Качели
Автор:
[ принято к публикации
07:28 29-06-2020 |
Антон Чижов | Просмотров: 963]
Мне до беды, как до последней парты,
(там, у стены), исписанной тобой.
До самой первой не моей зарплаты,
Потраченной на секс и алькоголь.
Мне до тебя, как до луны облезлой,
Как до её обратной стороны,
И как до старого поломанного кресла,
Как до детсадовской забытой мной игры.
Мне до меня, как до чужой калитки.
Как до примёрзшего к качелям языка.
Как до коляски, ставшей инвалидной,
до вегетарианства мясникам.
Был дом. Барак. В углу с огромной щелью,
( и заметало, помню, в щель ту снег...)
Ну почему так хочется прощенья
Мне попросить? Да умер человек.
когда-нибудь мы все перейдем в микросхемы…
и станем эмоционально немы.
Нет, не сейчас и не я - далекий потомок
станет жить по закону Ома.
Думаете, для красного говорю словца?
ребя, глупо очевидное отрицать -
слепок личности в квантовый комп
расшифровав, закодируют и - оп,
загрузят до последнего синапса
и…все человеческое отринется....
Александр Макаров поднимался по широкой лестнице бывшего советского завода «Красный богатырь». Сегодня здесь, на этажах когда-то процветавшего предприятия, расположились арендаторы: юридические фирмы, туристические фирмы, салоны красоты и другие организации....
Стройка началась с возведения тёмной башни, нависающей на её окраине за самым котлованом. Наскоро сколоченное деревянное строение должно было известить всех, начиная от главного инженера и заканчивая вороньё, что скоро здесь появится очередное бетонное чудо, коробка в девять этажей, внутри которой зажгутся лампады и будут орать христианские младенцы, поедаемые заживо евреями-строителями (хотя где вы видели хоть одного еврея-строителя)....
В проёме небольшого трехэтажного здания, служившего ранее скорее всего неким административным центром заводоуправления, стоял мальчик. Лицо мальчика подсвечивала скупая недоношенная Луна, которая огрызком ногтя цеплялась за небо. А рядом с нею, угревой сыпью, были хаотично разбросаны звёзды....
В тупом повиновении люди сидели в очереди неподвижно, будто их отключили от всех аппаратов нужных для жизнедеятельности. Лишь одна, полностью седая, старая моль, нарушала это единение. Она постоянно елозила на стуле. Складывала руки с крючковатыми пальцами на коленях, поджимала ноги, обутые в стоптанные кеды, которые когда-то производила ныне уже несуществующая республика Югославия....
