Все тексты

Любимый город, спи спокойно:
Кому-то завтра будет больно.
Кому-то завтра станет страшно.
Но это, право же, неважно -
Подумаешь, бараньи души
В Шушарах грязных и в Колтушах

Подставят глотки против воли
Под нож - такая видно доля....

Люблю я водку квасом запивать.

И голых женщин трогать за лодыжки.

И бегать за собаками в припрыжку.

А после снова, водка, квас, кровать.



Но этим летом, все пошло под хвост.

Кому не знаю, и не важно это.

Ведь вроде даже водка, бабы, лето…

Но как художник, я испортил холст....

Путь по Грани миров, как по
кромке клинка -
Между Светом и Тьмой,
между жизнью и смертью.
И так хрупок тот мир, что мы
держим в руках.
Мир, в который другим так
непросто поверить.
Боль от ран на душе и
закрыты глаза .
Для чего взгляд вперёд, если
путь прям и ясен....

Я к воде спустился по ступенькам.
Волны бормотали о своём.
Как входить мне в воду: помаленьку
или сигануть в один приём?
А Нева ленивая такая,
ничего в ответ не говорит.
Просто... жизнь моя, а не чужая
проституткой сломленной лежит....

Такая нам досталась доля -
Нам не прожить без алкоголя.
Я повторяю вновь и вновь,
И разбавляю в венах кровь
Любым спиртным, что лезет в глотку:
Я пью пивко, а также водку.
Не брезгую и веществами,
Ведь не легко общаться с вами,
Когда я трезв, не пью вина....

Прощайте, Литпрома бескрайние степи!
Мариной Цветаевой ночью утешусь
И в час, когда звёзды погаснут на небе,
На крепком суку за деревней повешусь.

А после вороны на ужин слетятся
И выклюют всё, что для пищи годится.
И будет мой труп на верёвке болтаться,
Вперяя в пространство пустые глазницы....

Жил-был Помидор.
Неказисто жил, в холодной тесноте ящика для овощей, который извлекли из приговорённого к помойке холодильника ЗиЛ, 1969 года, да и оставили, должно быть, умилясь его сохранности. Тёрся Помидор своими пластмассовыми боками о растопыренные в немом ужасе пальцы шершавых пупсов и - страшной своей похожестью на человечью - кожу оплешививших медведей....

Знаете, в юношестве на меня напал дракон. Не злой и страшный, как это с ними обычно бывает, а этакий ласковый нежный змий-горыныч; правда лукавый. Годам к пятнадцати он обвил меня, обкидал кольцами, что тот питон, и стал аккуратненько душить, доставляя при этом некоторое удовольствие....

...Жара... Солнце неподвижно висит над Сан-Канцианом и Клопайнерзее. Кажется, что оно пеньковыми канатами принайтовлено к земле.

Карл любовно расправляет закладку, вкладывает ее между страницами, захлопывает книгу и задерживает на мне взгляд....

Есть люди, искренне удивляющиеся тому, что я просыпаюсь после полудня, когда все «нормальные» возвращаются (да нет – сваливают) с работы домой. Им невдомёк, что ложусь спать я на рассвете. А если узнают, укоризненно качают головой: мол, в клинику пора пациенту....

То ли сказка, то ли нет.


В смутные времена видимость почти на нуле. Все в дыму далеких угроз, все в тумане возможных военных действий. Люди ходят на ощупь – боятся углов. Подозревают друг друга, ищут врагов. Друзей уже не разглядеть, недругов пока ещё не видно....

жизнь катится в прорубь
мозг дует на вену...
вспороты штампы всех революций
я на итоге пробую пульсы
мне врач сказал у вас СпИд...
это наверно грех имбуцид,
я же как грезы пошел не тая
сердце дышало, а тело трава
кости болели.....

Лилита, женщина из грёз!
Досаду, ревность я разрушу.
Ты растворила в соли слёз
Нерастворяемую душу.
Самоуверенна, резка,
Насмешлива и беспощадна.
Могла составить мое счастье,
Я это знал наверняка.
Нет, жизнь втроём мне не близка,
И тяготит быть вечным гостем....

Ярким лунным лучом на страницах полночного неба
Я тебе напишу, между звезд, рассыпая слова.
На границе миров, где рождается быль, тает небыль.
Напишу тебе то, что сказать до сих пор не смогла.

И открою секрет, что Вселенная каплею в море,
Растворяется в миг, когда взгляд твоих глаз я ловлю....

Посвящается всем познавшим муки неразделённой любви...

Я по пятки влюбился в неё,
Или по- уши, как вам угодно,
Переполнилось сердце моё,
Чувством трепетным бесповоротно.

Вожделея, а чаще кляня,
Я томился в любовном остроге,
До того волновали меня,
Её длинные стройные ноги....

Кошка и собака.

- Что у нас на завтрак, кошка?
Неужели снова кошка?
- Ты не угадал, собака.
На обед у нас собака.

Любимая меня со всеми любит..

Любимая меня совсем не любит.
Со всеми - любит. Но ни в коем одного.
Любимая меня со всеми любит,
но не могу понять я одного:

Любимая меня совсем не любит,
а я люблю ее, да так, что ого-го....

По папе - эстонец.
Из города Таллина.
По маминой крови - еврей.
Люблю, что пиздец,
Я Иосифа Сталина
И водку от всяких хворей.

Ты скажешь мне прямо:
- Ведь так не бывает,
Ведь Солнце не дружит с Луной!
- Пошли со мной в яму;...

Над выцветшим покрывалом лиц -
Неспелого дня кусок.
По осени линии тех границ,
Что нам отмеряют срок,

Становятся явственно горячей.
Сдувая листву с крестов,
Сентябрь никогда не бывает чей-
то, как прыгающие с мостов.

Уверенным жестом за ворот взяв,
Он вытрясет все долги,
Безжалостной памятью замарав
Блестящие сапоги....

Никто не знает, какой День Рождения станет последним.
Сорвется с неба отравленный дождь тихим утром весенним.
Сойдет с ума, в черный выкрасит цвет перья ангел-хранитель.
Столкнет с моста на семь футов под лед лживый путеводитель.

Никто не знает, когда южный город сотрет ураганом....

Перебор… перезвон… перепев…
перепляс — и легонько на цыпочки…
— Мне воспеть бы тебя, перепев
все свирели, гитары и скрипочки.

Откровение… окрик… отрыв…
отклонение в «ре» — и токкатами…
— Мне тебя одарить бы, отрыв
все на свете дублоны с дукатами....