Правая сторона

Автор: Вано Махнадзе " ... и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов – по левую»
(Мф. 25:31–33).
Я уже был в ста метрах от судилища. Смотрю - мошенник идёт по правую руку Спасителя. Взял у меня, козлина, сто тысяч баксов в 2008 и слился в туман. Баба Клава, ветеран ВОВ и страдалица, помню, говорила: "мошенников хоронят за оградрй". И как так?! Спрашиваю у рядом стоящего ангела:
- Ты видишь кого пропускают? Он же людей перекидал кучу и еще цыган наполовину.
- Да, перекидал много, потом у него бандиты с ментами все забрали. Спивался, на старость лет при паллиативном центре ухаживал за умирающими. Вот Господь и помиловал, - ответил ангел.
Ну, думаю, ладно - у самого мама там лежала, насмотрелся. А вон ещё дружбан детский идёт, он в пятнадцать лет мальчику девятилетнему несколько раз давал сосать под угрозой, что изобьет. И тоже идёт с людьми по правую сторону! Это что такое вообще происходит?
Спрашиваю ангела:
- Ну ты знаешь про него, верно?
- Да, - ответил ангел, - после армии стал пожарным и, обгорев, продолжал спасать людей. Вылечился потом, только лицо сильно сжег, дослужился до полковника. Естественно, об этих своих поступках переживал всю жизнь, каялся.
- Ха, каялся, - я засмеялся, - а как мальчик тот жил? У него же психика поломанная от насилия.
- Каждому свое, - ответил ангел. - Ты же рядом стоял, почему не остановил?
Стоял, не остановил, говорил, что не надо так. Ну да ладно, если ему простили, то за стояние рядом по-любому мне простят. Сейчас главное, чтобы меня в правую очередь пропустили. Волнуюсь немного. Так то нормально вроде жил, шибко не косячил. Или косячил? Возьмем работу. Много полезных дел для родины сделал, вопреки всему, полздоровья ей отдал уже в тридцать лет. А когда ушел, то люди сказали - пил, ругался. И все. Семья - здесь один длинный косячина с моей стороны, такие мудачества даже я бы не выдержал. Особенно когда по синьке.
Хреновы то дела мои, наверное, не хочется, чтобы вечность черти раскаленный лом в мою жопу засовывали. Пойду ангела спрошу.
- Приятель, а ты можешь в списках меня посмотреть? Так-то я много хорошего сделал, надеюсь, что Христос помилует. Ну чтоб поспокойнее было ждать - глянь, а?
- Извини, ничего не могу сказать, - ответил ангел.
- Ну как не можешь? Ты же про этих двоих всё знаешь. - С упреком спросил ангела.
- Да, про людей знаю, но куда пойдут - на месте разберутся.
Блиин, а здесь может всё иначе, чем я думал - ну типа работал, семью обеспечивал, маме помогал и все такое. А тут вон как. Священника нужно найти, чтобы исповедовал.
- Люди! Есть священнослужитель? - закричал я над толпой, которая уходила за горизонт, как на рок-фестивале. Людская масса слегка раскачивалась, но никто никого не давил. Ангелы и святые помогали регулировать поток. Серафимы летали над людьми и стояла гнетущая тишина. Мы все были в телах, но при этом как в параллельном мире или эфире. Состояние похожее на дежавю.
- Я отец Владимир! - крикнул метрах в двадцати кто-то.
- Отлично, батюшка! - ответил я, пробираясь к нему.
Подошел, поздоровался, говорю:
- Отец Владимир, я тут прогнал свою жизнь и хочу исповедоваться, иначе дальнейшая судьба неизвестна. Сами видите, что только одну тысячную по правую сторону пропускают.
- Бздишь, сын мой? - спросил священник.
- Ещё как, батюшка.
- Исповедовать то могу, что-то подсветить могу - где согрешил, а может надумал лишнего. Но снимает грех то Судия, а не я.
- И что делать?
- Вспоминать всю жизнь, я так и делаю, - ответил священник.
Так, всю жизнь значит. Знаю, что от семи лет человек отвечает за поступки. Что там у меня - ага, так, здесь нормально, здесь тоже, а вот Санек ... У Санька, друга детства моего, мама умерла во втором классе. Помню, как он пришел на первый урок и грустно сказал учителю об этом. Нам рассказал как она умирала - шумно вздохнула три раза и все. Зима в том году стояла снежная, дороги не чистили. Я представил, как худой мальчик Саня пробирается в темноте в школу и как ему страшно и одиноко. А через месяц мы играли на ледовом катке, Саня вел себя тогда по-идиотски. Надо мной, толстым, смеялся. А догнать я его не мог. Разозлился тогда и сказал - а у тебя мама умерла, без мамы ты теперь. Санька сразу поник и ушел домой.
- Саня, Саня! Саня!!! - орал я во весь голос, аж батюшка подпрыгнул. - Сашааа! Где ты?!
- Ты чего орёшь? - Спросил отец Владимир.
- Санек нужен, - понимаете, батюшка, - очень нужен. Он же скололся в начале 90х, сел за организацию притона, мы, естественно, не общались. А так бы при встрече - привет Саня, чо как, обнял бы его, извини, друг.
- Санька, значит, вспомнил, - грустно ответил священник и тяжело вздохнул. - А я тут Васю, соседа по парте, вспомнил. Только нет его рядом, где ж его здесь найдёшь.
- И что делать? Скоро же совсем, день, два.
- Вспоминай, сынок, вспоминай, - ответил он, - и не отчаивайся прежде времени.
Я почесал бороду, осмотрелся по сторонам - ангела донимала какая-то сумасшедшая баба.
Непростая работенка у ангела.
Ну так что, поехали - Санька, привет, ты же душой меня слышишь, прости друг, хуево я тогда сделал. Не знаю где ты сейчас, надеюсь, по правую сторону прошел или пройдешь, ты же добрый и простой пацан. Ээх, Саня. Ладно, что уж, пошли дальше, третий класс, что там ...