|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Не о чем говоритьНе о чем говоритьАвтор: Корень Белкина Помню, как через двадцать лет стукнуло в голову наведаться в "детство свое". Собиралась не один час. Тщательно подбирала одежду. Безупречный макияж, прическа "волосок к волоску". И пошла. После трех пересадок и пятнадцати минутной прогулки, стою в начале (или конце?) улицы, ведущей к себе прошлой. Дурацкое название "Хоккейная". По мне так ее прежнее "Малая непроезжая" куда больше подходило, прямо вот идеально.Широкая асфальтированная улица, с пятиэтажками с одной стороны и трехэтажками с другой, с качелями, зелеными двориками, смешными клумбами и крашенными скамейками, резко обрывалась, упираясь в серый штакетник, кривой и ветхий. Начинался "Шанхай". Размытая дождями, а затем засушенная ветром и солнцем в причудливых формах узкая дорога, пахла пылью, золой и ржавыми гвоздями. Домики старенькие, опирающиеся на клюку времени, с палисадниками, собаками, подслеповатыми окошками, с отшлифованными до блеска лавками, с уродливыми табличками, оповещающими о месте своего пребывания, замученными и потрескавшимися рябинками, почерневшими скворечниками, с приведениями моего детства. Шла, как "Русалочка", которой подарили ноги, но каждый шаг впивался тысячами иголок. Здесь мало что изменилось. Разве что добавилось морщин, седых волос да натуральные зубы заменили вставной челюстью. Пустырь, на котором мы играли в футбол, войнушку, пили три семерки, целовались и дрались, уничтожили идиотским домом из белого кирпича. Ни души. Во дворах еле слышная возня. У меня сердце ухало филином. дыхание сбилось, вспотели ладошки. Подошла к "своему дому". Вот он, барак-засыпушка на два хозяина, с покрытой рубероидом крышей, с забитой опилками завалинкой, с огромными ранетками в палисаднике, деревянным тротуарчиком во дворе. с шуршанием собачьей цепи, с тонким голоском "привет, Пальма". На меня обрушилось все и сразу. Как водопад. Хрустнули позвонки, заныли переломанные воспоминания. Зачем я здесь? - за новым и чужим забором ухоженный огородик, картошка, морковка .... нет ничего, нет ... все, что осталось - это трухлявый пень, некогда бывший огромной ранеткой, бесившейся в мае до белой пены, к концу октября превращающейся в "мятные" крошечные ягодки. Долго курила на соседской лавке. Мимо меня проходили мои детские хулиганы-пацаны. но никто из них не узнал меня. Никто. И я ушла. Потом нашла их в соц. сетях. Пара сообщений, холодных и никчемных, как плевок. А мне так хотелось с ними посидеть, поболтать. Да видно не о чем нам говорить. Теги: ![]() 9
Комментарии
#0 13:17 07-02-2021Лев Рыжков
Всё по правде, чо. Детство хулиганки. У У меня на Берсеневской набережной были такие домишки-дворики. Похоже. Плюс. Грустно, блин. Хорошо, што у меня иначе вышло, в плане поговорить. Но это случайно. Чаще у всех вот так. Хорошо. У меня такая же песня. Двор детства недалеко от тёщиного дома. К тёще приезжаю раз в пять лет, раньше - чаще. Смотрю на двор издалека, на окна, но ближе не подхожу. Там другие люди живут везде, поговорить не с кем буквально Как правило, возвращение не удается. Которого ждешь. спасибо Еше свежачок
В мае лило без устали, словно само Небо решило наконец-то вымыть землю от всех её старых грехов. И в начале июня дождь не унимался — он шёл ровно, упрямо, с тем терпением, с каким только умеют ждать очень древние вещи. Днём ещё случались просветы: солнце вдруг выглядывало, бледное и усталое, точно странник, который слишком долго шёл по небу и уже не помнит, зачем....
Обрести тишину
Эд сидел в кухне и не знал, как жить дальше В кухне было темно, только уличный фонарь пробивался сквозь щель в шторе и рисовал на стене дрожащий прямоугольник, похожий на дверь в другое измерение. Эд сбежал бы туда, не раздумывая.... Любви печальной красная морошка,
Царица северных нахмуренных стихов. Она кислит. Не сильно. Так, немножко, По-петербургски, пушкински, легко. Ей не хватает солнечного жара, Созреть мешает облачная тень. Дуэльных пистолетов мстится пара....
Если б не вел к могиле алкоголь,
не грызла по утрам виновность злая, то что б я делал? Расскажу, изволь - я пил бы день и ночь, не просыхая. Я был бы весел, щедр и певуч, без всяких там запросов и амбиций, не лжив и прям, почти как…Солнца луч и безобиден, словно в фильмах Вицин.... Эпоха стойкой чёрствости сердец
сменилась заключительной эпохой. Великий всепрощающий Пиздец стоит у ленты финиша. И похуй. Слова, переходящие на «SOS», тревоги птиц, растущие в сирены, и сердце — просто пламенный насос для перекачки горестей Вселенной, обычной нефти — топлива кишок для радости и здравия утробы.... |


