Пикантная история, а может быть басня (современная)

Автор: кремпленовая помидорка Сергей Сергеевич Картузов безумно и страстно любил одну женщину. А потом вторую. Поскольку двоих их любить он сразу не мог, то любил в порядке живой очереди, а вернее столпотворения. Может быть вавилонского…

Речь здесь, собственно, не о сексе. О чистой и непорочной любви речь. Почти о платонической. Или тантрической – любви века.
Он еженощно вспоминал их глаза. И ежедневно рассматривал фотографии в соцсетях. Он страдал и маялся. Иногда мучился, а порой клял себя почем зря. Знакомства с ними он не искал. Зачем идти к недостижимому? Лететь на солнце, танцевать с росомахой, целовать гадюку? То есть зачем вводить себя в неловкость, а возможно и в полную безысходность заспинных насмешек? Ведь смеяться над собой Сергей Сергеевич не любил. И особенно не любил, когда смеются над ним.
Но вот двух женщин любил. И всё тут. И не поделаешь ничего.

Первую женщину звали… ну, скажем, Лукреция. Конечно, это не так, и она просто Галя, только здесь литература и поэтому позвольте. Лукреция была на шестнадцать лет моложе Картузова и в принципе годилась ему в дочери, однако ежели отмести бесполезные принципы, то вполне могла сгодиться и в любовницы. Внешность позволяла. Первое что бросалось в глаза во время осматривания этой девушки, конечно, были уже упомянутые глаза. Обрамлённые черными пушистыми ресницами и тонкими, как нарисованные, бровями. Дальше шёл элегантныйный носик, а за ним пухленькие, бледнорозовые губы. Последние постоянно будто бы улыбались. Будто бы насмехались над вами. Ростом она была выше среднего, а весила ниже нормы. Работала в обществе помощи обездоленным. Маркетологом.
Вот, пожалуй, и всё о ней.

Вторую звали просто и по-русски – Иван. И, да, она была мужчина. Причем ничегошеньки не подозревающий как о коварной любви Сергея Сергеевича Картузова, так и о существовании его самого. Внешность её мы здесь описывать не станем, просто подчеркнем, что это был простой великоросский тип мужика.

Однажды поняв всю мерзостность своей любви (своей второй любви) Картузов решил застрелиться. И даже купил пистолет системы Макарова.
Уже приставил его к голове, но пораскинув мозгами, и вспомнив, что первую зовут всё-таки Лукреция, и это больше чем ничего, - не стал стреляться. А пистолет продал соседу – владельцу автосервиса.

Сергей Сергеевич стал медленно забывать Ивана. И почти уже забыл… Как вдруг встретил его в подземном переходе. Страсть внезапно нахлынула с новой силою, и он кинулся в его объятья. Напористо и непримиримо. Только Иван был десятка не робкого. И в юности служил в ВДВ. Он взял, да и сломал Картузову шею. А тот как-то сразу поник и умер.

Ваню посадили на шесть лет в места отдаленного типа, с формулировкой «превышение допустимой самообороны».
Но он сам того не зная всего лишь придушил росток недопустимой любви в незнакомом человеке. Правда, вместе с ним самим и несколькими годами своей жизни.
Печально, но факт.

---

Теперь же доведу мораль: любите, мальчики, как в старь!