Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - К Элизе

К Элизе

Автор: Kris
   [ принято к публикации 09:10  13-02-2004 | Alex | Просмотров: 900]
- …Так вот я и говорю, - горячился Наумбий. – Абеляр это и написал, тему эту. «Посвящение Элоизе» называется. То есть, конечно, не сам Абеляр, а, так сказать, по воле создавшего его и Элоизу эту самую Гийома Аполлинера.
- Ага тебе, - не менее горячо возражал Пинчара, - Гийом, ага, Аполлинер. А фигу не хочешь, эрудит хренов? Ишь, наблатыкался! Это музыка Бетховена, Людвига Вана, глыбы, так сказать, и человечища. «К Элизе» называется. Я ее с детства выучил, еще с первого класса школы музыкальной за номером 354бис. Нам ее учителка наша Эсфирь Соломоновна кажный божий день ставила на патефоне доисторическом.
- Чего? – Наумбий даже захлебнулся справедливым негодованием, - Бетховен? Ван? Скажи еще – Ван Клиберн! Эта твоя Эсфирь - прости меня, Господи! – Соломонна тебе еще не такого могла наплести, неокрепшему-то детскому сознанию. И по сей день так и не окрепшему, даром что волосы все повылазили уже. Да тебя не то что в музыкалку, тебя из вспомогательной вечерней вышибли за прогулы и кретинизм, а то я не знаю!..
Пинчара вдруг стал серьезен и значителен.
- Во-первых, - произнес он с неподражаемым достоинством, так часто встречающимся у сильно нетрезвых людей, - победителя Первого международного музыкального конкурса имени Петра Ильича Чайковского зовут не Ван Клиберн, а, если хочешь знать – и вовсе Вэн Клайберн. Это во-первых. Во-вторых, да будет тебе известно, деревенщина ты необтесанная, кретинизм у меня всего лишь топографический, и из школы твоей вечерней я сам ушел. Сам забрал документы и ушел. Потому что не захотел больше забивать себе голову всякой бредью и чушью, что процветали в том поганом заведении. А в-третьих…
- В-третьих, - радостно перебил Наумбий, -- в-третьих, милый мой, до сих пор еще есть свидетели, как директор Анна Пална Ничипорук тебя самолично взашей выгнала с позором при всех учащихся, после того, как ты начал в кабинете ее мацать. А тут завуч по учебной работе возьми и зайди прямо в разгар этого непотребства. Ты бы хоть дверь запер, олух царя небесного!
Пинчара несколько смешался. Лицо его порозовело, и он глубоко вдохнул, собираясь дать гневный достойный отпор всем этим грязным инсинуациям, но воодушевленный Наумбий не дал ему произнести ни слова:
- А Чайковский твой – вообще пидорас. И Клиберн – тоже. И вообще, на конкурсе на этом только они и выигрывают, недаром он имени Чайковского. Да других туда и не пускают вовсе. Так и говорят им, мол, давайте-давайте, идите на свои там конкурсы, для нормальных, а тут у нас – свой междусобойчик.
Пинчара, так и не разразившись заготовленной гневной тирадой, захлебнулся негодованием вновь. А ликующий Наумбий продолжал отплясывать на костях свой позорный танец.
- А Эсфирь твоя Соломонна – так вообще троцкистка сосланная была. У нее, может, вообще задание было такое, от Троцкого, чтобы нести и сеять смуту в душах детских неокрепших. И если бы не товарищ Меркадор в 28-ом со своим альпенштоком…
- Ледорубом!!! – Пинчара потихоньку начинал звереть – Альпеншток, чтобы ты знал, это вот такая – он сделал рукой округлый жест, в его исполнении странно напоминающий па какого-то танца народов СССР – такая штукенция, а ледоруб, если тебе неизвестно, это и вовсе вот такенная – он проделал жест другой рукой, более резкий, но почему-то незаконченный – хреновина. Я, если хочешь знать, два года ходил в секцию горного ориентирования при нашем Дворце Пионеров. Я все эти верхолазные причиндалы если хочешь знать, с завязанными глазами…
- А в секцию подводного вышивания ты не ходил? – взъярился тут и Наумбий – Ишь, бля, спелеолог выискался! Скалолаз херов. С точки зрения чтоб по кумполу – тут одна фигня, что топор, что ледоруб твой. Главное, что осталась твоя Юдифь без пастыря своего, и некому стало ей приказы тайные слать из Боливии своей засратой…
- Ты… Ты… Да ты… -- возмущению Пинчары не было конца – Да ты вообще понимаешь, о чем ты говоришь тут?! Ты все напутал к чертям собачьим! Не Боливии, а Мексики! А топор – это вообще Достоевский!..
- Ага! – Наумбий, поняв, что победил, уже открыто издевался, - Конечно! Топор, ледоруб, кайло – какая на хрен разница. Главное, что эта твоя Суламифь нарочно советским пионерам врала про музыку. Задание было у нее такое, понимаешь ты, пентюх, задание? – он дробно постучал по столешнице желтым прокуренным пальцем – ти-ти-та-та, понимаешь, Юстас-Алексу. Срочно захмурить советских пионэров на предмет истинного происхождения всех музык и книг, как поняли, прием!..
Пинчара затосковал. Ему вдруг стало невыносимо тяжко и душно. Казалось, что в прокуренной кухне вдруг разом закончился пригодный для дыхания кислород, и стало как-то жарко и совершенно непригодно не то что для продолжения этого бессмысленного разговора, а просто для дальнейшего нахождения здесь. «Зачем? – подумалось Пинчаре – Зачем я тут? Зачем я вообще? Что я хочу? Чего добиваюсь? Зачем я спорю, зачем позволяю втягивать себя в этот дурацкий никчемный спор?»
- …А когда на субботник ленинский – вдруг всплыли сквозь тяжелые мысли слова продолжающего глумиться Наумбия – на субботник на ленинский когда ходили всей дружиной? А? Когда барабанщики – трум!трум! трум! – когда горнисты – ту-ту-ту! ту-ту-ту! – а мы – все в галстуках алых, и шаг по брусчатке – р-раз! р-раз! И звеньевой наш, Лелик Оторопьев, как зыкнет «За-а-а-певай!» И мы… – под напором переполняюших его чувств Наумбий вскочил с колченогого табурета и, яростно жестикулируя и брызгая во все стороны слюной, вдруг заорал: - А мы ка-а-ак подхватим «Мы пионеры, дети рабочих!» Э-эх…
Наумбий вдруг резко осекся и рухнул на табурет. Тот жалобно скрипнул и зашатался, но выдержал. Наумбий сидел, тяжело свесив руки между разведенных колен и бессмысленно уставившись в одну точку. Из бутылки, опрокинутой Наумбием во время его филиппики, на клеенку протекла тоненькая струйка.
- Пионэры! – передразнил Пинчара. – Фанэра! – однако что-то в облике поникшего Наумбия помешало ему продолжать. Наумбий, только что яростно и от всей души ненавидимый Пинчарой, вдруг показался ему настолько жалким и каким-то побитым, что Пинчару вдруг захлестнула горькая волна жалости и любви, и Пинчара, неловко, в два приема поднявшись со стула, вдруг, неожиданно для самого себя, запел, сначала хрипло, а затем неожиданно звонко и фальшиво:
- Мы поднимаем алое знамя, Дети рабочих, смело за нами Близится эра светлых годов…
Пинчара пел, поражаясь тому, что помнит слова этой песни, неизвестно из каких закоулков памяти вдруг пришедшие к нему на ум. Он вспомнил и Лелика Оторопьева, белесого веснушчатого пацана, в 64-ом умершего от туберкулеза в сибирском лагере, вспомнил и грустноглазую Милку Гершензон, в которую был влюблен весь класс, и которая стала теперь вокзальной блядью, и вспомнил вообще эту картину – как ясным солнечным апрельским утром они шли всей дружиной на субботник. Хотя, подумалось ему, вряд ли это было воспоминанием, скорее – навеянным речью Наумбия фантомом. Но какая разница – ведь если не было именно так, то было что-то похожее. Или даже лучше.
Наумбий сидел, все так же уставившись невидящим взглядом прямо перед собой, на замызганную клеенку, усеянную крошками и рыбьим хвостами, липкую от пролитого пива и покрытую пятнами неизвестного происхождения. Неожиданно он громко икнул. Оцепенение спало и он с удивлением глянул на поющего Пинчару.
- Это… Ты чего это, а? – Наумбий ошарашенно замолк.
Пинчара продолжал петь, размахивая перед собой кулаком с зажатой в ней алюминиевой вилкой. Он давно уже допел «Взвейтесь кострами» и теперь уже вытягивал песню про картошку-пионеров идеал. Но так как он знал только две строчки, то продолжал с маниакальным усердием выпевать их раз за разом.
- Это… Ты это… – Наумбий тихо встал и, пятясь задом, начал отходить к двери, не отрывая взгляда от Пинчары.
- Здравствуй, милая картошка-тошка-тошка-тошка, пионеров идеал…- Пинчара, закрыв глаза, в упоении выводил слова, от частого повторения давно утратившие всякий смысл.
По репродуктору шла передача о тружениках сельского хозяйства.


Теги:





0


Комментарии

#0 09:41  13-02-2004ХуемПоСтолу    
По забору ползет муха -

Поджигателям позор!

А у нас в соседней бане,

Мальчик мыло проглотил.

#1 10:05  13-02-2004DACHNICK    
Не асилил...
#2 10:10  13-02-2004пашол блювать    
в пятницу, 13 пидерасов нельзя поминать всуе. Особенно покойников.
Йопта ворох буйных строк. Слог ничего так. Интелигентненько. Ирудицыя опять же. Интелегенская папойка тожы панимаем. А пра што, хуй прассыш. Ды.
#4 14:01  13-02-2004taata    
Просто замечательно

глубоко -как минимум

мне очень понравилось

автору респект

с почином как говорится))

#5 18:36  13-02-2004Sundown    
Не, вполне себе ничего текст.
#6 23:05  13-02-2004Сергей Минаев    
Понравилось
#7 07:51  16-02-2004Kris    
to Taata, Sundown, Амиго

спасибо))

#8 17:50  23-08-2008ВИНСЕНТ ШИЗ`О-ФРЕНИК,,    
а что ..понравилось..

ностальжнул..

эх, где ты щас Милка Гершензон..


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
00:44  21-10-2018
: [8] [Литература]
Случилось мне, в году одиннадцатом, останавливаться в имении помещика Смердюкова, человека доброго и гостеприимного. Длинные волосы, орлиный нос и задумчивый взгляд выдавали в нём личность безусловно умную и образованную, влюблённую в себя и свои мысли, которыми он делился с прислугою и людьми наёмными....
16:14  20-10-2018
: [3] [Литература]
"Мир - говно" - писал курсивом,
Подавляя боль и злость,
Отставник Андрей Васильев,
Сжав в ладоне ржавый гвоздь

"Нету в этом мире правды" -
Дописал Илья Портнов
Наступив во тьме на швабру
Ту что бросил управдом

"Мир похож на Квазимодо" -
Вывел мелко дед Федот
Он горбат был от природы -
Стар, неряшлив, - идиот

"Мир есть ад" - добавил Павел,
Местной школы ученик
Всяк подряд его хуярил,
Бил Васильев - отставник

Управдом Сергей Незн...
12:27  20-10-2018
: [11] [Литература]
Был горизонт просторен, светел, чист,
Но всё же по осеннему печален.
Жестокого похмелья медный чайник
Вскипев, переходил на нервный свист.

Всходило солнце, нежной пеленой
Степенно обволакивало. Мнилось,
Что Осень коматозная приснилась,
И жизнь идёт тропинкою иной....
16:45  17-10-2018
: [12] [Литература]
Про приставки

Аленку третий день мучал вопрос: она еще девственница или уже нет. Первый секс случился пьяным, вялым и быстрым. А главное, Аленка понятия не имела, какие должны быть ощущения от настоящего секса, поэтому определиться в своем статусе не могла....
09:49  15-10-2018
: [8] [Литература]
- Кто там?

- Из водоканала. Оповещаем абонентов о новом, вступившем в силу законе.

После непродолжительной паузы лязгнул замок и дверь с рваной дерматиновой обивкой, невольно скрипнув, приоткрылась. В проеме показался щупленький пятидесятилетний мужичок в обвисшей тельняшке и черных мятых трусах до колен....