|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Было дело:: - УльпанУльпанАвтор: отец Онаний Два самых тупых ученика в классе по изучению иврита- два Якова, я и еще один негр из Белиза. Того звали Яков Янг, поэтому училка прозвала меня Яков Олд. Яков Янг был черен как дорогая порода дерева, пейсат и вообще кошерно одет. При этом он был фанатом жестоких южнокорейских триллеров и барыжил айфонами ввезеными нелегально из Штатов. Хороший мужик, иврит ему так же как и мне не особо был нужен. Остальные в группе прилежно грызли незнакомую тарабарщину.Меня часто гнобила училка по имени Тиква, что в переводе означает надежда. Я так и звал её- Надюха, как в "любовь и голуби", именно с такой интонацией. Думаю, она меня люто ненавидела, но даже выгнать с урока не могла, ведь по из менталитету я тут же пойду и пожалуюсь на неё и её уволят. Странно там всё и непонятно. А мне что, я развлекался. После уроков шёл на работу в дом престарелых и развлекался с памперсами и вставными челюстями. Скучать было некогда. Группа у нас практически вся состояла из россиян, плюс Яков Янг из Белиза, Андрэа из Колумбии, хохлушка Марина и эфиоп, просто эфиоп, не помню как его звали. Эфиопа заебывали насчёт поедания жирафов и бананов и он немного злился. Иврит он также как и я нихуя не понимал, но делал вид, что всё тов меот. Возможно, этот людоед мечтал нас всех сожрать, но жрать россиян - не кошерно, учи матчасть, сука. Андрэа вообще вышла замуж за колумбийского еврея и так попала в Израиль. У неё спрашивали когда же она принесет кокс. Еще у Андрэа были большие сиськи и короткие ноги. А вот какие огромные сиськи-сисяндры были у Марины, словами не описать. Когда Марина шла по улице у всех местных чуваков вставали пейсы, такая была Марина. Но у неё был муж алкоголик и Марина никому не давала, потому что любовь-зла. Экзамен в ульпане я сдал еле-еле на трояк. Мне выдали бумагу с печатями Сиона, которая гласила, что теперь я знаю иврит на гимель (трояк) и поэтому не стоит особенно у меня что-то выспрашивать. Получив заветную бумагу, я слинял из Цфата в пригород Тель-Авива. Якова Янга я больше никогда не видел, надеюсь его не попалила местная миштара. Теги: ![]() 0
Комментарии
#0 11:14 10-12-2020Лев Рыжков
Хороший мемуары. Каюсь, грешен Еше свежачок
Глава 1. Запах формы
В городе сначала исчез запах хлеба, а потом — запах страха. Остался только запах формы: влажной, синтетической, с примесью дешёвого табака и старого металла. Этот запах стоял в подъездах, в служебных коридорах, в лифтах, где зеркала давно не отражали лица, а только должности....
Дома окружают, как гопники в кепках,
напялив неона косой адидас, на Лиговке нынче бываю я редко, и местным не кореш, а жирный карась. Здесь ночью особенно страшно и гулко, здесь юность прошла, как кастет у виска, петляю дворами, а нож переулка мне держит у печени чья-то рука....
Когда я был отчаянно молод я очень любил знакомиться с девушками. Причём далеко не всегда с очевидной целью запрыгивания к ним в постель, а просто так. Для настроения. Было в этом что-то безбашенное, иррациональное, приятно контрастировавшее с моей повседневной деятельностью в качестве студента-ботаника физико-технического вуза....
Позабудешь осенние дни, полустанок,
Напряжённые рельсы, фанерный клозет, И дороги пылящие Таджикистана - Все, что было, да сплыло, чего уже нет; Дни, что вышли монетами из оборота, И себя, как винтажной страны раритет. Артиллерией вечности выбита рота....
У Хемингуэя есть книжка “Победитель не получает ничего”. Вроде бы это сборник рассказов - не знаю. Я увидел книжку с этим названием в школьной библиотеке, куда притащился за Ритой Кирюхиной. Она пришла сдать книжку, а я увязался за ней, ну потому что вдруг посреди урока увидел, как в свете солнца сияют мочки ее ушей и весь оставшийся урок не мог оторвать взгляд от этих розовых мочек и темной родинки на шее....
|


