошли. Заниматься любовью. По пути Наташа мне шепнула на ухо: чтоб без моего ведома ни с кем из моих кореянок не спутываться. Вот такое условие ставлю. Ким тихо сопел, Любка курила на кухне, а потом пошла принимать душ. А мы занялись любовью жаркой. Когда я кончил и лежал на спине, я подумал, что Наташа права. И что так жить можно. Чтоб ночами в битком набитой комнате любовью заниматься.
А утром я встал и попиздовал на Ленинградку. Пересдавать этот зачет по СНС. На пересдаче я понял, что тезка мамани с кафедры статистики - просто садистка. Там было под сорок человек, то есть, более трети потока. И снова три задачи на сорок пять минут. Вот если б она дала час двадцать на решение, можно было бы решить три или по крайней мере две правильно. А за сорок пять минут две решено, но одна неправильно. И снова незачет. Чуть ли не со слезами еду в деканат. Такого еще со мной не было. Чтоб зачет не сдать. Теперь меня к экзаменам что ли не допустят? Нет, эту тетю точно замочить надо на хуй. Я ей не малолетка какой-нибудь!
Приезжаю в деканат, говорю, так и так, не смог пересдать. Секретарь декана мне говорит: сдавай экзамены, после сессии пересдашь. Я ей: я разве меня допустят к экзаменам? Она улыбается. Конечно, допустят, ведь по одному предмету нет зачета. Готовься к экзаменам, сдавай и не волнуйся. Тут я вспомнил базар симпатичной Ирочки из Зеленограда на первом курсе. Сюда очень трудно поступить, но еще труднее отсюда вылететь. В натуре так! Это надо и деканат и ряд кафедр очень-очень достать, чтобы вылететь отсюда. Хоть не должны вроде, а с одним незачетом допускали нормально к экзаменам. Блин, мне б нервы этих студентов! Чего так психовать из-за какой-то дуры с кафедры статистики!
Я немного успокоился и поехал домой. Ведь сегодня моей жене исполнилось двадцать шесть лет. Сегодня праздник, не место огорчениям. Лучше я дома набухаюсь и укурюсь. Наташе я позвонил, все рассказал. Поэтому дома меня не только обед, но и забитый косяк. Наташа внимательно слушала меня и предполагала одно: эта училка хочет содрать с меня деньги, ну, и с других тоже. Иное выпускнице газо-промышленного техникума Самарканда в голову и не приходило. Наташа была готова свести меня с Юркиным дядей, чтобы я обсудил с ним сложившуюся ситуацию, а сама хотела на эту тему поговорить со Стасом и Аликом. Бедная училка с кафедры статистики! Она и не знала, что за незачет жена студента ей готова была организовать серную кислоту в лицо!
Я пересидел приход, на тяге помог перенести стол в комнату, помог его накрыть. Стали собираться гости от Наташи. Первыми прибыли Денис с Оксаной, потом Стас с Димкой и Алёной. Потом позвонил Костик на мобилку мне, что выехал на маршрутке. И Наташа послала меня его встречать, потому что он был до этого у меня дома один раз и сильно пьяным, дороги не запомнил, естественно. А в сопровождающие дала Кима, поскольку он ныл, что хочет погулять.
Конечная маршрутки, что шла от Киевского вокзала к нам, располагалась напротив АЗС. Я туда дошел и стал ждать. А чтобы мне было нескучно ждать, я взял бутылку пива, а Киму - чипсы. Ким хрустел чипсами и деловито бегал туда и сюда, а я тянул пиво, смолил сигарету и пялился на проходящих девчонок. Проехало две маршрутки уже, пиво я выпил, а Костика все не было. Я ему позвонил, а оказывается он только-только поехал на маршрутке от Киевского. А первый раз позвонил мне, когда в очередь встал. Ладно, думаю, я еще пиво попью. Взял еще одну бутылочку, продолжаю пить пиво, курить и зыриться на девчонок мимоходящих. Ким схавал все чипсы и стал бегать кругом, я ему еще пончики купил. Когда пиво было выпито, из подъехавшей маршрутки вылезли Костик с Лизой. Ким бросился к Костику, а Костик его подхватил на руки и высоко поднял. Ким завизжал от восторга и сказал: хочу на шею! И Костик посадил его к себе на шею. Так мы пошли ко мне домой.
Дома Наташа радостно приветствовала Костика и Лизу. Костик - он добрый и открытый, из достаточно обеспеченной семьи, но простым пацаном был. Без всяких лишних понтов. Лиза - молчаливая и себе на уме. Костик, кстати, подозревал в ней еврейку и все меня выспрашивал, как это можно определить. В том году он еще не решил жениться на ней, и его вопрос ее происхождения очень интересовал. А Наташе нравились открытые люди, и она не любила тех, кто себе на уме. С Костиком мы сдружились недаром. Между нами было нечто общее.
Ким рассказал ей, что Костик нес его на шее. Наташа заворчала и стала говорить Костику, что не надо лишний раз баловать ребенка, он, дескать, и без того избалованный сверх меры. Тут Юрка с Юлей маленькой подъехали, причем Юрка был уже пьяным. И первым делом прикапался к Костику - Костя, да ты бандит такой! А телка твоя просто прелесть! И тут же полез целовать Лизу в щечку, а ту всю передернуло. Юля маленькая при этом бровью не повела, она была какой-то сонной. Они там сидели, пиздели, а тут мой друг подошел. Который по зеленой теме. Тот хотел у меня стакан взять.
Мы оставили Костика с Лизой и женщинами в большой комнате, а все планокуры уединились в маленькой комнате. Увидев стакан, друган мой захлопал глазами немного. Столько травы в шишках до этого он не видел никогда, как сказал мне спустя пару лет. Стакан привез Стас, друг мой с ним расплатился. И мы все попросили его раскурить нас. Тут же забили косяк. Я высунулся в большую комнату и предложил Костику и Лизе дунуть анашу. Лиза сразу сделала круглые испуганные глаза, а Костик отрицательно затряс головой. Не хотят - так нам больше достанется. Пошел к своим. Мы вышли на балкон и дунули на два пыха каждому. Потом Юрка присел на корточки пред моим друганом, растопырил пальцы веером и начал свое своим низким удолбанным голосом: я - наркоша; да я конченный наркоша! А другана начинало впирать, он зырился на Юрку, на меня, на довольного Стаса, на хохочущего Димку, на хихикающего Дениса, на меня прущегося, на уже пьяную Наташку, засунувшую голову в маленькую комнату с вопросом: чего, пацаны, нашмалились уже? Наташа на другой день высказала предположение, что при этом у него в голове вертелся вопрос: а собственно говоря, куда я попал? Мне кажется, такой вопрос возникал у всех интернетчиков, когда они оказывались на гулянках моей новой родни. Он несомненно вертелся в голове и всех моих однокурсников, приглашенных на мою свадьбу. А хули! Надо расширять сознание! И расширять - так расширять!
Потом мы заняли места за столом. Наташка села слева от меня, как на свадьбе, а Костик и Лиза - справа. Смуглые гости с узкими глазами все прибывали и прибывали. Народу стало много. Наташа была одета в красную кофточку в глубоким вырезом и сиреневую юбку с белыми крупными цветочками. С каждой рюмкой она пьянела (и я бы сказал - и еще зверела) все больше и больше. Честно говоря, алкоголь девушек не украшает вообще (в отличие от наркоты), а у Наташи он просто подчеркивал ее несостоявшееся мужское начало. Набухавшись, Наташа не заигрывала, хотя бы и грубо с мужиками, не трепалась с девчонками о девичьем. Она начинала либо танцевать одна, но это на дискотеке или в кабаке. А в компании дома она начинала травить похабные анекдоты, курить и ржать с пацанами, грубо пресекая всякие попытки за ней приударить. На этот раз она прикапалась к Костику и Лизе.
А Костик подобно мне не умел пить. То есть, для меня посиделки под алкоголь не существовали и не существуют. Я пью не для того, чтобы о чем-то пиздеть и ржать в компании, я пью с конкретной целью - напиться, чтобы бошку снесло. Какую цель ставит Костик - кто знает. Только Наташка пила то с ним, то с Лизой на брудершафт. И скоро Костик начал гнать трехэтажные матюки, вспоминаю ту учительницу, что нам зачет по СНС не поставила, то рассказывать похабнейшие анекдоты Я таких нигде, кроме как от него, и не слышал. Наташка для оживления застолья врубила караоке и предложила мне спеть. Костик тоже полез. И мы, периодически вырывая микрофон друг у друга, тщательно выводили: «я так решетки невзлюбил, что как-то вечером свалил, с дружком по шконке, было весело вдвоем нам». А гости нам бурно аплодировали. Юрка стал ныть, что надо еще дунуть после песни, Димка и Стас его бурно поддержали, я вцепился в Костика. Мол, дунь с нами, чего боишься?! Мой институтский друг не на шутку испугался. Стал ныть, что он не употребляет, что тут его девушка, а Наташка говорит: а хочешь, я твою девушку винтом вмажу? Костик сказал: Лиз, я ж тебе говорил, что здесь будут предлагать наркотики? Да, сказала Лиза. Но мы наркотикам скажем нет. Да ну вас в пизду лошадиную, сказал им Юрка в ответ. Лёнька, пошли план курить.
На этот раз косяк забил Юрка из своего плана. В маленькой комнате, а в большой шло веселье. Наташка врубила свой музыкальный центр на полную громкость. А все планокуры вышли на балкон и по новой дунули косяк паровозиком. Когда вернулись, уже еле могли идти. Сильно штормило. Лиза на нас зырилась, а Костик был никакой. Он перепил и снова закурил сигарету. Хотя трезвым и не курил никогда. А Лиза чего-то стремалась. По ней было видно, что она чувствует себя не в своей тарелке. Наташка же залезла на наше супружеское ложе и весело там отплясывала под музыку любимой всеми присутствующими молодыми корейцами группы «Руки вверх». Костик пялился на нее и заладил: ну, у тебя такая жена, такая жена. А Лиза смотрела на меня с большим интересом. Вы марихуану курили там? - спросила она с таким же большим интересом. Да, - ответил я. Только из себя целочку строить не надо. Костя - хороший пацан. И он достоин девушки, которая будет шмалиться, занюхивать, закидываться, ширяться. И бухать тоже. И дачки носить, - влезла Наташка. Ты, Лиза, своего парня не обижай! И она обняла Лизу. Та с тех пор на стуле сидела все неувереннее и неувереннее. А Костик надирался водярой все больше и больше. На какое-то время его зарубило, а Лиза растерялась просто. Видно было, что ей очень неуютно.
Тем временем стали подгребать представители старшего поколения. Тетя Ангелина, теща, мадабай, мэдаме и прочее. И тут я, конечно, не скажу за весь Узбекистан, но что видел, то видел. И думаю, что это повсеместно. Там как было принято? Девушки при старших не курят, крепких напитков не пьют, ведут себя тихо. А старшее поколение понимает, что дочери на день рождения ее охота позажигать. Поэтому они долго не сидят за одним столом с молодыми, появляются на час-полтора, а потом исчезают, оставляя молодежь зажигать и веселиться. Естественно, все притихли, а друган мой зеленый вообще предпочел отбыть, благо свое он получил. Но Костик-то набухался основательно! И поэтому встретил мою тещу вообщем-то неплохой песней. Проснулся и затянул во весь голос: «Споем, жиган, нам не гулять на воле...» Мадабай с мэдаме вылупились на него. Сначала Лиза вообще не знала, чего делать, а потом попыталась его тормошить за воротник. Напрасно. Пьяный Костик ее обнял и продолжал тщательно выводил довольно резким голосом: «как хочется на волю, побыть на воле хоть несколько минут, забыть колонию, забыть ее законы, и на тебя, моя пацаночка, взглянуть!» И стал Лизу целовать. Лиза схватилась за голову, а Тамара Алексеевна прокомментировала так: «У! Да это ж алкаш и уголовник, а еще вместе с зятем учится! Сыновья там директоров, профессоров, они все такие!» Лиза схватила Костика за плечи и стала трясти, как могла. Тогда только он притих. Лиза стала звать его ехать домой, но он послал ее на три веселые буквы. Потом он мне рассказывал, что будто Лиза хотела сразу же развернутся и уехать. Ее только остановило якобы, что она оставит своего парня пьяного в руках наркоторговцев и наркоманов. Прямо на растерзание им.
Все новоприбывшие спрашивали меня про маманю, а мы говорили, что она пошла на концерт. Пожилые корейцы качали головой, высказывали надежду, что как-нибудь с ней посидят за одним столом. И отмечали, что и на свадьбе ей ничего не нравилось с самого начала. Это было всем видно. Они не были тупыми, понимали все. Поднимали бокалы с шампанским, желали нам счастья с Наташкой. Желали родить нам метиса под конец попросили меня сказать тост. Я сложил тост в голове. Поднял бокал с шампанским и сказал: Наташа милая! Я поздравляю тебя с днем рождения, желаю тебе всего самого хорошего. А самое главное - чтобы нам с тобой жить вместе очень долго и умереть в один день! И чтоб Киму сестричку родила! Мы выпили и тут встал Юрка. Как начал: Лёнька, да ты бандит, ты хорошо сказал, сволочь! И снова споткнулся и рухнул на пол носом. Юлька всплеснула руками. Юрка опять перебрал, сказал Стас. Старшее поколение решило отбыть, видя, что молодежь подгуляла основательно. Вместе с ними отбыл Колька, оставив нам Люду маленькую, и Любка, вызвавшаяся отвозить Юрку. Явно с намерением потрахаться с ним. Мэдаме и Кима увезла, потому что Наташка потом в ночной клуб идти собиралась за продолжением банкета. А нас осталось: молодожены, корейский молодняк с Юлей маленькой плюс Борька с Аликом, представлявшие у нас солнечный Азербайджан, и Костик с Лизой. Костику уже было очень хорошо, а вот Лизе не очень. Особенно после того, как уже основательно бухой Борька подошел к ней и, тыкнув пальцем в руку левую характерным жестом, спросил заплетающимся языком: дэвушка, джерань будешь по жилам? Но Лиза уже не хотела ничего. Ей домой хотелось.
А тут Стас мне говорит: Лёнька, теперь твой черед косяк забивать. А я чего? Забил, вышли всем колхозом на лестничную площадку, подорвали, дунули. Тут лифт приезжает. Соседская старшая дочь (в свое время ей писали пацаны на стенах «Надя + ЛСД= наркоманка) и ее кавалер из Грозного чеченец Магомед. Этот Магомед как носом закрутит, как зенки свои на нас вылупит. Надька же вида не подала. А мы стоим так, план дуем, бровью не ведем. Будто так и надо. Ну, покрутил он носом да и пошел за своей любимой. А мы чего, его раскуривать обязаны, что ли? Ни хуя, перетопчется.
Заходим домой, нас капитально от земли унесло. А девчонки поставили очередную поллитровку на стол. Сами бухают и Костика накачивают, игнорируя слезные мольбы Лизы. Что ей еще его до дома довезти надо будет. Наташка скачет, подарки свои в матушкину комнату заносит. И гонит, что мы анашой всю квартиру прокурили, вот свекруха придет с концерта - она нам покажет. А к Лизе каждая девушка подходит со стопкой - выпей, чего из себя целочку строишь, ведь давно все поломано. Только меня увидела Лиза, сразу ко мне рванулась: Лёня, мне ж надо Костю домой к нему отвезти, а мне все выпить предлагают и так упрашивают. А я ее спросил: а ты по жилам хочешь двинуться, наверное? Ты зря травку не куришь. Лиза тут совсем сникла. И за полчаса приняла два раза по сто грамм.
А потом мы стали убираться, ну, чтоб комнату к возвращению мамани подготовить. Вроде убрали все нормально. И тут Наташа мне говорит, что день рождения у нее получился классный просто, но она хотела бы завершить его в ночном клубе «Сова». Там, мол, недорого. Сотку с пацанов, а девчонкам вход бесплатный. Милый, давай сходим, день рождения раз в году. А чего, верно ведь! Да и никогда до этого я в ночные клубы не ходил. Отчего бы не сходить в ночной клуб с молодой женой, посмотреть, как там и что. Так я и сказал Наташке. А она мне говорит: чтобы там тебе веселее было, забей косяк. Со Стасиком дунете. Только сказала - прибежала Алёна. Оксану вырвало. В конце мая у Оксаны появились ранние признаки беременности
И вот, Денис с Оксаной поехали домой. А вот я с Наташкой, Стас, Димка с Алёной, пухленькая Светка, Юля маленькая, Люда маленькая и Надира - мы все в ночной клуб собирались. Предложили было и Костику с Лизой, но Костик - пиздец. Зарубило его. А Лиза сказала, что у нее в голове одна мысль - отвезти Костика домой к нему. Наташка спросила ее, почему бы ей не отвезти Костика к себе домой, а Лиза ей ответила, что ее мама не разрешает ей спать с парнями на третьем курсе. И чего? Вышли, три тачки пришлось тормозить. Первую - для Костика с Лизой, чтоб по назначению их отвезли. К черту на кулички, где в пространной Москве жил Костик, а Лизе потом надо было пиздовать на другой конец Москвы. Диаметрально противоположный. А потом еще две тачки тормознули. Чтобы веселой компании ехать в ночной клуб «Сова», располагавшийся в полуподвале кинотеатра на улице Миклухо-Маклая.
Тогда я первый раз был в ночном клубе. Вроде, они появились в Москве в 1994 году. Появилось слово - «клубиться», то есть, развлекаться всю ночь в ночном клубе. Другой вопрос - а как развлекаться? Родню жены в данном случае в клуб тот привлекала дешевизна мнимая (вход стоил сотку для пацанов, а девушкам был бесплатный) и стриптиз (для Узбекистана верх разврата - чтобы девушка публично разделась). А мне было просто любопытно узнать, что такое ночной клуб. Ведь по представлением, впитанным от мамани, из литературы, из кино, это было место, где прожигают жизнь, где властвует порок, где собираются разные бобры, бандюки и проститутки. Куда девушки приходят искать себе парня на ночь. Где просаживают массу денег. Ночной клуб, кабаре, стриптиз. Верх разврата, верх падению. Рок, секс, наркотики. Мафия. А как оно на самом деле.
Вылезли из тачки, пошли в кинотеатр «Витязь». Ночной клуб «Сова» находился в его полуподвале, а гардероб и дальняк его - на уровне первого этажа. Приходим в кассу. Сонная тетя пробивает чек на кассовом аппарате. Вертухай ляпает всем входящим по этому чеку на руку печать, светящуюся в темноте под ультрафиолетом. Спускаемся вниз, занимаем столик всей нашей компанией. Кто-то танцует, кто-то сидит за такими же столиками. Есть пары, есть группки. Есть парни, есть девчонки. И начинаешь понимать, что все это лажа. Ночной клуб - это не место сбора полукриминальных и откровенно криминальных элементов. И не место оргии толстосумов. Сюда собираются простые москвичи из разных социальных слоев. Выше среднего, среднего и отчасти ниже среднего. У кого сколько бабла. Кто-то скурит косяк в уборной, кто-то занюхает дорожку, быть может, кто-то и двинется, кто валонет девчонку, кого-то профессионалка, может, и заарканит, но в целом здесь все прилично до тошноты. Обдолбанные девчонки не подходят к столикам со словами: мужчина, переспать не желаете?. Не подходят и барыги со словами: э, пацан, есть зеленка, гаш, герыч, кокос, амфик, ешки. Заторчать хочешь? Нет и пацанов в татуировках с растопыренными пальцами и золотыми пудовыми цепями: слыш, ты, да я вас всех урою, я тут всем покажу! Никто не заказывает здесь очередное убийство, не договаривается об очередном деле. Хоть навалом девушек с глубоким декольте и обнаженными плечами и спиной (для мамани это было верхом безвкусицы, а у кореянок в Москве - очень даже модным), а хрен дадут первому встречному. Кругом - обычное московское офисное племя. А кружка пива стоит сотку. Вывод один - дорого и неинтересно. Укуриться на своей кухни, а потом сварить чифирок гораздо веселее, чем выкладывать сотки здесь. Так думал я, смоля «кэптэн блэк» и потягивая светлое пиво за сотку. А Наташка полезла танцевать под музыку, махнув сто грамм. И чего называется ночным клубом, думал я дальше. Кабак и кабак. Так и вузы средней паршивости у нас стали называть академиями и университетами, техникумы и ПТУ - лицеями, а школы - гимназиями. Разводят лохов на упаковку. Как бы не умел кто шустрить, а офисное племя по жизни лохи. И всегда с надеждой выиграть садится играть в такую азартную игру, которая с заведомым проигрышем по теории игр. Но такие игры садятся играть только лохи. Все равно выигрыш достается банкомету, крупье, казино.
Наташка плюхнулась рядом со мной на стул. Она была пьяная сильно. И спросила: как тебе здесь, Леонидушка? Давай, я стриптиз посмотрю и пойдем. А ты со Стасиком сходи в туалет да еще там дунь сейчас. Веселее будет. А где Стасик? - спросил я. И попросил взять мне еще пива. Наташа заказала пива и сто грамм себе и мне. И коктейль Юле маленькой, примостившейся за нашим столом. Корейский молодняк весело плясал. Стасик тебя в дальняке ждет, - пояснила Наташа. А Димка? Он обойдется, отрезала жена. Опрокинула сто грамм принесенные и пошла отплясывать дальше. Я поднялся в туалет. Поднимаясь, думал о том, что туфта все это. Что про ночные клубы гонят. Это вполне приличное место. И потому беспонтовое. Для обычного московского люда. Для офисных барышень и студенток. Дури здесь не замутить, девчонку не снять, только денежки выложить неизвестно за что. И самое смешное - выложить не так уж и много. Вполне доступно для нас. Вот развлечения так называемого нарождающегося среднего класса. Офисного племени зажравшейся Москвы. Не проституток, не мафиози, не богемы, а вполне среднестатистических представителей московского населения. Мифы - одно, а жизнь - совсем другое.
Где туалет? - спросил я у вертухая. Направо, любезный, - ответил он. Я пошел туда. Стас ждал меня там. Мы закрылись в кабинке, покурили простые сигареты, потом подорвали косяк и курили его на два пыха, причем я заходился от кашля. Как обычно. Потом покурили простые сигареты и пошли вниз. Вертухаи посмотрели штампы на наших руках, слова не сказали, пропустили, хотя шли мы не очень твердо. Плюхнулись за столик наш, с трудом его найдя. И стали тянуть пиво. На приходе я сидел и думал. Что правильно делал, что не шлялся по клубам ночным. Ни одна девка мне тут на член не заскочит, профессионалок не видно. Здесь вовсе не прожигают жизнь, здесь ее тихо проживают. Вполне по режиму. А жизнь - говно, сера и нудна. Ее надо чем стимулировать, расцвечивать. А лучше - зеленкой и отвязными девками. Пьяная жена с лесбийскими склонностями вполне подходила для этого. А вот Лиза у Костика - нет. Лиза - прирожденная матрона, думал я. Не осчастливит она Костика. Ему бы Алёнку, плясавшую стриптиз на столе у нас на свадьбе. Или хотя бы Олесю шинскую. Его Ленка была лучше.
Наташа, Алёна подходили и снова исчезали. Я поднял голову и позырил по сторонам. Они весело отплясывали. Им было весело и хорошо, а я за них радовался. Достал сигарету «кэптен блэк» и закурил. Молодой человек, а что Вы курите? - спросила девушка за соседним столиком. Я вылупился на нее. Там сидело три девушки, по виду - старшекурсницы. Спросили - а хрен дали бы. Это по базару мамани только девушка, заговорив с незнакомым мужчиной, лезет ему на член. Увы, не лезут! Это «кэптен блэк», ответил я. Мне запах понравился, может, угостите? - попросила она. Я молча дал ей сигарету. Девушка затянулась. Сделав две затяжки, она сказала: класс! Вы всегда такие сигареты курите? Да нет, они дороговаты, ответил я. Мне они нравятся, но я курю, что придется. Девушки засмеялись. И беломор тоже? - спросила другая девушка, рыженькая. А то! - сказал я. Беломор - это ж самые такие лучшие папиросы. Потому как их забить проще всего. Да и чего я только не курил. Я и героин курил. Девчонки засмеялись. А та, которая обратилась ко мне, спросила: а вот эта китайская девушка, что сюда все время подходит, она - Ваша подруга или просто знакомая? Это жена моя, ответил я. Только она не китаянка, а кореянка. Из Узбекистана. Девчонки переглянулись и засмеялись.
А тут Наташа подходит к их столику. Смотрит так на них, мотая головой и говорит: А знаете, девушки, что я вам скажу? Они притихли, переглядываются так. А Наташа помотала головой еще немного и с понтом говорит: свои сигареты иметь надо, ясно?! И не хуй стрелять сигареты у чужого мужа! Я таких пиздорванок терпеть не могу! Девчонки те сразу скисли. А Наташа плюхнулась на стул рядом со мной, заказала себе еще сто грамм, тянула пиво, опрокинула водяры. И все рассуждала громогласно, какие наглые девки в Москве. Вот сидит мужик нормально, кайфует, никого не трогает, смотрит, как танцует его жена молодая на свои именины. Так нет, надо у него сигареты стрелять, заигрывать. Ах, стовосьмые галимые!
Прошло немного времени, а может - и много. Чувство времени было мною давно утеряно. Началось это эротическое шоу, сиречь стриптиз. Там такая сцена была полукруглая с шестами. Выбежала туда пара девчонок. Под музыку ногами чего-то выделывали, крутились у шестов и скидывали с себя одежду. Весь корейский молодняк рванулся к сцене. Так и московская публика в большинстве своем рванулась туда. Зенки вылупили, будто голого женского тела никогда не видели, или как девчонка раздевается. Будто в первый раз. А я остался за столом один с Юлей маленькой. Она также сонно (вот по жизни она какая-то сонная и пассивная!) смотрит на кружку пива. Я спросил ее просто так: Юля, а чего ты не пошла с Наташкой смотреть это шоу? Юля мне спокойно отвечает: да устала я, посидеть хочется. А как девки раздеваются у шеста - меня не прикалывает. Неинтересно на это смотреть. Я и в кабаках и в саунах была, все это видела не раз. Чего тут интересного?!
Я про себя думаю: ни фига себе! Это малышка в одно со мной думает. А она меня спрашивает: а вот ты сам почему не пошел? Я ей говорю: да тоже не прикалывает. Раньше я думал, что стриптиз - это какой-то запредельный разврат, равно как и ночные клубы. А оказывается, это просто скучно. И без какого-либо разврата. Что я, сисек и писек что ли не видел никогда? Или как девчонка раздевается? Это разве для молодняка голодного или подрочить, так вроде как-то при всех дрочить не будешь. А Юля говорит: ну, и я сисек, хуев, раздевания тоже перевидала выше крыши. Не прикалывает - и все! Я ей говорю: я и порнуху смотреть не люблю. Какой это интерес - как засовывают. Да, интересно посмотреть фильм с хорошим сюжетом. Как парень с девчонкой познакомился, как уговорил ее, там соблазнил. С реалистической сценой, как он ее раздел, завалил, отымел, что дальше между ними было. Это - мягкая эротика, - сказала Юля. Мягкую эротику я тоже люблю. А порно - нет. Мы пили пиво и курили. О чем думала Юля маленькая - я не знаю. А я думал о том, что большинство людей имеют дело с иллюзиями и суррогатами. Суррогатом секса, суррогатом общения, суррогатом веселья, суррогатом порока. Мир наш - всего лишь универсальное не то. Думаешь увидеть порок - а вместо порока получаешь скуку; хочешь видеть разврат и красоту разврата - а видишь эротическое шоу, от которого не встает и слюни не текут. Все это обман. Такая же лажа, как и в случае, когда евангельские слова «Возьми крест свой и иди за мною» трактуют как: ходи к обедне и слушай батюшку. Или когда вместо служителей Сатаны встречаешь шизанутых, но вполне добропорядочных девиц. Как прав был Ницше, когда писал, что не грехи людей вопиют к небу, а их скаредность, мелочность в их же собственных грехах вопиет к небу! Пожалуй, самыми недобропорядочными были мы здесь именно мы.
А потом Наташка устала, это шоу до конца досматривать не стала. Мы засобирались по домам. Пошли в дальняк слить, потом взяли в гардеробе вещи и направились домой. Ради экономии остановили одну тачку. И набились туда. Девчонки там сидели на коленях у парней. Точно не помню, но вроде нас в одной тачке восемь человек ехало, не считая водилы. Наташка - у меня на коленях, а Юля маленькая - на коленях у Стаса. Пухленькая Светка и Маринка с Галкой остались в этом ночном клубе. Домой мы добрались около трех ночи.
Вот тут и началась война мамани и Наташи по полной программе. Пока мы гуляли в этом ночном клубе, маманя вернулась домой. И Все подарки, которые получила Наташа, вытащила в нашу комнату. Наташа на нее надулась капитально. И сказала мне, что свекровка просто показывает свое отношение к ней. И что завтра она позовет Стаса и передвинет мебель. Она хотела оборудовать нашу комнату, которую называла залой. Вытащить сюда сервант, переставить телевизор, передвинуть книжные шкафы в матушкину комнату. Зачем это было нужно Наташе - я не знаю. Естественно, что встретил это без особого энтузиазма. Ведь была пятница уже, первого июня, а в понедельник мне надо было сдавать экзамен по управленческому учету. Я указал на это Наташе, но она стояла на своем. Она хочет переставить по своему, неужели она не может оборудовать нашу комнату так, как она хочет?
Ну, приехал Стас, перегружали книги, перетаскивали мебель. Маманя пришла - новый скандал. Как она посмела переставить мебель, не спросив ее разрешения?! Наташа раскричалась тоже. А что, она права не имеет оборудовать комнату, в которой живет с мужем так, как хочет?! А зачем подарки ее выбросила. Маманя доказывала, что просто вынесла подарки, чтобы Наташа не пошла за ними в ее комнату и не разбудила ее. А Наташа вынесла книжные шкафы, потому что ей не нужны книги. И вообще она плюет на нас, делает здесь что хочет, водит массу народа. И пошло-поехало, понеслась пизда по кочкам! Так открылся сезон летних скандалов мамани с Наташей. Причем маманя была свято убеждена, что действует в моих интересах. Чтобы мне было хорошо. Вот тогда до меня стало доходить впервые. Что желая мне блага, маманя приносила не раз мне реальное зло. Пока они наворачивали друг в друга губы, я пошел на балкон, забил косяк и укурился в слякоть. Самое смешное, что маманя этого не заметила. Я закрывался кайфом от семейных скандалов.
А потом уже ночью, после того, как мы с Наташей встретили субботу, я на кухне укурился снова. Сначала я курил, пуская сладковатый дымок в окно. Потом сел на стул и начал погружаться в приход. Вначале у меня на приходе было чувство, что я влип в какую-то очень скверную историю. Тогда я думал, что влип-то я в натуре, женившись. Маманя явно недовольна моим браком, недовольно Наташей, требует от нее полного послушания. А Наташа к этому не привыкла. Чтобы ею командовали. И чего делать? Куда деваться? Выхода не было. Кроме этой квартиры, мне Наташе предложить было решительно нечего. А квартира с маманей ей скоро обрыднет. Так я думал. Неожиданно маманя вылезла на кухню, стала ныть, что не хочет она с нами ругаться, что надо жить дружно. Поныв, посмотрела на меня и очень удивилась: Лёнечка, на тебе прямо лица нет! Такой расстроенный? Кто тебя так огорчил? Неужели я? Жизнь - говно! - вяло сказал я. Ладно, Лёня, не все так мрачно, сказала маманя и свалила спать.
Днем я гулял с Кимом и готовился к экзаменам. Пожалуй, это была самая тяжелая сессия. Не потому, что предметы были особо сложными, или что было пять экзаменов. Просто тяжело было от того, что она проходила под жуткие скандалы дома. Причем маманя в первую очередь орала на меня за жену. Ее бесило, что я всегда на стороне Наташи. И что я ничего ей не говорю за маманю. Как маманя не понимала, что переделывать девушку, которая с тобой спит и которая тебя же успокаивает после ее ора, а самое главное - не кричит на тебя и не унижает; мне вовсе не хотелось. Да и темперамент не тот, чтобы кого-то переделывать. А мне надо было готовиться к экзаменам, заниматься этой турфирмой, да еще процесс в Арбитраже. Учиться мне нравилось, учеба у меня шла, но учиться, когда дома на тебя орут неизвестно за что, сил просто не было. Я готовился из последних сил. Как маманя не понимала, что она просто подкашивала меня. У меня было такое чувство, будто из меня ушла вся энергия.
Первый экзамен был в понедельник. И не с утра, а почему-то в два часа. В весеннем семестре лекции по управленческому учета читала Лукьяненко, а вот семинары вела некая молодая симпатичная преподавательница по имени Катя. Она была девушкой моего типа. Невысокая, черненькая, в очках и с очень красивым носом. Мне что Лукьяненко, что ее трахнуть хотелось. Экзамен принимала она. Это было хорошо, потому что она была спокойной и непротивной, ничем нам на экзамене не грозила. Хотя выяснилось, что хуже не тот препод, который грозит устроить на экзамене всем веселую жизнь, а такой тихоня, который не грозит ничем. Экзамен-то я сдал, она просила зайти чрез два часа. То есть, к шести. Я погулял вместе со своим другом-нигерийцем, предложил ему купить стакан шишек. Тот согласился. Рассказывал, как нюхал героин в каком-то ночном клубе, а после этого долго блевал в окно. Я спрашивал его о жизни в Нигерии, он мне рассказывал. Судя по его рассказам, жизнь в Нигерии была вполне нормальной, хотя и непростой. А где она простая? Негр Витя, как его звали на потоке, был из нигерийского среднего класса. Выучившихся в Советском Союзе. И в Нигерию возвращаться не собирался. Хотел жить в Швеции, или в Англии. Или в России. Работал он тогда на Черкизовском рынке у какого-то китайца, державшего мясную лавку, грузчиком и рубщиком мяса.
Побазарили, попили пива. Пошли узнавать результат. Пришли, а там наша группа кипешует. Почти у всех тройки. Но не в зачетках, а она говорит просто, что тройка. Подхожу я, а там красавица наша узкоглазая Танечка Ли ноет. Она шла на диплом с отличием, а эта тихая очкарочка влепила ей тройбан. Эта деловая колбаса плачет. Очкарочка ей задает вопросы, та отвечает. Училка ей так ехидно говорит, что может повысить только на четверку, а той пятерки хочется. Так она, блин, минут двадцать ныла и отвечала на вопросы. Пока отлично не выклянчила себе. На старших курсах эта кореянка, которую жена моя считала нужным аннулировать, училась неплохо. Как она сдала сам экзамен - я не знаю. Но вот эту пятерку она просто выплакала и выклянчила. Я отвечаю!
Наконец Танечка отвалила, подошел я. Очкарочка Катя говорит мне: у Вас тройка. Я про себя думаю: ну и ладно. А ее спрашиваю: можно взять зачетку? Она так удивленно на меня посмотрела и говорит: я еще ничего не поставила. А разве Вы не хотите повысить оценку? Мне хотелось травку дунуть, а не оценку повысить. Тройка - оценка положительная, экзамен сдан, красный диплом мне все равно не светит, чего тут рыпаться? Да ладно, сказал я. Тройка так тройка. Завтра у меня суд, я домой хочу к жене молодой. Катя взяла мою зачетку, полистала ее. Хмыкнула. У Вас же пятерки были по финансовому учету! И Лукьяненко Вам четверку поставила. Может, все-таки хоть на один вопрос ответите? Спросите, я попробую, сказал я. Знаете, финансовый учет я всегда хорошо понимал. А в управленческом учете что-то не шарю. Я вообще не понимаю, зачем он нужен. Катя задала мне вопрос о нормативной базе по себестоимости. Я ей спокойно и нудно стал отвечать. Она меня недослушала и поставила четверку. Отдала зачетку со словами: идите к жене. И вдруг спросила: а Ваша жена с какого факультета? Она с рынка, а не с факультета, сказал я. Чимчи торговала. Красивая Катя подняла глаза и смотрела на меня с изумлением сквозь свои очки. А что такое чимчи, спросила она. Корейские салаты, ответил я. Там моркоча, сати, соевый гуляш, баклажаны. Не видели никогда. Катя улыбнулась и покачала головой. И молча поставила четверку в ведомости моему другу из Нигерии. От нытья девушек, идущих на красный диплом она явно устала. И больше ей слушать студентов явно не хотелось. Как препод она была очень даже приемлема. Но вот зачем ей понадобилось играть в такие игры с оценками - я так и не понял. Домой добрался уже навеселе. Пивом набрался основательно.
На другой день должно было состоятся заседание в московском Арбитраже по поводу моей жалобы на действия налоговой инспекции. Для него мне был необходим Алик. Я объяснил это жене, та обещала, что его найдут. И действительно, Стас к пятому разыскал Алика, взял его за жабры и привез ко мне. А потом мы вместе поехали в Арбитраж. Стас как бы конвоировал Алика. Тот шел очень мрачным. Самому Алику выступать свидетелем вовсе не хотелось. И не потому, что у него не было паспорта (вместо паспорта у него был военный билет). Идти в суд он откровенно боялся. И это свойственно не только рыночным ларечникам, но и офисному племени. Можно сказать, родовая черта всего народа. Мне и мои однокурсники и знакомые упорно доказывали, что с налоговой инспекцией не судятся. Мол, они очень неохотно признают свои ошибки, потом постараются отомстить. Да и суды у нас плохие, подашь иск - сам же окажешься виноватым в итоге. Не судятся с налоговой, не судятся с фирмами. А я судился. С банками, с самим государством в лице Центробанка. Я без боязни шел с суд. Чего мне боятся, если есть нормативно-правовые акты. Надо просто доказать и убедить суд, что надо применить такую-то норму права. Да, это потеря времени, но почему бы не заняться этим? Время пройдет так и так, а судебный процесс как-то разукрасит вообщем-то серую жизнь. Я всегда верил в правосудие, вернее, доверял ему. Судебные повестки и письма со штампом прокуратуры меня не напрягали. Я - честный торчок, свою статью знаю. И знаю, как можно применять нормы права. Отчего бы этим не воспользоваться? Зачем платить штраф, если его можно попытаться обжаловать в арбитражном суде?
Доведя Алика до здания московского Арбитража, Стас поехал по своим делам, а мы зашли во внутрь, предъявили ксивы и поднялись к знакомому мне уже залу. Строго по часам девушка в судейской мантии нас пригласила в зал суда. Состав суда был тот же. Те же молодые симпатичные девчонки. Которая нас позвала, спросила - свидетель явился? Я сказал, что свидетель здесь. Тогда Алика попросили подождать в коридоре. Началось судебное слушание. Как обычно, проверили полномочия (налоговую инспекцию представлял другой пацан, сонный и спокойный), объявили состав суда, спросили понятны ли нам наши процессуальные права и обязанности, есть ли ходатайства. Ходатайств не было. И начали выслушивать объяснения сторон. Моя позиция была такова. Я знал, что на налоговый учет нужно встать в течении десяти дней с дня регистрации. Однако до получения свидетельства о государственной регистрацией ПБОЮЛ я был вынужден по личным обстоятельствам выехать за пределы Российской Федерации в Узбекистан. А приехал уже по истечении этого срока. Паспорт свой я оставить не мог, так как этот документ, удостоверяющий личность был мне необходим при пересечении границы. Я сделал по установленной законом форме доверенность у нотариуса. Чтобы мой компаньон мог получить эти документы, встать на налоговый учет. Однако ИМНС отказалось ставить меня на налоговый учет по доверенности, оформленной надлежащим образом. Налоговая санкция применяется при наличии вины налогоплательщика. Я сделал все возможное, поэтому считаю, что моей вины нет, раз сотрудники ИМНС отказались ставить меня на учет без моего паспорта. Виновных действий с моей стороны нет, поэтому штраф я платить не должен.
Представитель ответчика начал говорить, что с меня штраф взыскать надо. Потому что по инструкции МНС ставят на налоговый учет только при наличии данных, которые можно узнать из паспорта налогоплательщика. Где это прописано в Налоговом кодексе? - ехидно спросила его председательствующая девчонка. Это наша ведомственная инструкция,- ответил пацан. А Вы знаете, что федеральные законы и кодексы имеют правовой приоритет над ведомственными инструкциями? - спросила его та же девчонка. Но мы же должны следовать инструкциям вышестоящей организации, - начал выступать пацан. А зря. Девушка в судейской мантии ехидно усмехнулась снова. Акт о налоговом правонарушении по этой форме составляется только при камеральной проверке именно по инструкциям вашей вышестоящей организации. Камеральная проверка имело место? Нет, - ответил пацан. Понимаете, там сотрудница молодая, еще неопытная. Суд понимает одно: акт о налоговом правонарушении оформлен ненадлежащим образом, - ответствовала ему девушка в мантии. И добавила: все, слушаем свидетеля. Пацан тот вякать стал, что человек может ошибаться, а та девчонка его резко оборвала. Обсуждайте это у себя в курилке, а не пред судом.
Пригласили Алика. Сначала устанавливали его личность и записывали в протокол. Девчонки были молодые и еле сдерживали смех над его полным азербайджанским ФИО. Это надо же - Маил -оглы. Молодые девушки в мантиях - все одно девушки. Ну, посмотрели его военный билет, задали вопросы о личности. Сказали, что он должен говорить только правду. И Алик рассказал правду. Он в налоговую инспекцию пришел 6 февраля. Поздно, закрывалось уже. Он узнал время и пришел на следующий день 7 февраля. А ему девушка сказала, что без моего паспорта меня на учет не поставят. Мол, приходите с его паспортом. А без его паспорта приходить не надо. Вот Алик и ждал меня. Когда я вернулся, взял паспорт мой, поставил на учет. Та же девушка ему сказала, что надо штраф платить незначительный, а штраф оказался пять тысяч. Девчонки в мантиях стали снова выпытывать у представителя ИМНС. Что он может сказать относительно показаний свидетеля. Тот начал какую-то хуйню гнать. Мол, он точно не знает, но слышал, что этот айзер (девчонки в судейских мантиях попросили его тут говорить поадекватнее) действительно несколько раз приходил в ИМНС, но когда - это он не знает. Это еще та налоговая с такими представителями, прокомментировала председательствующая. Вы признаете факт, что доверенное лицо к вам обращалось в установленный законом срок или нет? Да, обращался, начал пацан, да, говорил, что его шеф в отъезде, но... Все, переходим к прениям, оборвала его председательствующая девчонка.
Я на прениях все повторил. Мол, я сделал все, что мог сделать ситуации, что ИМНС мой паспорт запросит, я предвидел и не мог предвидеть, паспорт свой право никому передать не имею. Оформил доверенность, мой представитель обратился в срок, на учет ИМНС ставить меня отказалось. Моих виновных действий нет. Поэтому я считаю, что штраф платить не должен. Прошу решение о наложении на меня штрафа признать незаконным и не подлежащим исполнению. Пацан стал выступать, что я виновен, так как мог оставить ксерокопию паспорта. Девчонки сразу его обломали. Паспорт нотариально не заверяется, а простой ксерокопией можно спокойно подтереть себе мягкое место. Юридически - это не документ. Пацан было кипешнулся: мы бы поставили на учет, там все данные были, что нужны программе. Девчонки в мантиях спокойно посоветовали ему фильтровать базар свой. Им, мол, важнее нормы правовые, а не программы, которыми пользуются налоговые органы. Потом объявили, что суд удаляется на совещание. То есть, выставили нас в коридор, потому что в московском арбитраже нет ни кабинетов, ни совещательных комнат. Ждали минут десять. В коридоре пацан от налоговой все бурчал, что дело до суда доводить не надо было. Можно было договориться. А потом позвали и огласили решение. Решение ИМНС о наложении на меня штрафа за налоговое правонарушение признается незаконным и отменяется. Плюс ИМНС должно мне вернуть взад госпошлину. 20 рублей.
Вот с тех пор родня моя среднеазиатская с их приятелями с Закавказья зауважали меня. Вот ты можешь в суде дело у налоговой выиграть! Да, молча выиграл. Хотя лишнего на себя принимать не хочу. То дело было беспроигрышным. И акт не так оформили, да и не могли доказать вины с моей стороны. И вот с тех пор я арбитражный суд уважаю. И пока в нем не разочаровался!
Вторым экзаменом, который должен был быть в субботу, Был отстойный АИТ. Там нам на семинарах и лекциях рассказывали про позавчерашний день в компьютерном мире. Как его сдавать, я не знал вместе со всем потоком, но были известны билеты, приготовлены шпоры совместно. И было едва ли не обещание преподов, что позволят списать. Поэтому к этому отстойному АИТ я и не готовился. Кроме того, произошло важное событие, которое случается в жизни любого наркомана рано или поздно. Маманя меня спалила.
Вечером она затеяла очередной скандал, наорала и на меня и на Наташку. Потому что к нам Юрка заехал за парой шишек. Ему раскуриться хотелось. Маманю это само по себе напрягло. И снова. Ор, крики, истерика ее. Поток грязи на меня и на мою жену, хлопанье дверями. Наконец, она легла спать. Наташа сама попросила меня забить косяк и дать ей три пыха. Мол, чтоб от матушкиного ора отойти. Сказано - сделано. Забили, покурили. Шишки были ядреными. Только скурили, пуская дым в окно, на кухню приперлась маманя. Поныть, помириться. Ребята, да не хочу я вам зла, надо как-то договориться, искать компромисса, надо жить дружно. Но вот вы так себя ведете... И давай ныть. Потом вдруг увидела пачку беломора и спрашивает: а это ты беломор куришь? Такие крепкие сигареты. Наташка тишком так спать съебалась, а мать села на стул и давай дальше ныть. Вот, для тебя стараюсь, чтоб жена у тебя хорошая была, чтоб тебе лучше жить было, а ты всегда на ее стороне. А я сижу в кресле, меня прет. Ну, на приходе. Крепкий был план, залипать начинаю. А маманя вдруг перестает ныть и начинает пристально смотреть на меня. Смотрит так и спрашивает тихим голосом: Лёня, а скажи мне честно, ты не балуешься наркотиками? Только честно - да или нет?! Мне стало смешно. На седьмом году моего наркоманского стажа матушка в первый раз заподозрила. Я засмеялся и стал неукротимо ржать. Мама побледнела. Да, - еле смог выговорить я давясь от смеха. А какими наркотиками? - спросила маманя, хватаясь за сердце. Травку курю, анашу, - еле ворочая языком сказал я. Нет, тут одной травкой явно не обошлось, - запричитала маманя. Какой ужас! А Наталья знает? Знает, еле сказал я, понимая, что накрывает меня капитально. Я втыкал на плиту, колышущуюся в такт моему дыханию. С тобой курит поди? - спросила маманя. Нет, - сказал я, чтобы не злить матушку. Ей не нравится травка, ее всегда на измены пробивает с травы. А ведь ты любишь, если твоя девушка тебе изменяет, - сказала маманя. Я снова заржал. Мама, это ж наркожаргон! Высесть на измены - значит, получить негативные эмоции под действием наркотиков. Испытать страх, ужас. Майн гот! - маманя возвела очи к небу. Ужас я сейчас испытала. Ничего, сынок, мы решим эту проблему, ты не расстраивайся, ведь теперь у тебя жена, ребенок. Ты ж так этого хотел. Мы поможем тебе. Потом маманя заплакала и пошла в комнату. Я слышал сквозь стену, как она сказала Наташе: Наташенька милая, Лёня оказывается наркоманом стал, анашу курит, ох, горе мне! А я почувствовал, что тело мое распадается на куски и летит в черную пропасть. Но мне это было не страшно ничуть. А очень даже приятно.
Надо отдать должное моей мамани. Это открытие не заставило ее лазить по моим карманам, искать наркоту или еще что-то подобное делать. Наташка потом вскоре сказала мне, что я могу курить косяк прямо в кресле. Ментов здесь нет, мол, зачем пускать дым в окно, сиди себе в креслу, дуй план да втыкай на плиту. Я так и стал делать. В субботу поехал сдавать этот АИТ, прихватив с собой пару заказанных стаканов плана для нигерийца и серба. Экзамен был несложный. Потому что бабули, ведшие этот предмет, были очень озабочены, чтобы все списали. Они даже негра нашего консультировали, как списывать из учебника, откуда что. И делали вид, что совершенно не замечают шпаргалок. Единственно что, строго по истечении времени экзамена, отобрали у всех листы. И попросили прийти к трем за результатом на кафедру.
Я шепнул негру Вите, что принес ему то, что надо было. Он молча сунул мне в руку две зеленые сотки, и мы пошли в уборную. Где я передал ему два стакана, один из которых он должен был отдать сербу. После съема он предложил мне пойти к нему в общагу и там раскуриться всем вместе. Ведь я, этот нигериец и серб были самыми крутыми наркоманами на нашем потоке. Если не считать одного отмороженного хмыря по имени Владик, отчисленного со второго курса. Владик редко появлялся на занятиях, большую часть времени в институте проводил в уборных. Он вообще какой-то отмороженный был, мог попросить у однокурсницы конспект переписать, а потом вдруг начинал душить ее нешутейно. Или вдруг дать пинка девушке в живот прямо в аудитории без всякого внешнего повода. Был ли он наркоманом, точно никто не знал, но он лечился от гепака В. Отчего его и считали за наркомана. И с головой у него точно было не в порядке.
Мы пошли в общагу. От здания альма-матер до общаги было идти где-то минут двадцать. К концу второго курса запретили студентам там посиделки устраивать, но по одному гостю к конкретному студенту, проживающему в общаге все же пускали. Комната негра находилась на четырнадцатом этаже. Поднялись на лифте, зашли туда. Это было две комнаты с общим санузлом и плитой в своеобразном тамбуре. Обычно в каждой комнате проживали по два студента, но были комнаты и с шестью постояльцами. А Виктор жил в комнате совсем один, к нему иногда только приходила его подруга - негритянка из Либерии. Там нас ждал уже серб. Виктор забил большой косяк на троих и подорвал его. Курили на два пыха. Пускать косяк по кругу - это вообщем одна из традиций употребления плана. Он мог бы забить по косяку каждому, но вместо этого предпочел сделать большой косяк и пустить его по кругу. Так привычнее.
План тот был ядреным и едким. Мы все давались от кашля. А Виктор закрыл окно, потому что боялся почему-то, что кто-то унюхает запах. Хотя вот кто может его унюхать на четырнадцатом этаже? Но это фобия планокуров, которой я не страдал никогда. Поэтому я страдал от кашля и пота. И тянул пиво. Когда косяк был скурен, серб стал спрашивать, почему так дерет горло. Негр это приписал табаку беломора. На самом деле план сильно дерет горло, беломор тут не при чем. Что ли его как-то не так вставило, но он давясь от кашля открыл окно и высунул туда голову. Кашлял, кашлял, да вдруг блевать начал. Со словами: ой, плохо! Стал высовываться еще больше. Меня впирало и пробило на страхи после этого. Мне стало казаться, что он вот-вот вывалится из окна. Я вскочил и вцепился в его рубашку. Ору: Виктор, помоги, держи его, он же сейчас ничего не соображает, как херакнется с четырнадцатого этажа! (Кстати, такой случай был - какой-то студент выбросился с последнего этажа; говорили - самоубийство)Виктор встал и схватил его за шкирку. Общими усилиями мы стащили его с окна. А он, зараза, стал снова туда лезть, но мы его не пускали. Он разлегся на полу на ковре, и очень скоро его зарубило. Виктор взял свой мобильник и начал бесконечный разговор на английском языке со своим другом из Нигерии. Его словоизвержения не прекращались. Я удивился, кому-то это он звонит. Когда я пятый раз задал ему этот вопрос, он оторвался от телефона. И сказал, что это галюки. Никому он конечно не звонит, он с собой самим по мобильнику разговаривает, его с травки именно на это и пробивает. Мы курили сигарету за сигаретой, меня совсем расперло. Хотелось секса. Правда, я высел на измену кратковременную. Мне стало казаться, что негр может меня изнасиловать, потому что вроде как негры склонны к гомосексуальным контактам. Однако, у негра Вити таких склонностей не оказалось, он просто одной рукой держал мобильник у уха и трещал безостановочно, а другой рукой дрочил в трусах. Глядя на него, я тоже занялся рукоделием, полагая, что естественно, то не безобразно.
Приход продолжался более часа, потом у меня потек пот и началась тяга. Негр все говорил, а я горланил наркоманские песни. Удивился, как долго тянется время. Мне казалось, что прошла целая вечность, а на самом деле - всего навсего десять минут по часам. В конце концов мне захотелось пить пиво, да и время подходило к трем. Поэтому я простился со своим темнокожим другом, тот на прощанье забил мне пару косяков. Я их заныкал в пачку с сигаретами, вышел попил пива у магазина и пошел на кафедру. Забрал зачетку с очередной четверкой и поехал домой. Меня все еще перло и перло хорошо. Домой я доехал без приключений. А там Наташа предложила мне поехать в гости к ее очередному дяде, который был моим тезкой. Она очень просила меня ничего не говорить там про наркотики. Мол, этот дядька ничего не употребляет и к употребляющим относится очень негативно.
Дядя Лёня со своей многочисленной семьей жил на даче в дачном поселке возле Новопеределкино. На остановке нас ждал Стас. И он нас туда проводил. Было тесно, нас там уже ждала поляна на полу с вином и пивом. Поздоровались. Тетка очень удивилась, когда я сел на пол, скрестив под собой ноги. И чувствовал, что меня уже семь часов прет. Она спросила: Наташка, это ты его что ли научила так сидеть? До меня умел, ответила жена. Да он у тебя вообще как узбек, только лицом русский, сказала эта тетка. Начали хавать и бухать. Базар был о Киме. Мы решили, что Ким осенью пойдет в школу. Наташа услышала о корейской школе в Коньково. И расспрашивала дядю Лёню о ней. Но его племянник, проучившийся там полгода, ей не советовал отдавать туда Кима. Говорил, что там среди школьников царит высокомерие. Наташа не поняла, что такое высокомерие и стала его расспрашивать. Ленчик (тоже тезка мой) пояснил ей, что там школьники понтуются друг пред другом, кого на какой машине привозят на уроки, одеждой, мобильниками, жвачками, прикидом родаков, их дачами, тратами. Видимо, корейские дети там просто третировали своих менее обеспеченных соплеменников. На хуй такая школа нужна, - сделала вывод Наташа. Совершенно правильный.
После трапезы дядя Лёня начал разговор со мной. Ради которого меня и позвали сюда собственно. Предложил мне одолжить ему пять тысяч баксов на неопределенный срок, а он мне оставит в залог свою машину. Вот откуда им пришла в голову эта бредовая мысль, что я могу дать в долг на неопределенный срок такую сумму денег - я не знаю. Подивившись в себе, я сказал, что сначала надо посмотреть документы на машину, можно ли ее вообще заложить. Это было воспринято как отказ. Они сразу скисли и слезли с базара. Сказали только, что оформлять бумагами они ничего не будут, не хочу я им давать взаймы - мое дело. Но вот оформлять займ и залог бумагами они никогда не будут, между родными так просто не делают. Посидели еще так, попиздели. И мы вернулись домой. Наташа мне сказала потом, что они на меня обиделись. Я спросил ее, отчего у меня просят взаймы такие большие суммы, которых у меня нет? Жена попросила меня ничего не давать взаймы ее родни, это исходит не от нее, вся родня ее просто достала с просьбами занять у меня деньги. Это некрасиво, но у них принято помогать менее обеспеченным родственникам, а родня ее считает меня большим человеком. Ну, Наташа в этом сама виновата была отчасти. Она ходила в гости, обвешиваясь как новогодняя ёлка матушкиным рыжьем, говорила, что вышла замуж за профессора, что у нас полным-полно родных в Германии, что деньги они нам шлют и вещи. Вот и договорилась! Что стали у меня взаймы просить целый месяц то пять тысяч баксов, то три, а то и десять!
Надо сказать честно. На деньги они меня не разводили, просто их представления о бизнесе и о взаимоотношениях между людьми реально отличались от тех, что нам преподавалось в Академии, или что пытались вложить в голову СМИ и телесериалы. Каждый только за себя, в бизнесе друзей нет. А эти корейцы держались друг за друга. Подогревали друг друга в расчете на взаимный подогрев. Мне такие отношения между людьми как-то больше нравились. Кажется более человеческим устройством жизни. Когда ты не один, а за тобой стоит многочисленная родня.
Потом я сдавал экзамен по бюджету и бюджетному учету, где разрешили пользоваться Планом счетов учета в бюджетных организациях. То, что указаны помимо номеров счетов и все возможные проводки. Я-то думал, что сдам на отлично этот экзамен, но меня подвел фактор времени. Пока я подбирал нужные проводки в задачах, прошло время. Я не успел написать ответ на теоретический вопрос, который сам по себе был мне хорошо знаком. Четверка. Точно также на четверку я сдал и аудит и грозный для меня экзамен по экономическо-финансовому анализу. Балаболка Ермакова оказалась очень доброй тетей, снова посадила меня в самый дальний угол и не мешала мне шуршать шпорами и сдувать. В итоге она поставила мне четверку. Итак, сессия была сдана на одни четверки. На четвертом курсе. Неплохо. Сессия была сдана, кроме зачета по СНС. И все под вопли и скандалы мамани, изматывающие душу. Желая переделать под себя Наташу, мама орала на меня. Чего она рассчитывала этим добиться, я не знаю. Это было вне моего понимания. Я почувствовал полное бессилие. Мать хотела, чтобы мы ушли и стали снимать квартиру. Тогда я не был внутренне готов уйти из дома, где я вырос, а кроме того, совершенно не представлял, как я буду мотаться по съемным квартирам вместе с Наташей и Кимом. Ведь долго в квартирах съемных родня Наташи не задерживалась, переезжали очень часто. Требовала иногда маманя и размена, причем мгновенного. Чтоб в один день, не хочу жить с вами, - орала она. Или снимайте квартиру, половину я буду оплачивать вам. И живите, как хотите! А как жить, имея стипендию, пенсию и зарплату в 1500 рублей? Торговля наша салатами прикрылась сама собой с наступлением лета, летом почему-то родня жены не торговали чимчи. Мама хотела, чтобы Наташа работала, но не хотела, чтобы она работала на рынке или в кабаке. Только выучиться на курсах и устроиться в какую-то контору. Сама отговорила идти к арабам торговать мясом. Под предлогом, что надо готовить ребенка к школе.
Подготовка Кима к школе - это нечто. В шесть лет он не умел читать, писать, не знал азбуки. Наташа решила выучить его хотя бы азбуке. С этой целью она нарисовала и навешала на двери большие буквы русского алфавита. И несколько раз в день учила Кима азбуки. Сначала ребенок не запоминал ничего. Тогда Наташа стала брать к этим занятиям деревянную мешалку от сковороды. Ким спросил ее: а зачем, мама? Тебя бить! - ответила Наташа. И сидя за компьютером, я слышал то и дело: это какая буква? Ким отвечал, а Наташа спрашивала снова: а эта какая? А эта? И если он забывал, она ему повторяла. Но если он не мог и во второй раз ответила, Наташа начинала кричать: Какая буква? Почему ты молчишь? Ты не на меня смотри, ты на буквы смотри? Какая буква?! А?! Сейчас въебашу! Потом следовали звуки ударов и нытье Кима. В течение месяца Наташа сломала о Кима три деревянные мешалки, но азбуку он все-таки выучил. И когда потом я спрашивал его: Ким, а ты помнишь, как с мамой учил азбуку? - он отвечал: помню, она меня била! Кстати, я оформил Киму медстраховку и поставил его на учет в детскую поликлинику. Ходил в те же стены, куда маманя меня водила ребенком. А теперь я водил туда Кима. И был рад этому. И все - под дикую брань с маманей, изматывающую душу.
Я хотел покоя, и находил его в кайфе. Почти открытое прямо на глазах мамани потребление анаши стало своего рода протестом против ее деспотизма. И каким-то компенсаторным механизмом. Раз, помню, утром маманя закатила грандиозный скандал, от которого Наташа, взяв Кима, ушла с ним в поликлинику детскую. А я стал забивать косяк прямо на кухне, злясь на маманю. А тут она вылезла ныть мне. Увиденное ее снова сильно потрясло. Ты чего делаешь, кокаин нюхаешь, что ли? - стала орать она. Нет, косяк забиваю, сказал я. Зачем тебе это нужно?! - продолжала орать она. Потому что если покурить анаши, становиться не так больно от твоего ора. Маманя залилась слезами: оказывается, это я виновата, что ты наркоманишь! И пошла в слезах в комнату свою.
Другой раз, помню, ситуация была просто анекдотической. Вечером маманя закатила настолько безобразный скандал, что Наташка взвилась и сказала, что жалеет о том, что вышла за меня замуж. Я психанул, затарился беломором и карандашом, прихватил с собой пару шишек, вышел на балкон и забил там косяк. Сел прямо на полу балкона, подорвал косяк. Курил и заходился от кашля. А тут маманя, наоравшись вдоволь на Наташу, решила прикапаться ко мне. Вышла на балкон и увидела, что я курю косяк. Как давай орать: Наташа, да он там анашу курит, хоть ты чего-то сделай, как-то повлияй на него. И давай реветь в три ручья. На приходе я смотрел информационную программу «Время», а маманя стала мириться с Наташкой, извиняться пред ней. И сказала потом, что нам необходимо погулять всем вместе, чтобы все видели, что у нас дома все в порядке. Пошли гулять на пруд. Шишки были такими крепкими, что я еле двигал ноги. Наташка мне шепнула: у тебя такой убитый вид! А маманя все как бы не замечала. Подойдя к пруду, я стал смотреть на него. И мне показалось, что он кишмя кишит зелеными змеями. О чем я радостно и сказал Наташе. Маманя услышала и сказала: приступ наверное у тебя! Боже, какой ты бледный! Прямо как полотно! Она вот не замечала, что я укурился, хотя сама видела, как курю косяк. И даже заорала было по этому поводу. А чрез час просто игнорировала это. Что это? Механизм психологической защиты, ставящий в игнор неприемлемое для субъекта данность, события?
Потом было, что вечером после очередного матушкиного скандала, уже сама Наташа предложила забить косяк и дунуть на балконе. Вечерело. Долгий инюньский догорал, на раскаленную Москву ложилась душная летняя ночь. Молодые супруги в сумерках передавали друг другу косяк, делали пару пыхов и захлебывались от кашля. Потом Наташка стала становиться все и более замедленной. Сильная она, сказала она заплетающимся языком. Пиздец, совсем убило! И измен нету. Наташа зашаталась. Что теперь твоя мама будет говорить? Сын - наркоман привел жену - наркоманку! Весело заржала. Почитаю я - ка я Киму сказку на ночь да лягу спать. Она так и сделала. Положила Кима в постель, хотя ее нехило штормило и стала читать сказку. Читала очень плохо. Нетвердым языком, то и дело залипая. Потом пошла на кухню попить воды, а тут маманя к ней прикапалась. Ныть стала, говорит, не хочу я вам плохого, я вас только хорошему хочу научить, а вот вы так себя ведете... Наташа слушает ее, а ей по барабану. Сонно втыкает своими очумевшими глазами на маманю. Да так глазами захлопала и спросила изумленно: да что с тобой, Наташа? Ты в порядке? В полном порядке, ответила Наташа, развернулась и пошла в комнату. Маманя тогда ничего не заподозрила по поводу нашего состояния. Не раз с Наташкой мы вспоминали это и весело ржали.
По поводу неполученного зачета, я сунулся в деканат после экзаменов. Меня заверили, что зачет я получу, мне позвонят. Вот и позвонили, блин! Прямо вечером накануне последней пятницы июня. Мол, приезжайте завтра к одиннадцати пересдавать зачет. Чего делать, поехал совершенно неготовым. Приезжаю к одиннадцати. В деканат за допуском и потом на десятый этаж. Там уже семь страдальцев собралось. Костик - мой друг и товарищ по несчастью, наши братья-чечены, второгодники, наша Катюша маленькая, Светочка, которой год назад я на экзамене задачку решил, негр Витя, и еще три человека с потока, лично неизвестные мне. Все ноют. Приходит эта пакостная маманина тезка. Раздает нам билеты. И говорит: три задачи на сорок пять минут. Костик как свой билет увидел, решил положить его и съебаться. Стал просить поставить ему неявку. Та поворчала, но согласилась. Костик и съебался, а так смотрю и думаю. Эти б задачи три на полтора часа, тогда бы я две мог решить правильно. А так - не смогу. Одну решу правильно, подобрать верный алгоритм к правильному решению второй задачи просто не успею. Так и выходит. Две их трех решено, и только одна правильно. Снова незачет. И блин, вот эти девки с нашей группы одни получили-таки зачет и тоже съебались. А мы стоим и ноем, что нас могут и отчислить, ведь уже три незачета у нас. Тетенька стала нам рассказывать, какие мы плохие и лентяи. Я ее слушал, и мне так бошку отвернуть ей хотелось. Разозлила эта училка меня!
Ну что, разве мой предмет совсем такой неинтересный, что его выучить нормально нельзя? - спросила нас она. Вот скажите хоть мне, что вы о моем предмете думаете? Зря она спросила! Достала меня конкретно! Да от вашего предмета на геру присесть можно! - сказал я в сердцах. Училка вылупила на меня под очками свои изумленные зенки. Чего?! Повторите, я не расслышала! Ну, на геру присесть можно от вашего предмета. На такие задачи надо было полтора часа давать! - сказал я раздраженно. Если б Оля училась со мной и пересдавая этот зачет, в тот день точно врезала бы по морде этой мымре, если б набухалась водяры!
Ребята, а что это такое? - спросила училка растерянно. Что это означает? Ну, он сказал, начал говорить не менее зло один из чеченов, что от вашего предмета можно увлечься героином. А как вы сами думаете ребята? - спросила эта тетя еще более растерянно. Угу, вполне можно - сказали, сокрушенно покачав головой, в один голос оба брата-чеченца. Да, - тетя возвела глаза к небу. Я давно преподаю и, само собой, слышала очень многое. Но вот такое только от Вас первого услышала. Я ведь вот сейчас сижу, смотрю на всех вас и думаю про себя: это может мне от вас надо на героин, как там говорили? - присесть, да? Ну, от нас на героин точно присесть можно, сами понимаем, что надоедаем смертельно. Тетя стала ныть, что вот впервые нашла и понимание. Мне стало казаться (так долго она мусолила эту тему), что поныв так минут двадцать, она попросит поставить ее хмурым.
Ее нытье прервала секретарь нашего деканата. Которая пришла и стала ее уговаривать поставить нам всем зачет? На фиг мы ей вообще нужны? Вот надо ей вместе того, чтобы уехать к себе на дачу, портить себе нервы и ожидать всяких остолопов? Тетя ответила ей, что мы могли бы ездить к ней на дачу и пересдавать предмет до осени. Пока не пересдадим по настоящему. Да зачем вам нервы себе портить с ними? - сказала секретарь. Декан очень просит поставить всем зачет! И ушла тетя нам полтора часа ныла. Какие мы плохие, наркоманы, развратники, лентяи. Предрекла нам всем подохнуть под забором от голода напоследок, поставила всем зачеты и отпустила с миром, впечатляясь тому, что впервые услышала сегодня. Бормоча про себя «Ныне отпущаешт раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром» я вышел из Академии, покурил, попил пиво. А потом поехал домой.
Приезжаю домой, а там - полная жуть. Маманя на работу в этот почему-то не пошла, сходила к врачу, вроде, и закатила Наташке грандиозный скандал. Та молча забрала Кима и уехала к своей матери. Маманя ныла предо мной, что моей гадюки не выгоняла, сама ушла. В глазах у меня стояли слезы, игнорируя нытье матушки, я молча забивал косяк. В глазах матери была видна боль и отчаяние. Ладно, Лёнечка, покури свою анашу, может, на душе легче станет. И ушла, хлюпая носом. Я молча тянул пиво, давился сладковатым дымком, и думал, что то, чего я больше всего добивался, оказывается гибким, подвижным и неопределенным. То, что мечтой моей жизни уже шесть лет было - брак и семья - сбылось, но маманя ополчилась на актуализировавшуюся мою мечту. И чего мне делать. Тогда у меня было чувство, что мать просто меня предала. Она хочет больше жить со мной. И частыми скандалами просто отшвыривает меня от себя. А я всегда больше всего в жизни боялся остаться совсем один? Как маманя не понимала этого идущего из глубины детства страха, заставлявшего меня в 4-5 лет закатывать постоянные истерики, когда она собиралась на работу: Мамочка! Не оставляй меня!
Вот так сидел и думал, все более и более проваливаясь в приход. Мне стало хорошо, очень хорошо. И тут зазвонил телефон. Снял трубку со своим привычным : Слушаю! Леонидушка! - Услышал я радостный голос жены в трубке. Ты чего, совсем убился без меня? Угу - только и смог сказать я. По голосу слышу, сказала жена. Ладно, не психуй там, приеду я чрез полтора часа. Мамашка твоя просто меня достала просто. Но ты не волнуйся, я к мужу своему все равно приеду. Да, тогда она вернулась и расспрашивала про зачет, а потом мы легли в постель и занялись любовью. И я успокоился. Ладно, четыре курса кончил все-таки, осталось три недели - и мы свалим на месяц в Абхазию. И травка есть, и молодая узкоглазая в постели под боком! Жить можно! Не так уж и плохо.
Ладно, Зоя, допивай пиво, докуривай и пиздуем в Арбитраж. А после слушаний, с меня - пиво, а с тебя - минет. Вот для чего нужны референтки? Прежде всего, чтоб после слушаний отсосали. Расслабиться-то надо. Ну, не в сауне, так в подъезде!


Теги:





1


Комментарии


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
18:44  27-11-2016
: [12] [Литература]
Многое повидал на своем веку Иван Ильич, - и хорошего повидал, и плохого. Больше, конечно, плохого, чем хорошего. Хотя это как поглядеть, всё зависит от точки зрения, смотря по тому, с какого боку зайти. Одни и те же события или периоды жизни представлялись ему то хорошими, то плохими....
14:26  17-11-2016
: [37] [Литература]
Под Спасом пречистым крестом осеню я чело,
Да мимо палат и лабазов пойду на позорище
(В “театр” по-заморски, да слово погано зело),
А там - православных бояр оку милое сборище.

Они в ферезеях, на брюхе распахнутых вширь,
Сафьян на сапожках украшен шитьем да каменьями....
21:39  25-10-2016
: [22] [Литература]
Сначала папа сказал, что места в машине больше нет, и он убьет любого, кто хотя бы ещё раз пошло позарится на его автомобиль представительского класса, как на банальный грузовик. Но мама ответила, что ей начхать с высокой каланчи – и на грузовик, и на автомобиль представительского класса вместе с папиными угрозами, да и на самого папу тоже....
11:16  25-10-2016
: [71] [Литература]
Вечером в начале лета, когда солнце еще стоит высоко, Аксинья Климова, совсем недавно покинувшая Промежутье, сидя в лодке молчаливого почтаря, направлялась к месту своей новой службы. Настроение у нее необычайно праздничное, как бывало в детстве, когда она в конце особенно счастливой субботы возвращалась домой из школы или с далекой прогулки, выполнив какое-либо поручение....
15:09  01-09-2016
: [27] [Литература]
Красноармеец Петр Михайлов заснул на посту. Ночью белые перебили его товарищей, а Михайлова не добудились. Майор Забродский сказал:
- Нет, господа, спящего рубить – распоследнее дело. Не по-христиански это.
Поручик Матиас такого юмора не понимал....