|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - Трактат о питиеТрактат о питиеАвтор: Шаня Помазов
[ принято к публикации 00:44 29-04-2018 | Лев Рыжков | Просмотров: 1146]Расцвёл в груди таинственный бутон Лишь трезвых бог карает - и за дело, Вставляет, так сказать, он им пистон Не важно что, брат, в сердце ты имеешь А важно то, как можешь то подать Коль мало пьёшь, то быстро постареешь А пьяному на старость - поебать Причудлив мир когда тебе за двадцать И страшен он, когда за сорок пять Прелюдиями трудно заниматься, А хочется чтоб - выебал и спать И нехуй увлажнять там всё губами На это есть обычный вазелин Чуть-чуть поёрзал, выпрыснул цунами И похую.. И снова ты один Я не учу, ребята, вас ни сколько Но жизнь ведь невозможно разлюбить Любите, братья, но одно лишь, только - Вы водку продолжайте так же пить. Теги:  6 
Комментарии
#0 00:45 29-04-2018Лев Рыжков
Вот ни с одним пунктом трактата не согласен. Но бывает. Стандартный минус, Шаня, прости Стандартный плюс , гг + Первые три куплета понравились. Ну чё бутон таинственный внутри от прочтения расцвёл +. По поводу прелюдий ПОКА с афтором не согласен гг. Коряво в этот раз, Шаня Шаня, ты можешь лучше! Без огонька. То ли мало выпил, то ли вазелина передавил. Еше свежачок
Вышел ветер с солнцем побороться В самом центре мартовского дня. Защитить решила Таня солнце, Чтоб его как мячик не гонял. Ветра вкус лишь только ощутила, Сразу съесть решила невзначай. И себе помочь так сможет мило- Хоть сейчас мужчину привечай.... Перепил вчера Синицын
Перепил вчера подлец А ему-то ведь не тридцать И не сорок наконец Пил он водку вместе с пивом 3аедая всё хамсой Вот теперь сидит пугливо - Неопрятный и босой Жизнь вся сделалась убогой Дышит тленом в самый пуп Замелькала одноного На Тик-Ток и на Ютуб Пять романов, три новеллы Написал он за свой век, Отплясалась тарантелла В духоте библиотек Встал Синицын, взял шнурочек И немножечко мыльца Дальше в тексте много точек...
В затерянном среди горных складок Кавказа селе, где река мчалась, опережая сами слухи, а сплетни, в свой черёд, обгоняли стремительные воды, жила была девушка Амине. Дом её отца врос башней в склон у самого подножия надтреснутой горы - той самой, что хранила молчание весь годичный временной круг, но порой испускала из расщелины такой тяжкий и рокочущий выдох, что туры на склонах замирали, переставая жевать полынь, и поднимали в тревоге влажные морды к недвижным снегам....
Скачу домой, как будто съел аршин,
прыг-скок, прыг-скок…нога в снегу промокла… Твои глаза - не зеркало души, они, как занавешенные окна. Там голоса, и кто-то гасит свет - теперь торшер не вытечет сквозь щели, лишь стряхивает пепел силуэт в цветочные горшочки у камелий.... |
