Квест-хоррор

Автор: отец Онаний Бывало приедешь в Лисий Нос и ничего удивительного не увидишь. Разнеженный посёлок, и, я бы даже сказал, скучный. Лишний раз поругаешься на себя, зачем, мол, переться в такую даль из-за ничего. Из-за Финского залива да и только.
А в этот раз кое-что случилось. И самое что ни на есть удивительное.

Есть в посёлке Лисий Нос старая заброшенная ветка железной дороги. Рельсы её быльем поросли да кривыми берёзами. И если уж собрался по ним идти вперёд до самого горизонта, то смотри под ноги и не зевай. А как спрашивается не пойти, если они есть, рельсы. Ноги как-будто сами сворачивают на эту дорожку. Идём мы с Марусей через тернии к старому заброшенному пороховому складу. Болтаем всю дорогу, сиськи мнем. Вдруг слышим, будто бы паровозный гудок где-то впереди. Быть такого не может. Сквозь рельсы уже молодые деревца проросли. Шпалы местами сгнили. Насрано. Сто лет в обед ни одного состава здесь не должно проходить. И снова паровозный гудок.

Мистика? Хоррор? Или самый обычный Санкт-Петербург…

А ещё раньше, мы заметили, что коров в посёлке много. И особенно в районе этой заброшенной железной дороги. Пасутся и черт бы с ними, рогатыми. Но поселок считается элитным. Может это какой-нибудь приморский дауншифтинг или фриганизм. Только в очень извращенном виде.

Идём и видим вдалеке чья-то жопа сверкает. Ну как сверкает, просто жопу увидели. Я сразу так и сказал Марусе:"гляди какая жопа, сморщенная, как гриб сморчок». А ещё сразу песню БГ вспомнил: «Наша Ефросинья зависит от момента,
то божественна, а то амбивалентна». Значит кто-то на рельсах гадит. Нехорошо, конечно. Так и вляпаться можно. И снова звуки всякие. То коровьи, му да му, то будто бы паровозные, ту-ту, а то просто пук. Мы ускорились. И тут…

По заброшенной железной дороге проехал, невесть откуда взявшийся, поезд, как-будто мы попали в фильм «Прибытие поезда на вокзал Ла-Сьота» братьев Люмьер. Сбил корову, мирно жующую вросшую в рельсы, словно ногти, траву. Корова отлетела от паровоза и убила срущую на рельсах бабку-грибниху.

Вопрос первый: откуда взялся на заброшенной железной дороге паровоз?

Вопрос второй: бабка что, лучше места для справления естественных неестественных нужд не могла найти?

И, вопрос, третий, риторический, какого хуя?

Лисий Нос в тот день перестал быть обычным элитным посёлком на берегу Финского залива. А корова, как пассивный аспект созидательных сил Вселенной, нарушила сонное марево обителей этого посёлка. Её разорванное вымя обвело молоком, словно указыв Млечный Путь, труп бабки. И, если корова, была, есть и будет символом, то бабка- это просто бабка, коих и так дохрена и больше. И вспоминать её не очень-то и хочется. Полумесяц рогов указывал точное направлениенаправление — нахуй — это вон туда. Так что мы ни на секунду ни усомнились, что идём правильно. А паровоз, как же основной виновник трагедии?

Так не было никакого паровоза. И бабки не было. И коровы. И рельсы давно мхом поросли, как бабкина манда. Но только когда мы это поняли, уже смеркалось. И стояли мы у трёхэтажного здания бывших пороховых складов. Устрашающее зрелище. Обвалившиеся колонны. Сатанинские графити. И сторож-пигмей, появившийся из темноты, с расстёгнутой, не пропорционально большой ширинкой, верхом на огромной чёрной собаке породы Водолаз. Он сразу стал отсель грозить шведам и прочим сатанистам. Рисовать не умеют, только поганят. Поймаю, отпизжу, а потом отмудохаю. Вот такая туристическая справка.

А нас всё не отпускает. Бабка, корова, поезд… И вот мы уже в пороховых чертогах. На втором этаже сатанинская звезда из малярного скотча. В центре её головешки. На стенах полотна одно хлеще другого. Холодно и страшно. И очень писать хочется.

Как выбирались — особо не помнили. По дороге попались нам две лягушки. Одна большая с красной спиной тащила на себе маленькую, которого мы сразу нарекли Ашотом, пристроившим своего гуся к несчастной толстой женщине. Очень даже похоже. Лягушки нам и указали примерный путь до станции. А Маруся за это попыталась освободить лягушку с красной спиной от её любовника-халявщика, вдоволь потыкав веткой лягушке-ашоту в жопу. Но победить гендерное неравенство не получилось. И мы пошли туда, куда указывали выпирающие глаза личинки Семена, найденного Марусей на неопознанном грибе, во время справления естественных нужд под ближайшими кустами вербы.

Посёлок Лисий Нос так и остался для нас загадкой. А для любителей квестов-хорроров — лучшим местом в ближайшем Петербуржье.