Зомби. Часть 2

Автор: Ромка Кактус und Франкенштейн Андрей шел по бульвару и хищно озирался по сторонам, уделяя особое внимание девушкам в коротких платьях и тучным молодым мамашам с колясками. Разноцветные волосы клочьями топорщились в разные стороны. Нижняя челюсть отвисла, из-за чего Молчанинов был похож на троглодита на марше. Из носа текла и капала с подбородка прозрачная, вязкая слизь.

Встречные люди в испуге отводили взгляд и старались проскочить мимо как можно быстрее. Какой-то наркоман на скамейке испуганно вытаращился на него и вдруг кинулся бежать прочь, через дорогу, едва не угодив под маршрутку. Андрей резиново улыбнулся и вдруг выкрикнул хриплым, лающим голосом:

- Мулаткашоколадка!

Крик его вспугнул пасущихся возле урны голубей. Перестали целоваться сидевшие на газоне парень с девушкой.

Молчанинов захохотал. Он бросился дальше по бульвару, выкрикивая отдельные фразы и непонятные слова. У пешеходного перехода он остановился как вкопанный, прислонился к светофорному столбу и запел на плохом английском:

- Never, never let you go!

Женщина с пакетом взвизгнула и испуганно шарахнулась в сторону от Андрея. Посигналила какая-то пронесшаяся мимо машина.

- Наберегуунееебаааааа! – громко завыл Молчанинов и перебежал дорогу на красный свет. Очутившись перед яркой магазинной витриной с манекенами, он притормозил и стал танцевать и извиваться, глядя на свое отражение.

- Молодой человек, как вам не стыдно! – проскрипела за спиной у Андрея старушка с костылем. – Прекратите хулиганство и шутовство!

Молчанинов резко обернулся и посмотрел старушке в лицо. Пожилая женщина застыла в желе. Грязный, перемотанный бинтом костыль выпал из ее артритной лапки и гулко упал на тротуар. По искривленным, отечным ногам в стоптанные, пыльные тапочки потекла темная, вонючая старческая моча.

- Nothing else can stop me if i just believe and i believe in me, - пропел Андрей, а затем схватил старуху за локоть и резко рванул на себя. Женщина упала на колени, охнула. Молчанинов нагнулся, и зубы его вязко вошли в дряблое тесто старческой шеи.

- И-и-и-и, – не своим голосом завыла пенсионерка.

Вдруг что-то хрустнуло и надломилось, и Андрей отпрянул от своей жертвы.

Женщина стонала. Темная кровь из раны текла ей за шиворот и густо напитывала затасканное платье в горошек. Зубы Андрея торчали из шеи старухи, словно свечи на именинном торте.

Молчанинов попробовал языком свои мягкие, мокрые десна. Боли не было. Словно зубы никогда и не росли на этом месте.

Андрей сплюнул и с силой ударил старушку ногой в голову. Женщина отлетела назад и врезалась спиной в фонарный столб. В горле ее что-то прощально булькнуло, и она повалилась лицом на асфальт, прямо под ноги мужчине в шляпе.

- Что за безобразие! – воскликнул прохожий. – Ослепли что ли? Я же в светлых брюках!

Андрей осклабил беззубую пасть и побежал дальше. Периодически он сплёвывал и совершал нелепые прыжки, подгибая в воздухе ноги. Прохожие на его пути жались к деревьям и стенам.

- Деткатысомнойиди! Ятоткоготакхочешьты! – на манер представителей палеоазиатской языковой семьи выкрикивал Молчанинов.

* * *

Длинноволосый Огурец, Мэг и Лев вышли из подъезда дома Молчанинова. Голова Рогозина была перемотана, а в руках он держал деревянную лыжную палку.

- Ты, бля, нашёл, чем вооружиться, - сказал Огурец.
- Осина, вроде, - ответил Лев.
- Видать, крепко тебя саданули, брат. Осина против вампиров, а наш клиент, по ходу, зомби.
- Зомби? – удивилась Мэг. – И чо теперь делать?
- Надо найти противоядие, если оно вообще существует.
- Задача, - сказал Лев, отбрасывая лыжную палку.

Рогозин завёл мотоцикл, Мэг устроилась сзади, обхватив его талию тонкими руками. Издали доносились дикие вопли, звон стекла, автомобильные гудки. «Урал» выехал из дворика и оказался на людной улице.

Прохожие бегали и орали. По тротуару полз безногий ветеран. Он где-то раздобыл модные женские «вытертые» джинсы со стразами, нацепил их на то, что осталось от его нижних конечностей во время войны, и теперь штанины тащились за ним по лужам двумя нелепыми змеями. Сам ветеран улыбался и подмигивал девушкам.

В разбитой витрине магазина сотовых телефонов в куче стекла лежал неподдающийся половой идентификации кусок человечины. Рядом с ним сидел мальчик с короткими волосами. Одно ухо и часть кожи на голове отсутствовали. Пацан запихивал себе в рот пиликающую розовую «раскладушку». Когда «Урал» на тихом ходу проезжал мимо, мальчика вырвало, и Мэг быстро зажала рот и отвернулась: в рвоте она отчётливо увидела маленькую розовую мочку уха.

Многие люди на улице были ранены и странно одеты. В их глазах зияла пустота, с их губ срывались нечленораздельные звуки – и разбивались о мокрый асфальт.

- Что происходит? – Мэг вжалась в спину Рогозина, ещё крепче стиснув его в объятиях.
- Они все… стали зомби, - в голосе Льва звучала неуверенность. – Смотри!

Рогозин кивнул в направлении, где разношёрстная группа зомби выстроилась в нечто, похожее на колонну. Зомби запели песню и принялись маршировать. Лев вывернул руль мотоцикла и устремился за ними. На этой улице уже было несколько отрядов и множество шагавших по отдельности живых мертвецов – все они нескладно что-то пели и двигались вверх по улице.

- Похоже, у них парад, - заметила Мэг.
- Ты знаешь, что там впереди?
- Дай подумать. Ммм… Дворец культуры!
- И зачем он всем этим трупакам?
- Ты слышишь, они поют! У них концерт! Ты видел афиши?
- Нет.
- В ДК приезжает Дима Билан.
- По ходу, только ебанутые на всю голову зомби могут таращиться от такого музо…

Неожиданно из подворотни на дорогу выскочила тележка из магазина самообслуживания. В тележке сидел зомби. Он улыбался навстречу несущимся прямо на него мотоциклистам. В каждой руке зомби держал по банке пива «Redds». При столкновении пивная пена брызнула Рогозину в лицо с двух сторон – и это было последним, что он увидел, прежде чем провалиться во мрак.

Очнулся Лев от того, что кто-то дёргал его ногу, выворачивая её из коленного сустава. Инстинктивно Рогозин подтянул ногу к груди – он лежал на спине – и со всей силы выпрямил. Нога вошла во что-то податливое, послышался всхлип. Зрение окончательно вернулось ко Льву, и он увидел стоящего рядом с ним мужчину с развороченной нижней частью лица. Густая тёмная кровь текла из раны зомби, а из протектора тяжёлого подкованного сапога Рогозина торчали кости челюстей с жёлтыми кривыми зубами и железными коронками. В отвращении, пытаясь сбросить с себя гадость, парень снова дёрнул ногой и попал в голову зомби. Череп треснул, и из него потекла розовая дрянь. Почему-то в мозгу Льва вспыхнуло воспоминание о пенке малинового варенья, которую мама снимала, когда Рогозин был ребёнком.

Лев поднялся на ноги и пошатнулся от слабости. Всё кружилось перед глазами, но ему всё-таки удалось разглядеть тело Мэг, лежавшее в отдалении под покорёженной тележкой. Неверным шагом Рогозин направился к девушке, откинул тележку и принялся хлестать её по щекам:

- Очнись, Мэгги! Маргуся, вставай, нам надо идти.

Лёва прижал средний и безымянный пальцы правой руки к шее девушки, нащупывая пульс. Молодая кровь неохотно билась о стенку сонной артерии. Рогозин услышал за спиной шарканье и сопение и стал сильнее трясти девушку.

- Чт… что… – сказала Мэг, открывая глаза. – Что случилось?
- Как ты себя чувствуешь? Мы попали в аварию.
- Нор… нормально.

Лёва обнял Мэгги и поцеловал в щёку.

- Попробуй подняться, - сказал он, взяв её за руки.

Мэг встала:

- Нормально. Только я не чувствую руку, - она вытянула вперёд правую руку, кости кисти были сломаны – это было хорошо видно под тонкой белой кожей.

Внезапно за спиной Рогозина заскрежетало, и он обернулся. К молодым людям, стоявшим в тупике, приближалась дюжина зомби. У одного из них на ботинке, обхватывая подошву, была надета раздавленная красная банка «Redds», которая скрежетала по асфальту, когда зомби делал шаг.

- Блядь! – выругался Лёва.

Он сжал кулаки и заслонил собой Мэгги. Девушка нагнулась и левой рукой вытащила из сапога охотничий нож. Зомби приблизились, слюна текла из их ртов.

- Русские не сдаются! – выкрикнул Рогозин, принимая боевую стойку.

Неожиданно заиграла мелодия «Toxicity» группы System of a Down. Зомби остановились, похватались за головы и завыли.

- Что происходит? – спросил Лев.
- Не знаю, - ответила Мэг.

Зомби стали отступать. Мэг отдала Рогозину нож и достала из кармана джинсов сотовый телефон, наяривавший «Toxicity».

- Кажется, это им не по нраву, - сказала девушка.

Держа мобильник перед собой, точно распятие, она пошла вперёд. Зомби завизжали. Один из них оторвал себе ушные раковины и кинул их в Мэгги. Лев подбежал и подсечкой свалил другого зомби, прижал его сапогом с высокой шнуровкой к земле. Живой труп барахтался, как жук, а Мэг держала над ним трубку телефона. Вскоре из ушей зомби потекла розовая слизь.

- Что происходит? – спросил мужчина.
- Вы превратились в зомби, - ответил Рогозин, снимая с человека ногу.
- Этого не может быть, зомби не бывает.
- Бывает.

Держа нож наготове, Лев склонился и проверил у человека пульс. Сердце снова билось, гоня по сосудам кровь.

Все мертвецы разбежались. Мэгги нажала кнопку приёма мобильника и сказала:

- Огурец, ты только что спас нас!
- Что? Что случилось? – спросили в трубке.
- Твой звонок, мелодия в телефоне… Мы нашли противоядие: зомби не выносят рок-музыки. Блядь, если б позвонила матушка, нам б счас песда пришла. В общем, я в вечном долгу перед тобой.
- Мэг, это здорово. Ты знаешь, зомби собираются в ДК судостроителей…
- Да, я уже поняла.
- Мы с ребятами будем там через десять минут.
- Лады.

Лёва в это время поднял «Урал» и пробовал его завести. Мощная струя дыма вырвалась из выхлопной трубы, заработало стальное сердце, заглушив голос Мэгги и её собеседника.

- Встретимся у дворца, - прокричала Мэг в трубку и дала отбой.

Прижав повреждённую руку к груди, она забралась на седушку мотоцикла, и Лёва дал по газам.

Возле разбитой витрины музыкального магазина Мэгги попросила остановиться. Молодые люди вошли в пустое здание, под ногами скрипело стекло, песок, пластмасса расколотых боксов. Вдруг из-за прилавка вывалился жирный парень с крупным кольцом в ухе, с косичкой и в чёрной майке «AC/DC». Этот зомби раньше был продавцом. Со свирепой гримасой он кинулся на Рогозина. Толстые волосатые персты сжимались и разжимались. Лёва отпрыгнул в сторону и сказал здоровяку:

- Смотри, что у тебя на груди.

Зомби опустил глаза, увидел надпись на майке и обосрался. В ужасных конвульсиях забилось крупное тело его, круша стенды и валясь на пол. Через минуту он снова был человеком.

- Фу, ребята, - сказал он. – И угораздило же меня!
- Всё в порядке, - сказал Лев, протягивая руку и помогая продавцу подняться. – Мы тут кое-что возьмём, лавочке всё равно крышка.
- Да-да, берите пожалуйста.

Здоровяк направился в туалет вытрясти из штанов котяхи, а Мэгги подобрала с пола пару компактов и побежала к выходу. Лёва последовал за ней.

Когда «Урал» остановился невдалеке от дворца культуры судостроителей, Рогозину и его девушке открылось зрелище огромной толпы живых покойников у входа в ДК, и в самой сердцевине этого месива на небольшом пятачке держались Огурец и его длинноволосые товарищи. Они были вооружены акустическими гитарами, баяном, дудками, пионерским барабаном, бубнами, а Огурец извлекал звуки из губной гармошки. Музыканты играли Бутусова, и зомби обходили их стороной.

Мэг включила на мобильном Range Against the Machine, и Лёва на тихом ходу вклинился в толпу, расталкивая спасающихся бегством ливинг дэдов.

- Спасибо тебе, Огурчик! – Мэг спрыгнула с мотоцикла и повисла на длинноволосом парне, покрывая его небритые щёки тонким слоем поцелуев.
- Да ладно тебе. Скоро здесь будут все зомби города. Я думаю, мы не сможем сдерживать их слишком долго. Что будем делать?
- Нам нужно проникнуть внутрь, пока не приехал Дима Билан. У меня тут есть кое-что для новоиспечённых меломанов, - Мэг похлопала себя по карману косухи.
- Отлично, - Огурец сделал товарищам знак. – Мужики, выдвигаемся! Давайте Летова, да так, чтоб мёртвые, блядь, содрогнулись!

И белым фосфором взорвались аккорды, и дюжина лужёных глоток завела слова бессмертной «Пошли вы все на хуй», и расступились сыны порока, как воды пред посохом Моисеевым.

Люди вошли в здание ДК. Под прикрытием могучей песни Мэг добралась до пульта и поменяла диск с фанерой на взятый из магазина.

Таким же образом выбравшись наружу, приятели устроились на крыше близстоящего двухэтажного дома и принялись ждать.

Билан опаздывал на сорок минут, и над дворцом культуры стоял недовольный вой живых мертвецов. Рогозин первым заметил приближение лимузина с отделанной золотом радиаторной решёткой.

- Едет! – закричал он.

Лимузин остановился на стоянке перед ДК, и из него в сопровождении охраны и прислуги вышел артист. Билан вошёл в здание, и тогда люди на крыше стали спускаться вниз. Незаметно пробрались они следом.

Дима Билан корчился на сцене, разбрасывая плевелы воздушных поцелуев, и зал приветствовал его утробным воем. Затем врубились прожекторы, и певец схватился за микрофон.

- Сейчас они получат, - тихо произнесла Мэгги.

Дима Билан открыл рот, и многоваттные колонки снесли его со сцены гитарным риффом. Зубодробительный рок-н-ролл заполнил всё пространство, и голос роба Зомби проник в каждое ухо.

Зомби ревели и бесновались. Розовая слизь фонтанами хлестала из их ртов, ушей, носов. Живые мертвецы снова становились людьми, не понимавшими, как они здесь оказались.

Дима Билан, бледный, с отвалившейся бородкой и провалившимся носом, выбежал на улицу. Его лимузин ржавел и на глазах уходил в землю.

- У меня срочные дела, - сказал Билан, надевая модные солнцезащитные очки, и тут же превратился в кучку говна. Стразы брызнули из него во все стороны, поскакали по каменным ступеням дворца культуры, исчезли все до одной, провалившись в канализационную решётку. Модные очки остались лежать поверх завитушки кала, сверкая на солнце.

Лёва и Мэгги обнимали вернувшегося в мир живых Молчанинова. Огурец с товарищами устроили под музыку Роба Зомби весёлый слэм, вовлекая в него всё новых участников. Все радовались тому, что заразу удалось остановить, и никто не знал, что в это время на другом конце города девушка, назвавшая себя Ксюшей, потащила красного от танцев молодого человека в дискотечную уборную.

14 июня – 13 июля 2008 г.