|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Литература:: - Дорогая, я отрезал себе хуй
Дорогая, я отрезал себе хуйАвтор: Мухин
[ принято к публикации 19:02 31-01-2003 | | Просмотров: 2398]Приготовься сука, вот моя месть До чего я дошёл зацени Я отрезал себе хуй, не видишь? У меня же все ноги в крови! Теперь я лежу в траве Ощущая тепло между ног Не совсем аккуратная дырка Но оттяпал беднягу как смог Вот такой необычный поступок, Зато не будет следов на штанах Никаких тупых оправданий Почему это галстук в пятнах И не склеятся больше страницы, Но что делать теперь мне с собой Я давно уже принял решенье Я залезу в пизду с головой Теги:  4 
Комментарии
#0 17:55 04-02-2003Bukerman
ебать! вот это круто, хачю прадалжэния бля! яма, да я всех женщин люблю. не всех ебу, правда:0) <p>инну не ебу пока. ебаш цикл...беспезды Песдато излагаешь, пазнаватильно. Малацца. С интиресом жду историй о каких-нибуть песдатых случаях. Вот эта часть вполнэ забавна. Благословляйу тебя. зорн пиздатый! заибись Хе Еше свежачок Бабушка Марфа Петровна пироги пекла не по рецепту - всё на глаз. Муки четыре жмени, чтоб тесто липло к пальцам, но не слишком; сахара - чуть с горкой, чтоб душа радовалась; дрожжей - ровно столько, чтоб к обеду тесто трижды подошло и каждый раз она его сердито осаживала деревянной лопаткой - типа не зазнавайся!...
ГЛАВА 26
НОВАЯ ИГРА Апрель 1936 года, Московский вычислительный центр Первые лучи утреннего солнца заливали зал, где машина пробуждалась после долгой перезагрузки. Но теперь ее гул звучал иначе - мягче, с какими-то новыми, почти музыкальными обертонами.... ГЛАВА 21
ОПТИМАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО Апрель 1932 года, Московский институт генетики Профессор Вавилов сидел за своим массивным дубовым столом, пальцы сжимали края документа. Бумага была плотной, с аккуратно проставленными штампами НКВД. - «Программа оптимизации генофонда населения СССР», - он поднял глаза на молодого сотрудника в форме....
Ночь в селе Карденахи была черна той первозданной чернотой, что предшествует самому́ сотворению мира, — чернотой, в которой ещё не было ни слова, ни света, ни имени вещей. Стояла та доисторическая, влажная темнота, какую помнит лишь красная глина Колхиды да виноградная лоза, чьи корни уходят в такую глубину, где нет уже ни грузина, ни грека, ни перса, а есть лишь сама земля, дышащая своим медленным, тысячелетним дыханием.... |
