Мы из прошлого

Автор: Усилитель Майское солнце светит на всю катушку. Снег даже в темных и грязных местах полностью растаял, обнажив еще не убранный мусор, за зиму превратившийся в продукт больше космический, чем земной. Счастливая пора для всех возрастов, когда любовь и влюбленность пахнет той неповторимой свежестью зеленой травы, и мытыми окнами. Нам по 16 мы закончили 10 класс, сдали все экзамены, влюбились в наших одноклассниц, полностью в них разочаровались и быстро переориентировались на более зрелых и более интересных, как нам казалось, дам с первых-вторых курсов институтов. Молодость и похоть брызжет ключом, и мы хотим остаться в этом мае как можно дольше. Но самое главное, что было в том мае это дружба, та неповторимая, мальчишеская, не похожая ни на что. Когда нет денежных проблем, когда самый талантливый знает две –три песни Шевчука или ЧиЖа, и может их спеть и сыграть на гитаре. А самый опытный уже пробовал траву, и секс. Мы вместе, нас не касается политическая обстановка в стране, весенний призыв (11 класс еще впереди), грядущие перемены, еще нет финансового кризиса 98, наши родители в полголоса обсуждают наше будущее, а нам всем пока по-хуй. Мы рады весне, маю, и неизбежности лета.
Мы готовы кутить на всю катушку, нет денег не беда, кто-то тайком стаскивает бутылку водки из запасов отца, кто-то тащит бутерброды, на последние гроши покупается LM, и мы кутим так радостно и беззаветно, как уже никогда не получится. У кого-то обнаружились ключи от актового зала школы, где репетируют, Последний Звонок, и песни про вечную молодость. Нашелся театральный грим, и вот уже десяток пацанов полностью видоизменились, мы рисуем слезы, звезды на глазах а-ля Kiss, подводим черным глаза и губы. Пугая уборщиц и одноклассниц, выбегаем на школьный двор и носимся по нему друг за другом. А потом вернувшись в актовый зал начинаем петь под нестроящую гитару. Голоса хриплые от курева и спиртного. Поэтому Шевчук и Сукачев получаются более похоже, чем Цой или Никольский. Поздно вечером вместе с одним из нас идем к его тайной страсти, Ленке из 66 дома. И ждем его у подъезда, охраняя покой и уединение на лестничной клетке. Мы не хотим расставаться ни на минуту. Мы созваниваемся по пять раз за день, выясняем планы на выходные. У кого-то нет телефона, его боль и обида безмерны, и мы как можем, его успокаиваем. Кому-то купили Sega или еще круче компьютер, он мажор. Но мы его прощаем, в обмен на беспрепятственное зависание у него с утра до вечера. А он суетится на кухне, неровно режет хлеб и колбасу, от которых через минуту не останется и следа. Мы ездим на дачи всей компанией, желательно без предков, но это редкий случай. Мы уходим далеко, в поля или на реку, и часами сидим там с двумя бутылками пива на семерых. Мы подставляем свои белые угловатые плечи, красному майскому солнцу. Мы хотим и не хотим перемен. Мы верим в вечность. В неизменность. Но хотим взросления. Хотим женщину. А еще компьютер. И потом, попозже мотоцикл или автомобиль. Чтобы возить сюда на дачу наших друзей и женщин. Мы купаемся в еще не нагретой воде озера или реки. Прыгаем с обрыва, или с дерева, которое так удачно склонилось над водой. Кто-то совсем не умеет плавать, а мы учим, хвастаясь своими способностями. Так хорошо не было никогда, но мы верим, что завтра будет еще лучше. И вернувшись на дачу, мы залезаем всей толпой в баню, которую растопил отец. Мы не умеем париться, пользоваться веником, все делается по наитию. Но получается здорово. Мы обжигаемся о каменку. Плещем холодную воду. Вылезаем на улицу, чтобы вдохнуть свежий, не задымленный городом воздух. Потом долго сидим на кухне и пьем чай с пирогом. Мы улыбаемся гораздо ярче, чем сейчас. Наши лица светятся. А потом ночью ведем длинные разговоры с уже практически уснувшим соседом по кровати. Мы счастливы сегодня. И мы будем такими же завтра. Все зависит только от нас. Ведь нет более счастливой минуты в жизни человека, чем минута единения с вселенной, которая в данную минуту является твоим соседом по кровати, парте или футбольному мячу. Счастье в детстве, в юности. Кому-то понадобилос,ь чтобы оно, там и осталось, как футбольный мяч на чердаке. Или сломанные удочки или избитый молью школьный костюм. Мы там, где наше счастье. Мы в прошлом.