Обучение.

Автор: Двойра Срулевна Вадюня не любил школу. Не любил он школу с того самого дня, когда потная вялая рука Папочки привела его в первый класс. Маленького, нежного, до дури ошарашенного таким количеством кривых оскалов, монструозных харь, искочевряженных конечностей и оглушенного непонятным микрофонным сипением некоей субстанции, которую какие-то твари недалеко от него почтительно назвали «Директором». До этого момента Вадюня не знал, что в это мире есть еще кто-то, кроме Папочки и Вадюни и тем более не подозревал, что эти «кто-то» окажутся такими невыносимо чудовищными.
Папочка всегда ухаживал за Вадюней. Он кормил его с рук сладким печеньем, мыл по пятницам под струей теплой (не горячей!) воды, выводил гулять во двор их частного дома на красивом поводке из настоящей крокодильей кожи в темные летние ночи.
Папочка никогда не обижал Вадюню. По крайней мере, те меры (справедливые меры!) воспитания, применяемые папочкой, Вадюня совсем не считал обидными или неправильными и охотно, с раннего детства, согласился с тем, что самый главный день каждой недели его жизни стал называться «Днем обучения». В эти дни Вадюня с Папочкой запирались в подвале и разбирали ошибки и плохие поступки, допущенные Вадюней за неделю, а затем закрепляли пройденный материал. Первые пару лет Вадюня привыкал к необычным ощущениям, оставляемым Папочкиным обучением, даже, бывало по два-три дня находился в бессознательном состоянии (вот слабак, говорил Папочка), но потом он сам стал стремиться поскорее попасть в подвал и даже иногда специально допускал промахи в своем поведении, чтобы достичь новых степеней обучения. Вадюня понимал, что если не Папочка, то кто же научит его достойно вести себя в жизни?
«Дни обучения» закончились с того самого страшного момента, когда потная вялая рука Папочки привела Вадюню в школу. Больше Вадюня не видел Папочку.
Не стал Вадюня любить школу и через время.
Время текло быстро, но совсем не так незаметно, как описывается в большинстве сказок и рассказиков. Время оставляло свой след на Вадюне. Еще как оставляло. Теперь Вадюня назывался «ЭТО», умел стремительно ударить ребром ладошки, знал, где находится сонная артерия и давно распробовал вкус крови из разбитого носа. Школа научила Вадюню складывать бессмысленные значки на сшитых бумажных листах в не менее бессмысленные звуки, составляя из этих звуков рваные паутины фраз, смешивать в стеклянных пробирочках цветные жидкости и наблюдать за реакцией соседа по парте, когда красная шипящая жидкость случайно проливалась тому на форменные брюки, немедленно прогрызая симпатичную дырку в ткани и коже колена.
А самое главное, в школе Вадюня впервые узнал, как он красив. Об этом рассказало ему «Зеркало» - гладкая блестящая пластина на стене школьного туалета (там маленькие твари и твари побольше извергали лишнюю жидкость из организма, Вадюня же знал, что правильно делать это незаметно, аккуратно прижав шланг к ноге, так полезная золотистая жидкость легко впитывалась в ткань и потом растиралась по всему телу).

Продолжение следует.