Я и великие.

Автор: Cэр БаеFF Стиль, орфография и пунктуация автора сохранены, так как тщательно продуманы. Любые несовпадения с общепринятыми правилами современного (современного всяким старперам-академикам) русского языка неслучайны. Любые фактические несовпадения со спиральным ходом развития исторического процесса и совпадения с реальными существующими(-овавшими) личностями неслучайны и закономерны.

Правом на публикацию обладают все.
Все авторские права НАРУШЕНЫ

Вот что сделал со мною рок-н-ролл ваш ебаный.
А.Лаэртский

Стоял у метро, курил, ждал. Должен был тут один подойти и мы должны были отправиться к нему в гости на неопределенный срок. Но за то время, что ждал, подошел кто угодно, но только не он.
Сначала подрулил странный тип в кожаных штанах и явно под кайфом. Под каким именно кайфом он летал – определить было сложно (думаю, был налицо комплексный подход). Пошатываясь, потрепанный херувим, заговорщически наклонился ко мне и доверительно - вопросительно прошептал мне на ухо :
- Отец?
- Нет, - не нашел я никакого другого ответа
- Я ХОЧУ УБИТЬ ТЕБЯ!!!!, - проорал он мне на ухо.
Я отшатнулся
- Мать?
Я отошел еще
- Я ХОЧУ ТРАХНУТЬ ТЕБЯ!!!!!, - еще громче прокричал он.
После всего этого, бросив презрительное «Вы все рабы!», убийца прошел дальше по коридору и заглянул в комнату сестры.
Сигарету пришлось закуривать новую, потому как предыдущая, только-только начатая, выпала у меня изо рта.
Смеркалось.
Я стоял, проклиная промозглый октябрьский вечер. Внимание мое привлек интересного вида негр с шапкой курчавых волос. Судя по направлению движения, он держал путь в мою степь. В левой руке цветасто одетого негра побулькивала канистра.
- Хэй, Джо, - весело подмигнул он мне, - не прошвырнуться ли нам на 52-ю?
- Вы меня с кем-то спутали, - как можно вежливее отстранился я.
Негр остановился, поставил канистру и потуже затянул свой шейный платок. Затем грустно подмигнул мне, булькнул канистрой и удалился, напевая до боли знакомый блюзовый мотив.
Становилось все холоднее и все интереснее.
Следующим был трясущийся длинноволосый наркоман. В левой руке он держал лыжную палку, а правой держался за живот, который доставлял, по-видимому, неимоверные страдания владельцу.
- Изнасилуй меня, - раздалось из-за спутанных, соломенного цвета, волос, -, изнасилуй меня и моего друга.
Ничего я не смог ответить на это.
- Я думаю, я тупой, - изрек он, вставил конец лыжной палки себе в рот, что-то пробормотал еще и поковылял дальше, ловя начавшие падать редкие снежинки наколенной дырой в джинсах.
Откуда-то вдруг подбежала старуха в огромных очках и пронзительным голосом завизжала:
- Дай мне кусочек твоего сердца!!!!!!
Убегать было некуда – позади Ленинград. Но мне повезло – так же стремительно лохматая старуха (или не очень?) скрылась, провизжав напоследок что-то про лето.
Я начал нервничать. Да и на улице было совсем не лето. Хотя, в поле моего зрения попал совсем по-летнему одетый в яркие цвета ямайского типа негр (еще один!!!) с дредами и футбольным мячом (это в октябре-то, под первым снежком). Набивая и пританцовывая, он приблизился ко мне и, утопив меня в ядреном аромате марихуанны явно заграничного произрастания, сказал, скорее пропел:
- Давай, вставай, поднимайся, Аргентина, я отомщу тебе за Ямайку, и не будет больше слез красивых ямайских женщин.
- Вроде бы не сезон для футбола-то, - робко улыбнулся я аргентинскому врагу, другу-символу ямайского народа.
Мяч улетел в окно ближайшего дома и рейтинг этого события превысил все остальные. Народный и милицейский резонансы, возникшие тут же, затянули в свой водоворот всех близлежащих, близстоящих и близидущих. Надо же!, растаманы стекла бьют!
Под шумок ко мне подкрался слащавый набриолиненный брюнет, не по годам разжиревший, и бархатным голосом выдал мне прямо в ухо:
- Люби меня нежно, люби меня, сладенькой.
- Э-э. Я не из той оперы, чувак, - опасливо отодвинулся я от него.
- Я не хочу быть твоим тигром - тигры слишком грубы, я не хочу быть твоим львом, я просто хочу быть твоим плюшевым медвежонком, - похотливо дергая конечностями, не унимался толстяк.
- Иди-ка ты на…, - я назвал ему место, которое здесь в целях конспирации указывать не буду.
Начинала болеть голова. Немудрено, после десятой сигареты за столь короткий промежуток (для десяти сигарет) времени. А тут еще назойливый усатый турок, педерастического вида (везет мне, блин) пристал:
- Купи велосипед, дорогой. Купишь – будешь чемпионом
- Отстань, дядя. Нафига мне велосипед сейчас, когда зима на носу. И вообще отойди, вид у тебя какой-то нездоровый, наверное, болеешь чем?
- Эй, не делай из меня дурака, - взъелся усатый, - велосипед хороший, с зимними протекторами, а ты – плохой. И, вообще, убью тебя , как королеву давеча…
Он тараторил и тараторил что-то, о чем-то и зачем-то, но сил моих не было больше это все слушать, и я перестал обращать внимание на назойливого представителя юга Европы ( или Азии, хм ;-))).
Потом были еще симпатичный кудрявый австралиец с веревкой на шее, мрачный кореец в черном пальто, зовущий за собой, еще один австралиец в кепочке, облевавший все вокруг, русский мужик с гитарой в руках, бутылкой водки в кармане и невесть откуда взявшемся цветком колокольчика за ухом, американостудентоподобный очкарик в старомодном, но тем и стильном пиджаке и…
Уже ближе к ночи ко мне, охуевшему от впечатлений и двух пачек сигарет, подошел бородатый мужик со странным взглядом и стал предлагать девятидюймовые гвозди за тридцать… тридцать (не помню чего), потом вино, потом пять буханок хлеба. Я устало повернулся к нему, взглянул в его не по-земному ясные глаза и … меня осенило…
- Послушай, - сказал я ему, - если я с твоим отцом все еще не встретился, значит не время сейчас. Не настал еще срок. Ты передай, что я ждал, хотел… Но больше уже не буду ждать, потом встретимся, потом, не сейчас, потом, значительно позже, я надеюсь.
Огорошив не на шутку владельца неземных глаз, я рванул от метро навстречу бурлящей жизни ночного города. Рука привычно потянулась за сигаретой… «А зачем? – подумал я, - зачем курить, когда не ждешь? Столько всего в жизни еще сделать надо. Некогда курить. Надо Жить!»

Веревку, мыло, пистолет и снотворное я выкинул в ближайшую урну. Туда же отправил и этот рассказ. А если вы взяли его почитать, то, надеюсь, взяли только его, а все остальное вышеперечисленное оставили в урне. Ведь, оно вам ни к чему, правда?

Сэр Баеff.