Все тексты

...

А он не хочет знать, что я на остановке
Ладони прячу в тканях рукавов.
Я подготовлюсь как-нибудь к зимовке
И выйду за пределы его снов.

Но только рваные сиденья не согреют,
И стекла дребезжа не подпоют
Мои глаза скорей всего дотлеют,
А он не будет знать, что я люблю....

Брошенный всеми, забытый и посланный,
Лег на траву с пожелтевшими листьями.
"Сдохнуть - не сдохнуть",- так думал набросками.
Виделся путь в никуда очень радостным,
Правильным, истинным, тонко логическим.
Здесь как в плену всё наполнено гадостью,
Мучиться не было смысла стоически....

Солнце палило нещадно, казалось, зной сконцентрировался на территории маленького дворика и жестоко выжигал всех, кто там находился. Горячий воздух дрожал и улетучивался куда-то вверх, подальше от нагретой земли.
Снегирёв моргнул, пытаясь избавиться от попавшего в глаз сигаретного дыма....

Если со мной что-нибудь случится, не вините смерть, так как я уже мертва давным давно. Вините всех, кроме неё. Смерть безгрешна! Если вы ищите скрытый смысл- здесь его нет. Всё проще простого: я- это я, а вы- это не я; вы- это лживые свиньи, в чьих руках марионетки бытия....

Я люблю гулять в парке. Золотой осенью. По хрустящим, словно чипсы, листьям. Холодно. Я в своём любимом плаще. Любимая широкая шляпа. Осень что-то забирает у нас. Что-то нужное и непонятное. Людям не хватает тепла. Девушки наряжаются в шикарные плащи и дублёнки....

Суицидальный ноктюрн

"Ты боишься смерти?" - спросила путанка, разглядывая копию хрустального черепа, того самого, от ловкача Эжена Бобана, надувшего императора Максимилиана и Британский музей.

Я с интересом глянул на вольную одалиску....

...

что-то осень разревелась навзрыд -
так - как будто милостыню просит.
не хватает, ни тазов, ни бездонных корыт
чтоб куда-то сливать эти нюни гундосьи..

мне бы: гром - да покрепче - о стёкла - со звоном
и чтоб в ноздри, от молний, разило озоном!...

Лечь головой в можжевельник в желтой индейской пироге,
Отчалить от берега под освещенным мостом,
Забыть эти ямы и грязь, что встречались на черной дороге,
Ведь вниз по течению, метр за метром, мой дом.

Полжизни в гостях, и полжизни на съемных квартирах
Родительский хлеб доедал, запивая дешевым вином....

Хохмочки Длинного

В нашем классе собралась разношерстная детвора: с одной стороны - дети номенклатуры, прилизанные и заштампованные, с другой - птенцы из ближайших холуп, что не снесла еще рука прогресса. Такие дети были как плешивые бездомные котята безнадежно неперспективные и совершенно примитивные ....

Мой любимый, сегодня был первый звонок,
В пятый раз школа двери открыла.
Мама рядом с тобою, почувствуй, сынок-
Поцелуями щечки покрыла.

Ты с букетом уверенным шагом идешь.
Я, конечно, иду с тобой рядом...
Пусть не видешь, не слышешь, но сердцем поймешь....

Пела сирена о пенном море,
Брызги хвостом взметая.
Пела протяжно о страшном море
В трюме, где билась стая
Жаждой-колючкой истыканных в кровь,
Тёмных, иссохших, со смертию вровь
Ставших бесстрашно людей.

Выли аккорды скальных органов
Палубе опустелой....

Мо е сокровище - потрепаный блокнот.
В нем мое прошлое побуквенно хранится.
На его смятых и исписанных страницах
Запечатлен мой экзистенциальный код.

Он мой детектор лжи - не даст себе соврать
Или другим о том, что пережито было.
Стихи не лгут....

– Можешь ли ты удою вытащить левиафана и веревкою схватить за язык его? – голос проповедника взлетает к тёмным сводам храма и оседает пылью на позолоченных рамах икон. – Вденешь ли кольцо в ноздри его? Проколешь ли иглою челюсть его? Будет ли он много умолять тебя и будет ли говорить с тобою кротко?...

На набережной жались парижане:
Их всех на променад позвала Сена,
Мосты блестели острыми ножами,
С закатом угасая постепенно.

Вечерний мрак стирал тебя умело,
В какой-то миг оставив только губы,
И я прижался робко и несмело,
Переходя на чувственно и грубо....

Стеной сентябрьской молчание
И на вопрос хандришь?-шепчу, что осень
Малюет краски карамели на прощание
По листьям кленов, и зима не спросит
Готова ль я её прибытью неизбежному
К её снегам и песням вьюжно-долгим
К ночам, что станут километрами
Прогулок долгих и убогих
Скулит душа, пустилась б во все тяжкие
Хмельным весельем заливая горе горькое
Да только сердце всё в режиме ожидания
Любимого той прошлогодней осени
....

Как я был ботаном.

В третьем классе я все еще был ботаником, хотя об этом не догадывался. Шишку в классе держал Юра по кличке Длинный. Он был выше всех одноклассников на целую голову, жилистый и сильный. Юра отличался поразительной памятью, огромными математическими способностями и любовью к приколам, часто совершенно не детским....

Я -просто муха. Мир - окном,
стекло - плацдармом.
Ползу с набитым животом
мушиной кармы,
ползу, лавируя, ведь нет
ни крыл, ни лапок:
ты ампутировал их летом
ударом тапка.
Не сладострастно бил - скорее,
невнимательно,
шлепок пришелся тем больнее
по касательной....

О "Лада", где твое очарованье,
Которым ты пленяла наших граждан?
Имела "Жигули" в своем названьи,
И о тебе мечтал почти что каждый.
Так ты и пиво ласково звучали,
Как будто ворковали сизо гули.
И уносили в сказочные дали....