Дороги, которые мы выбираем

Автор: Шева …А как получилось?
В институте у нас не было военной кафедры. И после института меня загребли в армию. На год, но от этого не легче.
С учебкой мне повезло. Ну, как повезло? Наверное, нет ни одной учебки, про которую можно было бы сказать, что тебе повезло. По определению, как говорится.
А мне почему повезло - учебка была в шестидесяти километрах от города. От моего города. И когда очередной раз стало невмоготу, слёзно попросил я своего сержанта, чтобы отпустил меня на неделю.
Домой.
В самоволку. За что, поклявшись, обещал привезти трёхлитровую банку спирта. Были у меня тогда такие концы. Действительно, были.
И представь, Габиулин - фамилия его такая была, согласился. Единственное, сказал, - Попадёшься патрулям, или не вернёшься, - пеняй на себя.
Ну, такая киргуду бамбармия и мне, в первую очередь, самому была не нужна.
Попутками, электричками, перекладными, дворами, подворотнями - но я добрался.
И будто в рай попал. Пару дней вообще никуда не выползал. Да и мать не выпускала.
А потом решил в кино сходить. Фильм какой-то зарубежный тогда шёл, на который все хотели попасть. А попасть было трудно - билетов вечером не купишь.
Но я днём пошёл, в предварительной кассе отстоял и взял два билета на хорошие места. С сестрёнкой хотел пойти.
Но у неё в тот вечер чего-то не заладилось. Пошёл сам. У касс очередина стоит - в безнадёжном ожидании выброса брони.
А мне один билет продать надо - копейки тогда еще деньги были. Я и выбрал девушку посимпатичней, предложил ей. Она, конечно, с радостью.
И ты знаешь, мы сразу друг другу понравились. Как там в книгах пишут - искра, притяжение, нити, чувство.
Да, чувство.
Вспыхнуло, одним словом. Да так, что когда еще во время фильма мы уже целовались, на нас даже шикать начали с задних рядов.
Конечно, пошёл провожать. Она мне честно сказала, что у неё дома родители, и к ней нельзя.
Мы нашли какой-то подъезд, поднялись на технический этаж над последним жилым этажом, - с которого уже выход на чердак. Там еще деревянный ящик вроде как с песком стоял.
Посадил я её на этот ящик.
Как разделись, я уже и не помню. Как будто кто-то раздел.
Да.
Накинулись мы друг на друга как голодные. Хотя почему как?
Да и удобно, на ящике. Он тяжёлый был, устойчивый.
Вот так я и провёл оставшиеся дни моей самоволки.
Как звали её, говоришь? Да зачем тебе?
Вернулся я удачно. Банку Габиулину отдал. И отношения как-то наладились.
А представляешь, как я о ней думал? Всё время.
А особенно вечером, ночью. Как вспомнишь…
Уже в части я был, а - не отпускало.
Писала она мне часто. Письма длинные были. Хорошие.
Такие, что…Эх…

Знаешь - дождалась. И опять вернулось всё.
А потом её семья решила уезжать. В Штаты.
Она еврейка была. А тогда движение такое пошло. Массовое. Массовый исход, да.
Семья у неё большая была. Кроме родителей - дедушки, бабушки, дяди, тёти. А она убивалась - не поеду, мол.
Собрали они семейный совет. И объявили ей - раз такое дело, согласны мы твоего гоя забрать с нами. И готовы всё оформить, чтобы выпустили его.
Распишитесь только. И слово пусть даст - что не бросит тебя.
А я тогда застремался.
Другая страна, другие нравы, другие люди. Штаты - кто я против них? Не дай Бог что - кому я там нахуй нужен? Тут всё родное - мать, сестра, друзья.
А еще в группе я тогда играл. На бас-гитаре. И вроде получалось неплохо.
Одним словом, уехала она.
Где-то с год писала.
А потом - всё.

Да и меня другая жизнь захлестнула. Помнишь же конец восьмидесятых?
Я еще когда в группе играл, стал аппаратуру чинить. А потом так это дело у меня пошло, что бросил я свой НИИ и только ремонтом и стал на жизнь зарабатывать.
По городу все знают - если не берётся уже никто, остаётся только один шанс.
Это - я. Согласись, быть первым в двухмиллионном городе - это что-то да говорит.
А я тебе скажу, почему. Никто так глубоко не копает, как я. Все ищут - что, в чём причина поломки, что надо заменить.
А я, кроме этого, еще и докапываюсь - почему?
Редко кто так делает.

Но знаешь, иногда я думаю, вспоминая свою молодость, - а если бы я тогда с Лилей своей уехал в Штаты, кем бы я там стал?
А может, сложилось бы по аппаратуре, был бы сейчас уже почтенным боссом в какой-то солидной компании?
Или при какой-то крутой рок-группе главным по усилителям и другой аппаратуре?
Кто знает?
Но если честно, чем больше проходит лет с того времени, да какой там - уже десятков лет, те отношения, те чувства кажутся мне сейчас очень сильными, и как бы тебе точнее объяснить - честными, и на удивление, искренними, что ли.

Одно время даже думал её разыскать. Фамилию, имя, отчество знал, год рождения, когда уехали, первый адрес в Штатах. Может, и нашёл бы.
А потом подумал - А зачем? Найду, и что дальше? В гости поехать?
Да и старушка она уже - седьмой десяток идёт.
Как, спрашиваешь?
Да старше она меня была.
Ага.
На десять лет. По молодости - считай, как сто.
А ты говоришь.

Но раз ты, по твоим словам, сочинительствуешь, - напиши, напиши.
Чем чёрт не шутит? А вдруг каким-то случайным образом и прочтёт.
Знаешь, хотелось бы, чтобы она знала.
Что я помню её.
Причём так - будто вчера расстались.
И что, по большому счёту, никого больше я так не любил.