|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Про любовь:: - Последнее танго в ПарижеПоследнее танго в ПарижеАвтор: Напополам
[ принято к публикации 13:15 18-03-2022 | Лев Рыжков | Просмотров: 762]Кружится земля, небеса. Я больше тебя не увижу: сухие от боли глаза. По капле минуты стекают: то годы иль дни – все равно. Париж, я тебя отпускаю, как в старом забытом кино. Сутулясь, не пряча досаду, уходишь, ругаясь, в ночи… Париж, понимаешь… так надо. К мечте потерялись ключи. Над Сеной лиловой и грязной, как скула небритой щеки, туман женской тушью размазал субтитры свободной любви. Теги:  -2 
Комментарии
#0 13:15 18-03-2022Лев Рыжков
Романтично, чо. скУла? Тогда нужно было и тангО использовать, гг Последнее тангО в Париже… Земля кружится, небеса. Тебя я больше не увижу: от боли высохли глаза. «Щеки-любви» просто шедевр, ггг Я больше тебя не увижу,- Бессовестно пропил глаза. #0 да, Лев, мы еще могём тряхнуть стариной, если приспичит) ну, в смысле... наше поколение, выросшее не на суррогатах #1 тангО ...это в бананово-лимонном Сингапуре, дядя. Из другой оперы. Ты чо то перепутал. #3 - я тебе про ударение в "скУле", каза. Не путай с олдскулом. #4 козел, дядя, тут только один. Который не умеет разговаривать с дамами. Жарь своего заморского угря и не учи любить Родины и писать стихи. Да, знакомо + Молодец + Еше свежачок Ты мой птенец, котëночек и пупсик.
Храню тебя, как птичку, на груди. От красоты твоей тащусь и прусь я. Приди ко мне в объятия, приди! Люблю тебя, как эскимо в день летний, Зимой с корицею горячий грог, С картошкой жареной говяжую котлету....
Занавесить сны снегом
и попробовать улыбнуться. Её поцелуи - изморозью на стекле пишут: заткнись, лежи, не пытайся проснуться. Встретимся в ёбаном феврале. Ты будешь диким, иссохшим и мрачным. Я буду в секонде мерить юбки. Я твою ду́... Они жили в этом чувстве. Жили друг в друге. Жили друг для друга. Радовались, смеялись, грустили, переживали, строили планы. Он смотрел ей в глаза и понимал что отдаст за неё всё что угодно. Даже собственную жизнь. Только чтобы уберечь её от всех невзгод, ото всего плохого на этой земле....
О междуножье, междуножье —
ты меня манишь, аль манИшь опять туда, по бездорожью, где мандавошки злые лишь; туда, где триппера туманы тяжёлым маревом висят; туда, где высохли фонтаны, когда мадам’с за пятьдесят! Опасен тот поход бывает — на то он, други, и поход!... |
