|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Про любовь:: - В постели с врагомВ постели с врагомАвтор: отец Онаний При долгой пересадке через Китай, авиакомпания China Southern airlines предлагает своим пассажирам бесплатный отель. Спасибо ей огромное за это. Но если ты путешествуешь один, то тебе дают место в двухместном номере. И вот я, прилетев в Гуанчжоу, попадаю в номер с пакистанцем. Типичный террорист с плаката "их нужно знать в лицо".Пакистанец спрашивает меня "вера ю фром"? Моё еврейское очко моментально сужается до микрона и я, естественно, отвечаю "Раша". "Имран", - говорит он и протягивает мне свою могучую террористическую руку. Я мнусь с ответом. Но он всё-таки спрашивает "вот из е нейм ?". "Якуб",- отвечаю я. "Муслим?",- переспрашивает он не скрывая радости. "Ноу, христиан",- как бы извиняясь, отвечаю я. На этом наш диалог был закончен. У обоих английский оказался не на высоте, так что о Шекспире сегодня не поговорили. Перед сном был намаз. Не у меня, у соседа. Я старался даже не дышать. А Имран отбивал такие поклоны, что я чуть было сам не уверовал и не сказал в заключении шаббат шалом. Потушили свет. Легли спать. Каждый на своей кровати если что. Под подушкой "горел синим пламенем" мой израильский паспорт, и мне казалось, что он буквально светится в темноте, как иранские ядерные объекты, которые все ищут, но никто не может найти. Имран похрапывал, но я-то знал, что он только выжидает момент когда я засну, чтобы отомстить за всё. Мне? За всё? За что блядь?! В общем я всеми силами решил сегодня не спать. Жить то хочется. Домой, к бабушке, хочется. Имран храпел уже более громко. Я думал, может напасть первым и не мучаться. Если бы я был из массад, поступил именно так. Взять подушку и удушить нахуй. Или ну его нахуй... Дилемма. Хотя сделал ли что-то плохое Пакистан для Израиля я точно не знал. Но на всякий случай решил действовать на опережение. А потом, видимо из-за стресса, я заснул. Сам не заметил этой подлости. Даже руку из трусов не вытащил, так и вырубился. И снились мне бескрайние кукурузные поля, пробираться через которые было довольно трудно. И вот я выбираюсь на поляну, где вся кукуруза примята в некое подобие круга и вижу там двух голых мужиков занимающихся этим. Ну вы поняли. Короче два голых мужика играли в "ножички". Старая детская забава. Почему голые- это же сон. Подхожу я ближе и вижу, что мужики эти - я и мой сосед по номеру Имран. И Имран ведёт в счёте. Его обрезанный хер болтается доставая залупой до пыльных кукурузных початков, которые лежат повсюду. Сам он не то чтобы черён, но довольно смуглый. А я, который играет в "ножички", выгляжу как зародыш цыплёнка по сравнению с соседом. И игра у меня не клеится. И до початков ничего не достаёт. А потом прозвенел будильник, который вырвал меня, как гнилой зуб, из сна. Открыв глаза я увидел над собой улыбающуюся рожу Имрана. "Брекфаст, шоу ту брекфаст",- известил меня террорист. Я вытащил руку из трусов, которая за ночь успела слегка онеметь и теперь приятно покалывала и помахал ему перед носом- "ок". А потом был долгий десятичасовой перелёт из Гуанчжоу в Москву. Таким образом я спасся и от погибли от рук возможного террориста и от позора проиграть в "ножички". Теги: ![]() 0
Комментарии
#0 15:01 08-10-2025Седнев
Восточные мотивы Сначала показалось, что автор использует новый стиль, но игра в ножички возвращает в привычное русло. Конечно не хардкор как с художником, но тот самый отец Онаний. Можно сказать «гни свою линию», но и интересно было бы что-то в таком оформлении, как в начале произведения Лёг с врагом в одну кровать, Ну и как давай его! ..... Теперь он не друг и не враг, А вот как-то так.... Чем-чем ты помахал у него перед носом? гг Было смешно и неловко одновременно- зацепило. Но моментами уходит в стереотипы, и это сбивает. Чуть больше самоиронии Отец— и было бы вообще отлично. Спасибо Это ж правда))) Как на духу Отец))) Еше свежачок О междуножье, междуножье —
ты меня манишь, аль манИшь опять туда, по бездорожью, где мандавошки злые лишь; туда, где триппера туманы тяжёлым маревом висят; туда, где высохли фонтаны, когда мадам’с за пятьдесят! Опасен тот поход бывает — на то он, други, и поход!... От пылающих солнц
прорывались потоки огня, гимны дальних светил и хрусталь лучей. Ты на каждой планете летала на поиск меня, пальцы протуберанцев тянулись ко мне и тебе. Твердь смещалась, рвалась к фотосфере звезды, испарялась вода.... Взвесь из капель. Озябшие птицы. Столбы. Провода.
И так хочешь быть кем –то, кого она ждёт. Электрический свет. Пропитавшая небо вода. И ты веришь –ты тот, о ком где-то грустят. Ты живешь в тех мирах, где уже разучаются ждать. Обитатель вселенной, где любят одну....
Ты там, опять… Безликий ходишь ты
Среди других, безмолвных и незримых, Ты там, где Атлантида родила Моих богов, уже неповторимых. МОЙ мир чуть жив, мой мир почти потух, Мир без героев, в общем — без злодеев. Мой мир неописуемых чудес, Мир пауков, зеркал, машин, музеев.... После пяти лет — она ушла. Без истерик. Без хлопанья дверьми.
Просто дождалась, пока я вернулся с дежурства, и сказала: — Всё. Хватит.Я ухожу. Сказала, что живу в больнице. Что со мной ничего не спланируешь — вечно вызовы, дежурства, пациенты.... |


