|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Было дело:: - Про Кокушкина
Про КокушкинаАвтор: Валера Лашманов Когда Кокушкин учился в институте, он затягивал начало работы над учебными техническими проектами до последних дней. Перед сдачей проекта Кокушкин стоял склонившись над чертёжной доской под настольной лампой целыми ночами. К утру начинали дрожать руки и ломаться карандаши. Тогда он ложился на несколько часов спать, с вечера попросив кого-нибудь из соседей по общежитию утром включить магнитофон "Маяк", стоявший у него в изголовье, с записью гимна Советского Союза. Только под гимн он и мог проснуться. Другие будильники были бессильны разбудить его.Математику у нас читал профессор Перов Николай Андреевич, очень строгий, а порой злобный преподаватель. Участник ВОВ, он говаривал, что ему приходилось лежать под немецкими танками. Студенты побаивались его. Во время сессии положительные оценки получала у него с первого раза только четверть потока. Остальным приходилось пересдавать по одному или по два раза. Третий раз Николай Андреевич до пересдачи не допускал. И студента отчисляли за неуспеваемость. Если кому случалось опоздать на экзамен, Перов брал у него зачётку и выбрасывал её в форточку, независимо от того, летняя или зимняя была сессия. Но у профессора была одна слабость. Он очень любил студента Кокушкина. Когда Кокушкин, как обычно, проспав и опоздав, прибегал на экзамен и входил с круглыми глазами в аудиторию, Николай Андреевич увидев его радостно восклицал: - Ба! Кокушкин пожаловал. Ну, проходи, дорогой, проходи. Рад тебя видеть. - И Кокушкин брал билет и шёл готовиться. Не смотря на то, что Кокушкин был добрым и интеллигентным человеком, внешностью он смахивал на бандита. Маленькие глазки зло смотрели из-под нависших век. Большой рот усиливал впечатление. Когда он ехал в электричке в свою деревню, вокруг него на ближайших скамьях собирались какие-то жуликоватые люди. Пили водку, курили, играли в карты. А Гена Кокушкин, восседая по центру, был у них как бы за шишкаря. Однажды в зимние каникулы мы, возвращаясь из турпохода по Карелии, на три дня заехали в Ленинград. Жили в общежитии у знакомых. Посещали музеи и просто так гуляли по улицам. Когда мы всей группой стояли в Исааковском соборе под куполом, с которого свешивался маятник Фуко, и экскурсовод рассказывал о сути опыта с маятником, мы увидели стоявшего среди посетителей с противоположной от нас стороны... Кого бы вы думали? Конечно, Кокушкина. Удивились такой неожиданной встрече. Оказалось, что он в каникулы решил посетить Ленинград. Возвращаясь в общежитие, мы говорили друг другу, что Кокушкин нам и дома-то надоел, а вот и в Ленинграде пришлось встретиться. Дата публикации: 16 сентября 2018 в 19:11 Теги: ![]() -3
Комментарии
#0 17:37 18-09-2018Лев Рыжков
Прогрессирует Валера. Прогресс, видимо, состоит в уменьшении объемов. Не, Валер, вааще никаг.Где сюжет вааще?Что переночевали где то там?Ну вкатил бы тогда туда какую телегу любого плана на три четыре абзаца.Уже было бы Чо там за душой. Описание характера героя, тоже скажу слабенькое блят. Тем не менее пиши канеш #2 Спасибо, Римас, за совет. #1 Майор, меньше объём - больше вероятности, что прочтут. Нет? Я сам длинные тексты авторов пропускаю. (( #0 Лев, благодарю за мнение. Еше свежачок
Вася в снег ушел по пояс Сыпет сильно поутру. Вдруг заметит беспокоясь, Прыгнет словно кенгуру Дорогая очень Света, Покидая свой балкон. Простоял он до рассвета В ожидании смешон. Обо мне грустишь, бедняга? -Спросит страсти вороша.... Если вкратце, то бабушкин ухажёр меня напрягал. Звали его Виктор Анатольевич. Хотя какой он нахрен Анатольевич, просто Витёк. Потому что все у нас в посёлке его только так и называли. Он раньше работал в школе, трудовиков. И поговаривают, что любил трогать мальчиков за всякие места....
Го
В те годы, когда ещё дымились костры у белых юрт и вино в турьих рогах пело старую песню гор, собрался народ на большой поляне под Шат-горою для древнего состязания . Ведущий, седой как первый снег на Казбеке, вышел вперёд, опираясь на посох, вырезанный из дикой груши ещё при прадеде Шамиля....
Глава 1. Запах формы
В городе сначала исчез запах хлеба, а потом — запах страха. Остался только запах формы: влажной, синтетической, с примесью дешёвого табака и старого металла. Этот запах стоял в подъездах, в служебных коридорах, в лифтах, где зеркала давно не отражали лица, а только должности....
Дома окружают, как гопники в кепках,
напялив неона косой адидас, на Лиговке нынче бываю я редко, и местным не кореш, а жирный карась. Здесь ночью особенно страшно и гулко, здесь юность прошла, как кастет у виска, петляю дворами, а нож переулка мне держит у печени чья-то рука.... |

