Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Drug-lent

Drug-lent

Автор: штурман Эштерхази
   [ принято к публикации 10:28  18-04-2008 | Х | Просмотров: 584]
Сначала кажется, что это rat царапается за кухонной плитой. Память растеклась ванильным мороженым по линолеуму, но я сохранил интерес к происходящему, почесав рукой липкий живот. На мне надеты величественные corduroy. Слышен вежливый человеческий voice:
- Прошу прощения, можно войти?
- Hi, нестойкий, заползай!
Сыпной тиф слов.
- Заваливай и садись возле батареи.
Медный шум.
- А как я пройду по вересковой пустоши твоего кухонного пола?
- А ты распахни свои гнойные глазки и не напрягайся. Ну-у, чё новенького?
- Nihil.
- Позволь, а кто сегодня утром на лестничной площадке выказывал пренебрежительное отношение к народу в целом и к отдельным лицам в частности?
Pause.
- Ну, я выказывал.
- За каким хуем?
- Мужик из соседней квартиры, ну, тот, в военной фуражке без козырька, не продал мне dose.
- Ну, так это величина ясная, батенька. Ведь drug-lent нынче.
- Mother говорит, что этот мужик – nit. Он много пиздит, обожает фильмы про ковбоев, да к тому же все «машины» у меня отнял.
Механика линейного словоизвержения.
- Ясно. Такие ситуации, как твоя, возникают в моральной деятельности человека в результате существования противоречий в его социальной жизни.
Его голос в коконе обиды.
- Козий пастух ты, а не ключ от английского замка. Не буду с тобой кодифицировать.
Необходимые, как предварительное условие, слова:
- Нахуй надо.
Pause.
- Вот приедет dad, так я ему скажу, чтобы провёл с тобой курсы снижения дозы. Он тебя быстро вылечит.
Definition.
- А, блядь, ты так? Тогда я раствор делать не буду. И «баяна» тебе больше не видать, нацист ты, не могущий быть оправданным. Нахрена мне раствор делать и небылиц вроде тебя потчевать, если меня вылечат. К чему, а?
- Не-е-е, я пошутил, больше так не буду. Только ты раствор сделай, а. Сделаешь?
- Ишь, турок без туфля. А ты со мной ширнёшься или пост блюдёшь?
- А герыч стопроцентный? Yes?
- Ну, без толчёного анальгина.
- Тогда ширнусь.
Два драгоценных тела в радужной оболочке предвкушения. Подъём. Повышение. Происхождение. Начало. Восход. Огонёк зажигалки под столовой ложкой. Комок праведной ваты. Пышность блестящих мыслей. Жаркий свет.
- Давай, амплитуда аморальная, читай мне стихи свои про acid.
- Ско… Сколько в мире есть путей заветных...
Stoppage.
- Ну, аксиома ампутированная, дальше! –

Сколько в мире есть путей заветных,
Сколько неизведанных сторон!
Каждый день в конвертах разноцветных
LSD мне носит почтальон.

Вечерами под заветной маркой,
Отложив все низкие дела,
На луну я гавкаю овчаркой,
И кончает от меня луна…

- Ла-а-а-дно уж! Овчарка! Дог ты необрезанный.
Беспечно отыгрываю очко за очком. Пусть, сцучко, поплещется за правым бортом. Сраный любитель кока-колы. LSD ему, видишь ли, подавай…

Густой sigh. Немного крови на контроль. Кухня в вещевом мешке afterglow.Чёрные смокинги теней.

ETERNITI.

- Ты защищён от неумелого обращения с джанком своим одиночеством.

Временное приспособление к небу.

- Что может быть лучше? А кто, блядь, сделал такую глубокую зарубку в твоём берёзовом brain?
Охуенный advent/curacy.
- Так, это… м-м-м… Mother.
Lubricant хрустальной ясности.
- Когда? Апельсиновый джем её маразма иногда меня просто с головой накрывает.

Malfunction.

- Когда тебе рецепт выписывала. Выписывает, выписывает и говорит светонепрони-
цаемым голосом сама себе. Я слышал.
- Модная химера, твоя mother.
Кормовая капуста пространства.
Freezing point женского голоса за дверью:
- Кремль, а, Кремль!..
Дверные петли поют клубничную оду заглянувшей в достопримечательное место нашего пребывания, благосклонной женщине.

Non-pollution.

- О-ох, опять он у вас! Кремль, быстро марш домой!

Spell.
- Не, он абсолютно не мешает. Мы тут с ним по венам пустили.
- Так он же, бесстыдник, недавно ширялся!
- Я не, ик.. не ширялся ик…
- Немезида Трофимовна, идите с нами вмажьтесь.
- Ой, нет, спасибо, drug-lent ведь нынче, до первой ломки нельзя.
- Идите, идите, вмажьтесь.
- Да неудобно как-то. И руки у меня в крови. Расчленяю я, знаете ли...

Out of the question.

- Не смей моей mother свой шприц давать!
- Ладно, ладно, не буду, успокойся. Немезида Трофимовна, а хотите немного голубой
крови психопата с обаятельной улыбкой?
- Погодите, вот расчленю до конца тело торговца бакалейными товарами, ну, этого ужасного ворчуна из тридцать седьмой квартиры, тогда приду и закутаюсь в коэффициент полезного действия вашей кухни.
- Вот здорово! Я приготовлю раствор. И вы увидите… Знаете, иногда лежишь на траве, подложив под голову шапку, и смотришь в загадочное, завораживающее своей неохватной беспредельностью, небо… Так и тут…
- Хорошо, обязательно увижу. А ты, Кремль, иди к себе торчать. А то мешаешь тут, наверное.
- В звонких играх детства нельзя никому помешать. Я не мешаю.
- Ладно, оставайся. Только не балуйся, веди себя прилично.

Цветочные развалины двух лиц. Сахарные метеориты беспечности. Нефтяные месторождения в юношеских сердцах.
- Ты уже остыл, бронзовый скиталец?
- Не ещё. Плоскость соединения в порядке. Ты чего-нибудь энергичного расскажи. Тогда вообще я из Кремля в мавзолей превращусь.
- Декоративная ткань твоих зрачков превращается в картофельное пюре, Кремлик. Насыщай себя чувствами, обормот настоятельный. Получай истинное удовольствие от разговора с человеком, которому мало тупого бытового колебания, устраивающего большинство.
Standpoint.
- Я не ставлю под сомнение наличие глаз. У каждого человека есть глаза. Они служат для отражения в них других людей.
Сияющий пустой потолок.
- Опять ты, блядь, накололся. Ну, ладно, что тебе рассказать, а?
Молочное откровение.
- Про творог, про чёрный творог расскажи.
- Про чёрный творог? Это трудная хуета. Но для тебя, так и быть.
Молчаливое соображение.
- Ну, значит, жил под тусклым светом лампы один книжный червь, этакий тулуп овечий в густом меду, так его разэдак. Постоянно выпускал он жар сердца в кожу свою и плакал потом со всеми своими пресными желаниями. И звали этого червя Кремль.
Вечное сиротство скрывающегося белого света.
Interval.
- Эть, так ведь как меня, его зовут.
- Довольно прикольный он был чел, но, разъебись всё в доску – торчок. И торчал он на чём попало – на винте, героине и даже на кетамине. В общем, помогал своему слизкому сердечку нормально так вздрогнуть. Ну, реально, этого объебоса каждый день нехило пиздил его father-нарколог. Но, когда папа бывал в командировках, Кремль оттягивался по полной, и иногда даже со своей mother. При чём не по-детски так оттопыривались. А ещё Кремль барыжил. А тот, кто распрягает, что дилеры не торчат, просто гонит. И вот однажды – звонок в дверь. И появляются на пороге неизвестные в чёрных таких костюмах и очках и спрашивают глухими голосами: «Позвольте узнать, кто здесь Кремль?». Кремль отвечает без страха и упрёка: «Ну, я Кремль. А вы, типа, из матрицы?». «Из матрицы-шматрицы»,- отвечают незнакомцы. В общем, учинили ему обыск. А в квартире у Кремля как раз было несколько пакетов с герой, т.к. папа уехал, и они с мамой решили хорошенечко отдохнуть. Видит Кремль – дело дрянь. Взял и чистосердечно раскаялся.
«Признаюсь, - говорит,- что ширялся, что толкал несовершеннолетним и маме бессовестно однажды разбодяжил. Но больше этого не повторится, так как я начинаю новую жизнь».
« Ну, - говорит один из незнакомцев, - вот это уже другое дело. Будешь нам других нарков помогать палить». Кремль и согласился. Повели его тогда на склад, где хранился изъятый материал. А там – видимо-невидимо разного размера кучек чёрного творога на стеллажах. И рядом с каждой кучкой - порядковый номер и разная реальная наркота. И говорят ему: «Выбирай, чего твой организм хочет». И выбрал Кремль… А хуй его знает, что он там выбрал…
Мельничное колесо помрачённого ума.
- Стопра-а-а-це-е-е-нтный ге-е-ры-ы-ч.
- Ну, да, реальный, в общем, чистяк он выбрал. И тут же пустил по венам. Эпос кончился идиллией. А ты поменьше пизди, Кремль. Не дай бог, меня загребут.

Пляска розовых запахов кухонной индустрии. Телеграфные линии вен. Ландшафты детородных органов. Два позвоночника, громыхающих в темноте. Серебряные вилки в зелёной слизи…

- Обрубился что ли, а, Кремль?

Влажный жемчуг скрипа дверных петель. Бархатный коридор в золотой яичной скорлупе. Дуршлаг белых тонких рук, обнажённых по локоть.

- Будущее всегда настаёт, когда кто-нибудь умирает. А этот вот в отрубе, как всегда.
- О-о, Немезида Трофимовна, проходите. Я уж раствор забадяжил, а вас всё нет и нет.
- Да поздновато уж…
- Отказа не приму.
- Ну, разве только чуть-чуть.
- Не обессудьте, шприц один.

Белый всепоглощающий свет. В этом деле важнее начаться, чем кончиться. Музыка со всех щелей. Лунная слюда. Тысячи, миллионы нежных капелек ванильной росы на коже.
Да, я защищён от неумелого обращения с джанком своим одиночеством. Я – бог в вельветовых штанах. Но я умею мучиться. Мучительней всего на свете – drug-lent. А ещё – рецепты. Надо будет крутануть эту Немезиду ещё на парочку.
Голубая сметана борьбы с самим собой.
Мне не нужны чьи-то белые, с тонюсенькими венами, исколотые руки. Своих хватает.
Горизонтальная масса гниющих бриллиантовых тел – незаменимое сырьё для дальнейшего существования июня. Не напоминай мне не напоми…най мне про… этот…это… т…

Нет белого всепоглощающего света. Тьма, стекающая на меня ото всюду. Вынужденный drug-lent. Рецептов нет. Нужно добыть немного порошка у знакомых толкачей. А ещё нужно избавиться от этого Кремля.
На столе, у моих ладоней, сгустился в холодный туман потусторонний мир, и его заслуга в том, что он не даёт впаять в себя хаос мёртвой принадлежности… нет…нет… и слышать не хочу… а-а-а… не-е-е-т… Gasf out / произносить, задыхаясь/.


Теги:





-2


Комментарии

#0 12:51  21-04-2008Арлекин    
очень интересно читать, несмотря на авторитетное решение Х. в сущности graphos - писать. такчто графомания не такой уж великий грех. интересно, да, только американизмы зачем? может автор объяснит? объясни, ну чисто для меня, оки???
#1 14:37  21-04-2008штурман Эштерхази    
Амириканизмы... хм-м хуй знаит пёрла чё-та вот и всё.
#2 14:17  27-11-2010Арлекин    
пересмотрел взгляды. сейчас мне этот креос очень понравился
#3 14:20  27-11-2010Шизоff    
чота захотелось такого чего отписать. щаз пожру, если настроение не уйдёт, наваляю
#4 14:25  27-11-2010Арлекин    
мне тоже — всё-таки проза поэта это всегда красиво
#5 14:40  27-11-2010Шизоff    
рассольник резко сбил поэтический полёт мысли ггг
#6 15:09  27-11-2010viper polar red    

антон, рекомендую. способствует творческому подъёму.
#7 15:12  27-11-2010Шизоff    
ты чо, на тайскую кухню подсел?
нормально, 100% протеин
#8 15:25  27-11-2010Яблочный Спас    
Очень напомнило Джеймса Бейкера. Но это в русле. Текст понравился. А words just добавляют к стилю.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
01:53  22-01-2018
: [6] [Графомания]



Распрямив крутые плечи
И прищуря левый глаз
От небес неподалече
Человек смотрел на Марс.

Вдруг мечтают марсианки
Встретить пленника пурги
И связать носки теплянки
Для залётного легки.

Время всё таки проходит,
А вокруг одна земля
Вот бы жизни на исходе
По планетам попетлять....
14:08  20-01-2018
: [10] [Графомания]
Едва сказать успеешь «амен»,
Уловлен будешь ты в сети
Греха.
И душу, словно камень,
Ты будешь на гору нести.

Путь до вершины долог, длинен,
И не имеешь права спать.
Но миг – и ты на дне долины,
Чтоб камень вверх катить опять....
02:39  20-01-2018
: [6] [Графомания]
Я вспарывал землю лбом,

На ты был со стужей,

Столько швов на мне , пломб,

Душа моя, промерзшая лужа,



Столько кожа не стерпит,

Лопнет словно бумага,

Листа осеннего трепет,

Солнца зимнего брага,



Ничего не забыть,

Ничего не отнять,

Тишиною завыть,

Да где ж ее взять,



Да где же убогому,

Найти свой приют,

Столько шума вокруг, гомона,

Облака

скалятся, корчатся ,...
00:36  18-01-2018
: [11] [Графомания]
Валентину весело у Машки
Каждый вечер трескать пироги.
Молоко налито в белой чашке
И попробуй котик убеги.

Сам то он наверное не белый
И пушистый как сибирский кот,
Но рукой всё гладит загорелой
Лишь его стряпуха целый год.

Спросит,-Ты наверное устала,
Прежде чем ласкаться до утра....
Качает лодочка озябшими бортами,
Ведут нас морем, словно лошадь под уздцы.
Смеются чайки беззастенчиво над нами,
Да на погонах вертят дырки погранцы.

Их старший, с кортиком, как пёс цепной неистов,
Такому крикнуть бы: Послушай, капитан!...