ц 14к.

Автор: Евгений Харьков начало - Водочные пограничники.

- Хорош, Сергеич. Ну, давай за очищение и вперед на ту сторону бытия шагнем.
- Не торопись, Егорушка. Я привал сделаю. Старый уже. Пойду, покемарю чуток. Ну а ты чайком оттянись, в себя приди.
- Как то сумбурно получается. Может еще сходить или на коньяк перейдем?
- Нет, Егор, все мне хватит. Да и тебе не советую. Вон, уже у тебя глаза друг друга на хер посылают.
Сергеич привстал с насиженного места и неуверенными шагами старой марионетки прошлепал до дивана и рухнул на стопку отглаженных сорочек. Он даже не заметил, что позабыл снять домашнюю одежду, пропитанную запахом кильки и свежей мочи.
Егор, воспользовавшись моментом, пока Сергеич прибывал в нирване, решил сбегать еще за 2 бутылками и нехитрой снедью. Вернувшись в квартиру, стараясь не разбудить метра застольной философии, он поставил водку в холодильник, сгреб в принесенный пакет мусор со стола, нарезал крупными кусками сырок «Дружба», вскрыл пакет с филе сельди, и открыл банку с малюсенькими шампиньонами.
На звук наливаемой водки на кухню пришел внезапно проснувшийся Сергеич. Молча сев на своё законное место, опрокинув соточку, он дружелюбно посмотрел на опешившего Егорку.
- Ты давай, наливай еще… Я сейчас тебе на твой вопрос готов ответить. Вот в разных книгах и других произведениях он по-разному, Бог, Иегова, Иисус, сын Божий, он же Иешуа, ну потом там Свароги и Перуны разные, у Майя там своих имен хватает. Да, еще Тоты, Ра, Зевсы и Дионисии. Много названий, очень. Но вот на самом деле никто не знает, как его зовут. И никто его имя не сможет назад прочитать. Хотя для каждого человека есть только его имя Божье, узнав которое он заканчивает свою жизнь. Поэтому-то у всех и жизнь идет. И никто не замечает, сколько людей умирает, а сколько рождается. И мы живем, водочку пьем.
С этими словами Сергеич взял стакан, чокнулся с Егором и начал глотать уже плохо усваиваемую организмом водку. Егор Посмотрел на Сергеича, перевел взгляд на стакан и понял…
- Сергеич, так если стакан – артефакт и связан там с мирами и переходами, то может на нем и имя Бога начертано – «ц 14 к.».
Сергеич поставил свой стакан на стол. Посмотрел на Егора, покачал недовольно головой.
- Совсем молодежь пить разучилась. Хватит уже бред нести. Пойдем спать. Я тебе на полу постелю.
- Нет Сергеич, я еще посижу, подумаю.
- Как хочешь, я спать.
- Иди – Егор закурил и начал пристально рассматривать свой стакан, чувствуя как по руке начала пробегать энергетика артефакта.
Сергеич мирно посапывал на куче уже не совсем чистых сорочек, заботливо сброшенных на пол. Он решил быть гостеприимным хозяином, и разместить гостя на своей кровати, а сам расположился на полу.
Егор налил полный стакан до краев, вздохнул и начал пить, периодически срыгивая горькую жидкость обратно в стакан. Скулы свело, но он не хотел сдаваться, и все-таки допил. Все… наверное границу между мирами я перешел. Вокруг стало темно, и в глаза ударил плотный бардовый свет.
Периодически откуда-то возникал силуэт Сергеича, он что – то рассказывал, затем в горло заливалась горячая жидкость, слышались голоса, и Егор не переставал думать об имени Бога и конце света

Сергеич проснулся ближе к обеду. Пройдя на кухню и заглянув по дороге в туалет, он не нашел Егора.
- Странно, он что, в носках ушел? – Сергеич посмотрел на стоявшие в коридоре ботинки, - Да, совсем пить не умеет… Неделю то всего пили, и вот на тебе… ускакал куда-то…
Опрокинув утренние сто грамм, он решил сделать картофельный супец. Прикурив сигарету, Сергеич пошел за картошкой, открыл балконную дверь и отшатнулся.
В углу за мешком с картошкой сидел Егорка, скрипел зубами и сжимал в руке перевернутый граненый стакан.
- Эй, Егор, ты что??? Вставай, пойдем выпьем.
- цццц…..
-что? – Сергеич наклонил ухо к опухшим губам Егора.
- цэ четырнадцать ка, – пробормотал Егор и его начало трясти…

Егора увезли на желтой карете. Он так и не пришел в себя, трясся мелкой дрожью, бубнил что-то себе под нос и никак не реагировал на окружающих.
- Вот оно как оказывается. Для Егорки отдельно взятый конец света наступил сегодня утром, значит, его Бог был кухонный и звали его «ц 14к.» Да, а пить я его правильно так и не научил.
С этими словами Сергеич приступил к уборке квартиры, ожидая приезда к вечеру очередного знакомого.