`Конец; немного гнева - - - на себя.

Автор: Илья Волгов Видел сотню чужих Городов; по сусекам спутанных снов как со стенок амфоры слов я могу соскребать Гнев. Залип. Готов. Сон – вновь - - - улетучился запах зефира, я, под паром чудо-эфира, лью на Землю свою - - - кровь. С Гневом схожа Надежда-шалава, оба ходят там и Туда, где не надо. Там, казалось бы, пропиты чувства. Там должно быть просто пусто - - - не густо, не щедро присыпана, водкой залита, на красотку похожа – нет. А на месте этого самого «пусто» валяется труп, весь в лохмотьях, гниющий… подлый штрих - пахнет он вкусно. Гниёт ароматами мака, лилии, гербера. И Гнев… спуская с цепи внутреннего Цербера, я ненасытен, зол без ума. Как я мог… а могла ли она - - - разбудить идиота после секса с Надеждой. Очнулся. Отражений наших «вместе» не увидят зеркала, поэтому теку, как стопа Христа. Опять же, следствие - - - трёхглавый, под чем-то, вечный, как секунда с тобой… Илюша, не ной. Постой. Пей. В запой! Нет? Нет. Как тёзка писал, поэт из летающей группы, да наоборот – НЕ поможет твоего окна свет - - - вернуться издалека. Махнув крылом, воздухом уходишь в небо, оставляя меня, лучшего из псевдо-твоих, хотя не поняла. Питаешь - - - Надежду? Гнев? Без разницы, всё равно бред… Любимым топором - на дровишки сердце, растопишь свой костёр; мне хватит Гнева перца; ты не права. Не злобы яд, не худшего к тебе желанья… скорей ищу… да нет, искаЛ я оправданье - - - себе. Не удержал, но выпил без закуски. Секундная доступность тела; любить ты явно не хотела, а я рисую… да нет же – рисоваЛ я мелом, что всё прекрасно… тут, якобы, трава, осколки красного на ней, мы не порежемся… Забей. Расслабься; это я себе, ведь ты клала на всё с начала. С самого того причала, где швартовались с тобой для передышки. А Время… Прошлое… Ха. Я буду знать, что эти вещи ничего не стоят… Услышу типа «Графоман», «Пустое», «Личное небось»… Послушайте – всё так и есть. Но захотелось просто сесть, и написать… Бог весть, излился до конца. Ну, может, грамм сто осталось – на опохмел. Смешаю с виски, залпом выпью – и хорош. Четыре года (или три?) – на грош.