Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Палата №6:: - Торжественная линейка.

Торжественная линейка.

Автор: Таварищ Артём
   [ принято к публикации 19:02  01-09-2007 | Сантехник Фаллопий | Просмотров: 356]
Вот и наступило первое число первого осеннего месяца. Ещё не красит багрянцем осень листья, ещё нет заморозков на почве, но уже надо идти учицца.
На торжественную линейку в колледже авиатранспорта собрались лучшие люди города. Директор в светлом костюме вальяжный и большой павлином прохаживался вдоль строя учащихся, жал руки преподавателям, отпускал шуточки в адрес хорошеньких новых учениц. Завучи количеством четыре человека суетились у трибуны, техник настраивал микрофон.
Денёк выдался погожий, с утра, правда, было прохладно, но уже к девяти часам как раз к началу линейки заметно потеплело. Солнышко весело кидала сгустки тепловой энергии на собравшихся людей, иногда принимался дуть лёгкий ветерок, развевая российский флаг рядом с трибуной.
К трибуне вышла пожилая маленькая женщина со злым литцом.
- Здравствуйте! Дарагие ребята! Уважаемые каллеге и гости! Я хачу вас приветствавать на нашей таржественной ленейке пасвящонной дню знаний! - Завуч Настасья Петровна, гаварила иногда бросая взгляд на бумажку в руке. – А сейчас перед вами выступит директор нашего колледжа Жмудь Михаил Геннадьевич.
Настасья Петровна злобно зыркнув па рядам притихших учащихся отошла в сторону и закурила папиросу.
Директор был немногословен, сказал про приемственность поколений в авиатранспорте, про то, что стране, в общем, и авиации в частности сейчас необходимы спецыалисты и ещё что-то в том же духе. Паслышались аплодисменты и директор вдруг с места от трибуны разбежался и зделал колесо, сел на шпагат и резко вскочил на ноги, что было весьма занимательно при его комплекцыи. Аплодисменты перерасли в бурные и продолжительные авацыи.
- Ребята, а теперь перед вами выступят лучшие люди нашего города, ветераны вайны и труда. – Директор сделал книксен и обвёл рукой стаящих около трибуны пажылых людей. – Первым выступит ветеран ВВС, командир полка «Нормандея Неман» Липай Пётр Никадимович!
К трибуне вышел пажылой, но ещё бодрый и весёлый ветеран весь в ардинах и мидаляг в форме ВВС. Ветеран грузно облокотился на трибуну, тяжолым взглядом вперился в директора и начал.
- Таварищи! Я хачу паздравить вас с праздником день знаний! – Далее последовала некоторая пауза. – Бросайте курить ребята, я сам не курю, и вы прекращайте травить сваи арганизмы.
Пётр Никадимович утёр скупую слезу, атвирнулся и незаметно аткрыл перстень с патайным местом и нюхнул белого парашка, засапел и проглотил сопли. Глаза его прояснились, руки стали тверды и он снова павернулся лицом к сабравшимся.
- Директор у вас золотой челавек право! Благодаря таким толька самолёты ещё и летают! Ээх! – Липай в сердцах топнул ногой. – А давайте я вам ребята расскажу как мы на вайне дилекатес ели с писателем-гуманистом Экзюпери.
Па рядам собравшихся прошол одобрительный гул и кто-то даже бзднул от переполнявших его чувств.
- Ну, так вот в сорок четвертом помню это было! Пагнали мы тагда немца уже хорошо пагнали. Драпали фашысты,только пятки сверкали. – Ветеран снова атвернулся и повтарил процедуру с перстнем. – Во пестенёк видите. Сам Экзюпери мне его презентовал! Так и сказал презент тебе таварищ Липай в знак бальшого уваженея. Хароший перстень ребята, очень.
Летчик ласково погладил перстень, прослезился и продолжил расскас.
В июле это было в сорак читвёртам. Я в штабе разрабатываю стратегею и тактеку, тут влетает мой арденарец.Таварищ палковнек званел Пакрышкен сказал к нам едет сам Экзюпери! – Липай заливисто засмиялся. – А я в душе не ебу кто это такой! Но Пакрышкен сказал, значит нада,значит зделаем и всё буит в ажуре. А чем фрынцузека та удивит? Канешна нашим фирминым палкавым блюдом из языка « Язык на вертеле».
Перед глазами палковнека всё паплыло, зарябило,и он как будто оказался в сорок четвёртом году.
***
- Товарищ полковник, так я и гаварю сам Пакрышкен велен накармить этого француза! Выкормыша буржуйского, писатель вроде пра прынцеф пришет, тьфу! – В сердцах сплюнул гадкой табачной слюной Низаметдинов. – Шайтан!
- Ты мне Низаметдинов провакацыю ещё устрой! Сказано накормить – корми!
- Есть! – Ардинарец круто развернулся и быстро пошол в сторону полевой кухни около каторой курили два повара.
Подойдя к поварам, он отдал приказ и с чистой совестью отправился спать.
***
Ганс Файн лежал на нарах в камере и думал. В мыслях он был далеко в Баварии, где осталась его невеста Марта, его пивная и друзья. Ганса збили неделю назад, но он остался жив, катапультировавшись, и угадил в плен к русским. Как это было не странно, но эту неделю к нему относились хорошо, прекрасно кормили и даже наливали сто грамм спирта для аппетита. От такого питанея и малоподвижного образа жизни Файн немного раздобрел и павеселел.
Со стороны улицы послышались голоса и звук открываемой двери. В камеру вошли два повара в белых халатах и колпоках.
- Пора его уж, вон как поправился! – Старший ис поваров ухмыльнулся. – Пашли, шнель, шнель. Кухня, китчен.
Ганс паднялся с нар и улыбаясь русским, вышел на улицу.
- Иши ты улыбаица сердешный! – Младший тоже улыбнулся и указал Гансу рукой направленее куда идти. Кагда они оказались около полевой кухни, младший повар достал ис кастрюли здоровый половник и с размаху на манер как бьют в бейсболе ебнул Ганса по голове. Раздался страшный треск ломающихся костей черепа, и немец замертво рухнул на землю.
- Кровь спусти и давай потраши, да в дело! – Сказал старший па фамелее Старкевич, протянув нож.
Младший повар Тропанец стал ловко арудовать ножом напевая «Катюшу».
Выпотрошив тело, Тропанец вырезал язык и приготовил из него заливное в отдельной розетке.
***
Экзюпери прелетел один, спрыгнул с крыла самолёта, снял запыленный шлем и паздоровался с полковником Липаем.
Так как по француски полковнык не понимал, а писатель саатветственна по-русски то пришлось общаться на языке жестов.
-Bonjour.(1) – Сказал Экзюпери.
- Да, да и пажрать будет, язык. – Праговарил Липай и высунув язык начал багло говарить па немецки. - Я гаварю язык будет на обед! Вкуснатища!
Так непринуждённо беседуя, летчеки добрались до офицерской столовой. Стол был накрыт на две персоны и рядом с палатенцами перекинутыми через руку стояли повара. Старкевич услужливо пододвинул стул французу.
- Мерси!
- Merci.(2) – Экзюпери был на удивление галантен для опалённого войной человека.
Младший повар Тропанец прислуживал за полковником.
После того как гость с хозяином уселись за стол, Старкевич налил водку в двухсотграммовые стаканы. Экзюпери подозрительно покасился на эту манепуляцию, встал, взял стакан и произнёс речь.
- Le fascisme ne passera pas!(3)
Выпив водку, праславленный летчек стал искать, чем бы закусить и услужливая рука Старкевича подал ему разетку с заливным ис языка.
- Язык немецкий таварищ Экзюпери, деликатес. – Прогнулся повар.
Француз схватил розетку и стал жадно хватать руками куски заливного языка Ганса Файна и отправлять их в рот. С полным ртом мяса он стал похож на карикатурное изображение буржуя с агиток двадцатых годов.
- Это немецкий язык! Как же это? – Задумался Липай! – Германея, дочлант бляха муха!
Он стал высовывать язык и арать «Хайль Гитлер».
Экзюпери засмеялся, в глазах его заискрился ярким светом гуманизм.
-Chez les allemands la langue grossiёre et rigide! (4) – Задумчиво прогаварил Экзюпери жуя язык Ганса.
- Ну, как вам мясцо а? – Палковник показывал на розетку с остатками заливного и вопросительно лыбился.
- Merci, est trёs bon!(5) – В пояс поклонился француз.
- Вот и хорошо, вот и славно! – Обрадованно затараторил палковник.
Друзья ещё выпили и немного поговарили каждый правда о своём и на сваём языке, но да ладно. Подошло время Экзюпери собирацца домой в Париж, он обнял Липая как родного отца, пожал руку, сказал:
- Adieu mon ami!(6)
Полковник проводил гостя до самолёта и потом ещё долго стоял на взлётной поласе и махал вслед улетающему генею гуманизма.
***
Полковник Липай вдруг резко очнулся, и некоторое время стоял и непонимающе смотрел перед собой на строй замерших и превратившихся в слух учащихся авиаколледжа.
- Товарищи я вас умоляю, бросайте курить, не надо отравлять свой организм. – Сказал и наклонился к перстню нюхнуть.
Уносили полковника на носилках. Ему было очень хорошо.

1. Здравствуйте, (фр.).
2. Спасибо, (фр.).
3. Фашизм не пройдёт!, (фр.).
4. У немцев язык жёсткий и грубый, (фр.).
5. Спасибо, очень вкусно! , (фр.).
6. Прощайте мой друг. (фр.).

1.09.2007. Т.А.


Теги:





0


Комментарии

#0 01:51  02-09-2007Sanya Oblomoff    
первый нах

в любом случае первый

Артем 7*

#1 12:33  02-09-2007тень, мля    
спасибо, поржала

БУЭЭЭЭЭЭЭЭ

#2 14:42  02-09-2007Воспитатель дебилов    
Sanya Oblomoff

01:51 02-09-2007

первый нах


в любом случае первый


Артем 7*



тень, мля

12:33 02-09-2007

спасибо, поржала


БУЭЭЭЭЭЭЭЭ


вот маи клеенты...гыгыгы

эта я ваащета написал...мой доп. ник Т.А.

#3 00:27  03-09-2007мараторий    
пра авиацийу как я понимайу ёбт.

безатсенки.

#4 00:43  03-09-2007Вован В Белом    
ашипки (намеренные или нет) портят впечатление.
#5 20:55  03-09-2007Kambodja    
дерьма кусок.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
11:51  08-12-2016
: [4] [Палата №6]
Пусть у тебя нет рук,
Пусть у тебя нет ног,
Ты мне была как друг,
Ты мне была как сок.

В дверь не струи слезой,
И молоком не плачь,
Я ж только утром злой,
Я ж не фашист-палач.

Выпил второй стакан,
С синью твоих глазниц,
Высосал весь твой стан,
Вместе с губой ресниц....
08:27  04-12-2016
: [14] [Палата №6]
Пропитался тобой я,
- Русь,
Выпиваю, в руке
- Груздь,
Такой грязный,
Но соль в нем есть.
Моя родина разная,
Что пиздец.
Только грязью
Не надо срать
Что, мол, блядям там
Благодать.
В колее моей черной
- Куст.
Вырос, сцуко,
И похуй грусть....
09:15  30-11-2016
: [62] [Палата №6]
Волоокая Ольга
удаленным лицом
смотрит длинно и долго
за счастливым концом.

Вол остался без ок,
без окон и дверей.
Ольга зрит ему в бок
наблюденьем корней.

Наблюдением зрит,
уделённым лицом.
Вол ушел из орбит....
23:12  29-11-2016
: [10] [Палата №6]
Я снимаю очередной пустой холст. Белое полотно, на котором лишь моя подпись, выведенная угольным карандашом. На натянутой плотной ткани должны были быть цветы акации.
На картине чуть раньше, вчерашней, над моей подписью должны были плавать золотые рыбы с крючками во рту....
Старуха варит жабу, а мы поём. Хорошо споём – получим свою долю, споём так себе – изгнаны будем в лес. Таковы обычные условия. И вот мы стараемся. Старуха говорит, надо душу свою вкладывать. А где ж нынче возьмёшь такое? Её и раньше-то днём с огнём, а теперь и подавно....