[ принято к публикации 22:45 03-12-2023 | Лев Рыжков | Просмотров: 620]
..
в детстве я читал труды Канта. он соответствовал своему имени, если упереться в английский жаргон. "пизда".
при жизни он рёк, что мир не материален, и пиздел пока не умер. и некий злословный шутник нацарапал на его памятнике обидные слова. "теперь ты знаешь, пизда, что мир материален.."
тогда мне казалось это смешным. а теперь, в нежных объятьях смерти, я понимаю, что Кант был прав. долго ли, коротко ли, но мир меняется. чем ближе к точке невозврата - тем стремительнее. это хорошо, это правильно. мы не должны застывать, как мухи в янтаре, мы обязаны развиться в существо, обладающее настоящим разумом, а не набором трёх инстинктов: пожирание, репродукция и доминантность.
единицы из миллиарда людей превозмогли свою скотскую сущность, и создали то, чего ранее не было в природе и в обществе. раньше их за это сжигали. или сжирали. теперь просто игнорируют, или, при упорстве их линии, закрывают в дурдом.
и люди теперь гниют. ни телом, ни мозгом, но сердцами. это аллегорическое сравнение, ибо сердце символизирует совесть. это странная субстанция, не могут учёные воссоздать её ни с помощью химии, ни с помощью электричества, ни атомной магии. это философская проблема, и каждый, кто ощутил в себе эту частицу, пусть помнит, что он не зря топчет землю, и занимает место под солнцем, пусть знает - что он способен создать новое, и тем пусть живёт и учит живых людей.
а не нас, с гнилым сердцем.
1. Жил старик со своею старухой у серозеленого моря, старик коптил местные шпроты, старуха писала доносы Хоннеккеру на соседей, но Эрих сменился на Коля, Шрёдер послал её нафиг, а старый отправился к Тору, и только сигналы на пирсах - издревле зелёный и красный - вспыхивают, как стемнеет, для всех кораблей в Варнемюнде....
В том сражении, когда лазурь небесная почернела до тона воронова крыла, а перья стрел затмили солнце, ядовитое жало, смазанное черным соком белены и дурмана, коснулось его правого ока. Смерть, стоявшая рядом в ливрее из умбры и тени, уже простирала костлявую длань, но эта упрямая акварелистка –жизнь, не отпустила кисть....
Во дворе, где тени деревьев колыхались под ласковым заходом солнца, словно это были мудрецы из древних китайских книг, сидели на потертых стульях, погружённые в бесконечную игру судьбы две фигуры молодых людей. Перед ними лежала не просто настольная игра, а символ случайности и предопределения, разыгрываемый в пространстве между временем и вечностью....
