Если разум когда-нибудь победит – нас всех затопит дерьмом

Автор: Бочка с нефильтрованным пивом Коллекцикционеры
имеют потребность – собирать,
также как избавБЛЯТели – избавляться.

Я просыпаюсь под белым облаком, уносимая ветром с горящей планеты Всех Мастей. Утопический, казалось бы, момент ухода из реальности не с помощью сна, а просто сиганув с балкона, серебряный дождик на деревьях – остаток прошлого года, никто не снимет, ветер уничтожит, кошка, которая срет сама по себе - чудеса на планете всех Мастей исчисляются горсткой пиплов, не ощущающих свою связь с Космосом, живущих с уверенностью, что никто из двуногих и без крыльев не взлетит вот так просто как в фантастическом романе и не полетит туда, куда ему больше всего хотелось бы. Сколько людей – столько чудес на планете.
Замечено Вершиной человеческого недопонимания - представление о счастье, как процессе односторонне – личностном.
У меня частичная непроходимость от планеты Всех Мастей. Вроде как она позволяет вкусить процесс собственного умирания как процесс познания собственной мудрости. А потом вдруг эта блядская мудрость выходит через задний проход вместе по ходу и с разумом. Вот и получается
Разум – не слива и не курага, но чем-то похож на кофе...
Идешь по дороге к себе – съедаешь себя.
По дороге к мудрости – перерабатываешь эту мудрость словно жизненный опыт и все прерогативы и субстанции своей жизни используешь с целью поддержать свой имидж.
На встречу к чему-то дорогому и близкому – оказываешься слишком «дорогим» песочным человечком, нарушившим привычную, неделимую нирвану.
Когда жизнь существует на уровне тайны красные плакаты облезают длинными полосками, выдох из центра земли – и у меня в руке потрепанныая карта старательно нарисованного прошлого, часовые пояса дробятся на все меньшие и меньшие часовые зоны, пока каждый человек не становится для меня собственным часовым поясом. За пределами генов – я для них наизнанку, видимо от усилий заглянуть внутрь. Когда весь балласт моих возможностей растворяется с летним бризом атлантики, я вдруг просыпаюсь под белым облаком, уносимая ветром с горящей планеты все дальше и дальше...
я пытаюсь последний раз. может быть, попытаюсь еще.