Последние комменты юзера Нови

Нови: Наталья, вы совершенно правы — Сонечка и Анна есть части одной милой женщины.
пиэс: Все такие сегодня умники и умницы. что просто не могу не нарушать кодекса.

Нови: Куб, глянь какие я в девичестве миленькие штучки писала. Будто для журнальчиков специально:
«Чемодан
Покупался новый чемодан и все остальное необходимое для долгой поездки. «Ведь не станешь же брать в новую жизнь старые вещи?» — повторяла Лариса и смеялась. Радостная суета этих дней цвела нежным румянцем на ее обычно бледных щеках. Только и разговоров было, что о предстоящем путешествии. О том, какие там стоят погоды, о том, какие там носят платья и о проверенных приличных гостиницах на первое время.
И вот уже были упакованы последние вещи и отданы последние распоряжения. Лариса отказалась от квартиры и распрощалась со всеми, кто был ей дорог. Она присела на минутку на старый диван в опустевшей гостиной. Диван вздохнул всеми своими пружинами, и вздох его отразился от голых стен и пыльных окон. Казалось, весь дом пришел в беспокойное движение. Диванные пружины шептали: «Останься!», а такой знакомый рисунок обоев складывался тихо шуршащими осенними листьями в пейзажи острой сердечной боли, в мрачные натюрморты горьких разочарований, что ожидали Ларису там, далеко. Весь ее старый дом будто держал ее за руки, цеплялся медными дверными ручками за подол дорожного платья. «Не выходи из дома! Не надо!» – жалобно отзывались рассохшиеся половицы на каждый шаг по направлению к распахнутой двери. «Там, далеко, тебе встретятся жестокие люди – они захотят причинить тебе боль. Они возьмут твое сердце – то, что ты берегла все эти долгие годы; они возьмут твое нежное сердце и станут сжимать своими железными, не знающими жалости пальцами до тех пор, пока на гладкой поверхности не выступят капли горькой темной крови. Они бросят твое раздавленное сердце на грязный заплеванный пол, чтобы плясать свои дикие, грубые пляски. Не выходи из дома! Останься!»
Тогда Лариса опускалась бессильно на новый, туго упакованный чемодан. Сидела в темной прихожей, будто в забытьи, пока подобная темнота не наступала и снаружи. Затем с легким вздохом задвигала свой новый большой чемодан в маленькую кладовку, – в маленькую кладовку, где покоились остальные точно такие же чемоданы, и медленно шла на кухню пить крепкий горячий чай».
.
Тоже скажешь — дурнина?
Кстати — премьера. Никому, кроме тебя не показывала.

Нови: Черный куб из тех, кто любит жечь книги.
Ты бы бросил уже читать меня и комментировать непрестанно, господин инквизитор? Это не хорошо и не плохо (знаю, тебе трудно это понять). Это просто не для тебя.

Нови: Кстати, этот текстик связан с предыдущим и еще с несколькими до этого.
Для любителей паззлов.

Нови: О, Буратино, очень толковый отзыв.
А с Елинек меня, думаю, роднит некая болезненность и зацикленность на женщинах, однако себя считаю куда поэтичней.
Что до бога, то, как всякая истинная атеистка, думаю о нем непрестанно.

Нови: Пробелы видите? Там кукушонки.
Дима, ты все отлично понимаешь.

Нови: Слишком просто и глуповато для дорогой Блондины.
И змеевик — это разве не трубочка такая для каких-то аппаратов?

Нови: В школах такое любили заставлять читать.
Дорогой Прол (в надежде, что вы не прол все же), напишите о чем-то близком лично вам.

Нови: Не лишено.
Совсем не лишено.
Пишите еще.

Нови: Ты напиши — и скажу.
Лучше без эпиграфа. А это, кажется, этюд или, как эта хрень называется.

Нови: Совсем не вызвало отторжения. Мило даже.
Попробуй теперь написать настоящий рассказ.

Нови: Джой Дивижин, вам мешает оценить текст личное знакомство с автором и ваше привратное представление о ней. Но спасибо.

Нови: Прекрасный рассказ.

Нови: гаф!

Нови: Так ловко и едко, только совершенно пусто.
Или я не понимаю более творения этого молодого даровитого автора.

Нови: Вы такая хорошая, Вдова. Как ангел.

Нови: Идите нахуй, петерсоны и прочие.

Нови: Это не про Нови.
Мило, Файк. Понравилось.

Нови: Ромке понравилось. Это хорошо.

Нови: Лаврайтер, расскажите мне теперь, пожалуйста, что такое «фрэзеровский ритуал».
Заметила, что выгляжу полной идиоткой под этим текстом, но она такая и есть.