Гудил Иванович входил в кураж, как входит в разогретое масло брошенная горстью соль, — с коротким шипением, с мгновенным преображением тишины в шум, и дети замирали, боясь спугнуть это превращение пожилого школьного учителя в человека, видевшего небо изнутри....
Обычное дело — она рожала, он ел. Не так часто, как бы ему хотелось, но два-три раза в год он мог ни в чём себе не отказывать.
Мокрые слепые комочки, ещё только вышедшие из матери, отправлялись прямиком в его пасть. С каким удовольствием он перемалывал их ещё до конца не сформировавшиеся косточки....
Когда-то мой дед съел сам себя.
А началось всё с того, что отправили дела в командировку в дружественную Монголию. Только народ там жил дикий, малообразованный. Поэтому дед там всячески развлекался по женской линии и пил. Монголы тоже выпить не дураки....
Мой дядя был известным зоофилом в нашей деревне. Поэтому когда он шёл по единственной улице, длинной, изогнутой как бычий хуй, то все жители прятали своих коз, коров, собак и кошек, чтобы мой дядя кого-то из них не оприходовал.
А так дядя был человеком безобидным и всячески положительным....
Ты Иванов, и у тебя шерсть растёт везде — во всех местах тела и даже на члене. Ты, конечно, чем-то похож на йети, но у него шерсть на члене не растёт, и, в отличие от него, ты короткошёрстный.
С женщинами тебе тоже страстно не везёт — они хронически отказываются впускать тебя в себя....
