|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - Город
ГородАвтор: Саша Гончаров
[ принято к публикации 12:04 19-12-2017 | Лев Рыжков | Просмотров: 1177]А у города интоксикация, сыпь проступает из ранних прохожих Его бетонное тело болит и от слабости ноют железные кости Воспаленными язвами ямы дорожные зарубцевались на коже Где-то ближе к обеду усердно дымить начинает во все трубы город И болит у него голова и гудит переливами сигнализаций И в ушах его звон бесконечных сирен полицейских, пожарных и скорых А в районе пяти начинает и вовсе панически он задыхаться И как только стемнеет немного, глаза его сразу зажгутся неоном И пары алкоголя выходят из полостей, пор круглосуточных баров Гулкий бас дискотек чуть доносится низкочастотным страдающим стоном Воспаляется сыпь, покрывая всё тело, как в малобюджетных кошмарах Показалось - немного и он пропадёт, навсегда поглощен будет тьмою Но рассвет незаметно придёт, и обнимет его словно старого друга Вновь повисло над городом утро, дома укрывая своей сединою Новый день. Город выдохнул шумно. И всё завертелось по кругу. Теги:  -1 
Комментарии
#0 12:04 19-12-2017Лев Рыжков
Образы, конечно, не новые, так скажем. Зачем это здесь вообще? Да пусть будет. Дебютное такое произведение. Обольщение поэтом читателя при помощи сыпи и гноя. дочегошь нескладушные говны... это даже не говно, это хуйня. вонь Бу-бу-бу, бу-бу-бу. Про город-псориазник, походу. Третья сверху строка с бетонным телом совсем неудачная. Еше свежачок В тупом повиновении люди сидели в очереди неподвижно, будто их отключили от всех аппаратов нужных для жизнедеятельности. Лишь одна, полностью седая, старая моль, нарушала это единение. Она постоянно елозила на стуле. Складывала руки с крючковатыми пальцами на коленях, поджимала ноги, обутые в стоптанные кеды, которые когда-то производила ныне уже несуществующая республика Югославия.... 1.
Великими делами устлан мой путь. Великими. Да и хуй с ними. Мне тогда не до этого было. Я ютился на верхней полке плацкарта, а поезд Москва-Улан-Удэ, словно бычий цепень, извивался по кривым ржавым рельсам. Мне одна дорога — Бодайбо.... Я смотрел в иллюминатор. Мы поднялись сначала над землёй, и было видно зелёное море лесов и полей с артериями рек и дорог. Потом поднялись ещё выше, над облаками. Облака лежали сплошным покровом, как и земля, только белая, будто белый горный рельеф. Я видел настоящие горы в снегах....
И сказали мне ангелы: иди и работай. И ответил я им: пошли вы нахуй, ангелы. Сами идите и работайте, раз такие умные. Обиделись тогда ангелы и оставили меня в покое. И я бы наверняка спился и умер, но пришел Петрович, стоявший выше ангелов, потому что был он начальником цеха.... Любил я подростком щегольнуть перед бабками. Они, укутанные в платки и полушубки, сидели на перевёрнутых вёдрах и деревянных ящиках, ощетинившиихся занозами, только занозы не брали мозолистые жопы старух, и продавали семечки, сигареты поштучно, презервативы "Гусарские" и другую нужную мелочевку.... |
